Константин Радов - Жизнь и деяния графа Александра Читтано, им самим рассказанные.

Отсюда следовал очевидный вывод: в первую очередь снабдить новым оружием гребную флотилию на Днепре. Силами богородицких артиллеристов, имеющих опыт минных работ на суше, я приготовил неприятелям подарки трех видов: на длинном шесте перед носом гребного судна, на канате за кормой и смиренно ожидающий жертву на якоре, в толще воды. Двухпудовый заряд пороха, надежный колесцовый воспламенитель - корабли достаточно дороги, чтобы не слишком экономить на оружии против них. Когда Дашков сообщил из Константинополя, что султан твердо намерен придерживаться мира с Россией, чувство облегчения, конечно, было главным - но доля разочарования тоже присутствовала. Хотелось испытать инвенцию в деле.

Новая турецкая война, долженствующая возгореться рано или поздно, представлялась мне неизбежной: прошлый раз ни одна из сторон не удовлетворила своих вожделений. Впрочем, несомненно и то, что промедление - в пользу России. Чем дольше продлится мир, тем сильнее мы будем. За время моих странствий состав ландмилиции почти удвоился; можно бы наращивать численность быстрее, но кого попало не брали. Отвергнутым хватало работы в городовом строении. Цепь крепостей, протянувшаяся по нижнему Днепру, подобно клинку повисла над Крымом, нацелившись острием в сторону Очакова. Богородицкая провинция мало-помалу превращалась в надежную тыловую базу. Еще бы лет пять или десять... Пожалуй, только верфи недоставало, да чугунолитейного завода: возить ядра и бомбы за тридевять земель разорительно, лучше делать на месте. Нанятых мною прошлым летом шропширских угольщиков обер-комендант Козин встретил, как родных - и сразу запряг в работу. Несколько новых шахт при ландмилицких полках уже давали топливо, и делались пробы по пережиганию угля в кокс. Воспользовавшись положением в коллегии, я выписал на линию рудознатцев для поиска железных руд и подал представление об отпуске денег на опыты: секреты Дарби по-прежнему не давали мне покоя. Доменную печь и литейную мастерскую следовало строить на казенный счет, ввиду военного назначения, а равно многочисленных сложностей и затрат, ожидаемых в новом прожекте.

Было у меня в Богородицке и приватное дело. Настояв на отделении ладожского завода от торговой компании и отказавшись вкладывать в него деньги, Демидовы почти похоронили это начинание. Обижаться не на что: партнерство и соперничество в коммерции всегда присутствуют вместе, неслиянно и нераздельно. Используя все доступные ресурсы, от красноречия до служебного положения, принимая в товарищество и вельмож, и купцов, удалось собрать примерно половину потребной суммы. Моих российских доходов для покрытия дефицита явно не хватало, заграничные вложения тоже были невелики - да и нужно приберечь что-то на черный день. Вариант с привлечением через подставных лиц английских вкладчиков оставался уже на самый крайний случай: на день, который еще чернее черного, ибо сие равнозначно сдаче на капитуляцию. По долгом размышлении, запасный капитал Тульского полка, в котором и моя доля присутствовала, я счел единственным средством хотя бы наполовину заткнуть дыру в строительной смете.

Сумма у туляков накопилась изрядная, больше годового жалованья. Там была и шведская добыча, отошедшая победителям под Полтавой, и награбленное казаками в Гезлеве, и плата за турецкие пушки, взятые на Днепре, и бердичевские проценты Акима Евсеева, кои не успел присвоить хитрый артельщик... Только воспользоваться деньгами, не спрашивая солдат, нельзя, а объяснить им суть товарищества на акциях - трудно. Но, как оказалось, возможно. Нежелающих, которые предпочли изъять свою часть из общей кассы, оказалось не так уж много. Четверка малорослых местных лошадок весело потащила артиллерийский зарядный ящик, набитый серебром вместо картечи - туда, где сии боеприпасы требовались для решительного сражения с бедностью.

СЕВЕР

Северным и южным делам я придавал одинаковое значение, но государь думал иначе. Лишь только выяснилось, что турки воевать не станут - пришел указ 'как наискоряе' прибыть в Петербург. Так быстро, как хотел царь, не получилось: Апраксин уплыл разорять Швецию без меня. Впрочем, адмирал и сам справился неплохо. Ирландский 'дикий гусь' Питер Ласси - еще лучше. Выслушав мое доношение о неотложных нуждах Азовской губернии, Его Величество нахмурился:

- Подожди немного. До окончания шведской войны негоже отвлекать силы, а лишних мастеров у меня нет. Места подходящие пусть сыщут и всё приготовят, чтобы потом за этим остановки не было. Людей бери с Малороссии либо из однодворцев. От твоих ландмилицких вербовщиков дворянство стонет: лучших мужиков переманивают.

- Нельзя иначе, государь. Те вольностью разбалованы, ко мне не идут.

- Заставь!

- Толку не будет, разбегутся. К Орлику, к Игошке Некрасову или просто в разбойники. Охочие люди нужны.

- Ладно, это после решим. Когда у гессенского ландграфа гостил - сосчитал, сколько войска имеет?

- На сколько денег дадут, столько и выставит. Он торговлю кровью на широкую ногу поставил. В прошлую войну больше трети взрослых мужчин ходило в наемниках, причем у обеих сторон. Так что тысяч до двадцати - без натуги, хорошо заплатят - может и больше. Солдаты отличные, практикованные.

- А своим коштом?

- Бесплатно воевать не будет, даже для сына. Позвольте спросить, Ваше Величество: с Георгом шведы уже замирились?

- Трактата еще нет, но поступают вполне приятельственно. Толкуют, чтобы в Германию переправить сорок тысяч шведов, прибавить такое же число ганноверцев с гессенцами и двинуться на Ливонию. Владея морем, о коммуникациях беспокоиться не надо. Будь Георг в Англии полновластен, обрушил бы на нас войну. Резидент сообщает, подданные его не любят - что скажешь?

- Терпят, как меньшее зло. Стюартов не любят еще больше, это вопрос религии. Нынешнего упрекают в невнимании к торговым интересам подданных.

- Купцам торговля интересней войны. Вот хватит ли у них силы с королем тягаться?

- Деньги в их руках. Подати парламент приговаривает. Если король на свои ганноверские доходы решится воевать - одно дело, за счет английской казны - совсем другое. Там долги неоплатные.

- Однако для войны с Испанией средства нашли.

- Это иное, государь. Торговля в испанских колониях - их заветная мечта, а принадлежность Ливонии Вашему Величеству или шведскому королю негоциантам безразлична, они в любом случае свое возьмут. Убедить парламент поддержать шведов... Сомневаюсь, что правительству это удастся.

- Князь Куракин то же самое пишет из Гаги. Еще настаивает, чтобы каперских патентов не давать, не раздражать торговцев.