Вольдемар Грилелави - Плач кукушонка

Проснулась она, когда вновь темнело, и сыпал мелкий снежок. Ее разбудила прохлада и позвякивание собачьей кастрюли, из которой валил горячий пар. Тетя Женя вылила алабаю полведра каши с кусками хлеба и костями для навара.

— Ну чего не жрешь? — спросила она у пса, усевшегося возле бадьи и жалобно уставившегося на хозяйку печальным взглядом. — Ну и хрен с тобой, жрать захочешь, сожрешь.

Она ушла в дом, а алабай зубами вцепился в край бадьи и затащил ее в будку.

— Гав, — сказал он Светлане, и та, не дожидаясь повторного приглашения, набросилась на пищу. Ей казалось, что она сейчас опорожнит емкость и все равно останется голодной. Но буквально через пару минут ощутила сильнейшую сытость и блаженство. Отчего вновь закружилась голова, и слиплись потяжелевшие веки.

— Спасибо тебе! — сказала она, или хотела сказать, но выдала что-то нечленораздельное, помогая псу выставить посудину на улицу, и опять отключилась.

Она знала, что алабая кормят один раз в день, поэтому по количеству кормежек поняла, что пробыла в гостях четыре дня. Ей и умываться без надобности было, так как алабай регулярно вылизывал лицо и руки. По нужде ходила ночью рядом с будкой, прикапывая мерзлой землей. И, поняв, что окрепла, поблагодарив хозяина за гостеприимство, выбрала момент и забралась на чердак. Уже сверху она приветливо помахала алабаю, а тот, повиляв хвостом, неслышно тявкнул в ее сторону, намекая, что если что, заходи. Это было не просто дружеским общением, это надежда на жизнь. Пусть собачью, но так можно выжить. И не только в зиму. Хотя, пережив холода, теплое время года уже не представляет таких трудностей и проблем.

Но с таким амбре в магазин не явиться. Да и по улице не пройдешь, все собаки облают. Света сбросила с себя всю одежду и замочила в тазике с водой. Она специально в одном месте в крыше в шифере проделала дырочку, через которую в тазик постоянно набирается талая и дождевая вода, столь необходимая для решения таких необходимых гигиенических процедур. Она сама себя не любила в неряшливом и грязном виде и всегда пыталась хотя бы смыть с себя этот запах помойки и гнили. Большую стирку с баней в одном тазике не устроишь. Но прополоскать одежду и протереть влажной тряпкой тело, было врожденной необходимостью и потребностью Светланы. Одежда и бельё от такой стирки превращались в половые тряпки, но пахли уже приемлемо. Она из бабушкиного и дедушкиного гардероба нашила себе сменного белья и одежды, подремонтировала и слегка удлинила зимнее пальтишко, обмотав ноги тряпками, сумела обуть бабушкины осенние ботинки, чудом сохранившиеся на чердаке. И в таком наряде, оценив безопасность обстановки, прихватив три пустые бутылки, побежала в магазин. Ей после собачьих помоев безумно хотелось кусочек хлеба с дождевой водичкой.

13

Уединились они все вшестером в одном номере. Правда их летная комната представляла собой довольно-таки большое помещение с многочисленной мебелью. Так что обстановка позволяла разместиться парами по своим закоулкам не притесняя друг друга.

— Дамы крошат закусь, накрывают стол, а мужики хором на перекур, — скомандовал Иваныч, приглашая экипаж на собеседование по вопросу продолжения празднования Нового Года. — Сейчас вся гостиница гудит, и никаких помех не предвидится. Начальник отряда в курсе наших перипетий и до второго позволил расслабуху.

— Только давай, Женя, без эксцессов, — сразу возмутился Влад. — Чего это ты к моей Наталке клеишься? Уже и руку к коленке тянул.

— И вовсе не тянул, я просто скатерть поправлял, — смутился Женя, хотя действительно Наталья ему больше понравилась, чем его Диана. Погорячился он, да и времени на выбор уже не оставалось. Схватил первую, что под руку попалась, когда уже засобирались по домам. А попался экземпляр неважный, плохенький, как по фигуре, так и по фэйсу. Вот Владу подфартило удачно. Девчонка просто прелесть. И прилип он к ней, как банный лист, и спаиваться не желает, закусывает, зараза, сильно, боится прозевать.

— Скатерть и так хорошо лежала, — сердито заметил Влад. — Где глаза твои были, когда знакомился. Привел в дом пугало. И мне твоя корова абсолютно без надобности. Сам пугайся.

— Ну, мужики, вы или мало выпили, или совсем зажрались, — возмутился Иваныч. — А, по-моему, они все трое просто замечательные. Сейчас за стол сядем, по стакану вовнутрь вольем, так вообще все трое в Василис превратятся. Водку тоже в меру пить надобно. Недопитие порой вредней сказывается. И на зрение и на мироощущение.

Дамы встретили их красиво сервированным столом. Это же надо было из пустячных невзрачных продуктов изобразить такой натюрморт, что даже у сытого пробудится аппетит. Попытки Иваныча занять свою привычную нишу на трибуне воспитателя провалились сразу, так как все три Василисы трещали без умолку. Первым сообразил Влад и страстным поцелуем прекратил вещание своей Василисы. Остальные подхватили инициативу и, погасив свет, разбрелись по углам. Средней громкости магнитофонная музыка приглушала стоны и поскрипывания, и по окончанию кассеты все уже покончили с десертом и подтянулись к столу.

— Пусть весь год будет так хорошо! — радостно провозгласил тост Влад под дружный хохот компании.

Поскольку весь день сыпал снег, то трудно было сориентироваться во времени, а еще по причине всенародного праздника народ равномерно распределился по улицам и помещениям, так что, время суток временно растворилось в веселье. Расходились только после исчезновения с праздничного стола водки и закуски, которые бесследно пропали в бездонных глотках празднующих.

А со второго января ветер разогнал все тучи, солнце пригрело и расквасило снег, и экипаж приступил к интенсивному выполнению полетов, как плановых, так и срочных. За время непогоды накопилась масса неотложных дел у пограничников, срочно менялись посты, завозились продукты и вооружение в недоступные наземными средствами участки, в спешном порядке с этих участков отправляли в лазарет больных и немного пострадавших в результате затянувшейся вахты и праздника с заменой на здоровый состав. С одного поста забирали двух пограничников, слегка помятых медведем. При затянувшейся непогоде пограничникам разрешался отстрел дичи, которой в горах было достаточно. Но отстрел производили регулярно, так как есть тушёнку при изобилии живого свежего мяса — себя не уважать. Вот и здесь успешно завалили марала, а мишка и зашел на свеженину. Самому-то отловить такую животину слабо, а тут лежит в снегу и, вроде, бесхозно. Но пограничники возражали. В результате у двоих неслабые царапины, а медведь с испорченной шкурой еле сам чуть не стал свежем продуктом. А медвежатину погранцы тоже любят. Но не пожелали связываться.