Александр Арбеков - Баллада о диване

— Да, понимаю, — вздохнул я.

— Дни бессмысленны и совершенно лишены жизни! — воскликнул в отчаянии друг. — Смотрю на жену, как на предмет интерьера в квартире, как на шкаф, стиральную машину, кресло, унитаз, кофеварку, принтер, печку или пылесос. Все эти вещи нам конечно нужны, и жить без них трудно. Но это всего лишь вещи! Ужас какой-то!

— Ну, заведи любовницу. Ведь слово «любовница» происходит от слова «любовь».

— Наивный ты человек. Этих любовниц у меня хоть пруд пруди, а вот любимой женщины нет! Оргазм — это одно! Любимая женщина — это совершенно другое!!!

— Да, тяжёлый случай…

— А то! — приятель отхлебнул из бутылки.

— Дай мне! — я протянул руку в сторону бутылки.

— Ради Бога!

Я заглотнул водку, как эликсир, который дарует успокоение в минуты или часы душевной смуты, а потом сказал:

— А вот я влюбился… Безумно и навеки!

— О, как?! Не может быть! — изумился приятель.

— Может, может, ещё как может! На этом свете всё возможно, — усмехнулся я. — Не знаю, как там на ином… Собственно, влюблён-то я именно на том свете, где бродят то ли моя душа, то ли моё тело. Я в этом вопросе пока ещё не разобрался до конца.

— Не понял!?

— Я тоже…

— И кто же она такая, твоя несчастная избранница!? — хмыкнул приятель и снова решительно приложился к бутылке.

— Почему это несчастная!? Очень даже счастливая! Крайне счастливая! — я возмутился и расстроился. — Несчастная! Надо же такое сказать!

— Да потому она априори несчастна, что не найдётся в этом мире женщины, которая будет с тобой счастлива! — скептически ухмыльнулся мой товарищ и снова отхлебнул из бутылки. — А если она вдруг почувствует себя счастливой, то ненадолго! Это состояние её души будет очень кратковременным и иллюзорным. Дай Бог ей отмыться от тебя, как отмываются от скопившегося пота в долгожданном и прохладном оазисе после тяжёлого и длинного перехода через раскалённую пустыню.

— Ну, спасибо, мой друг! Огромное и преогромное спасибо тебе за оценку моей личности! — опечалился и всерьёз расстроился я.

— Пожалуйста! — приятель снова сделал очередной глоток из бутылки. — Да не обижайся ты! Мы же с тобой друзья, — два циника, маразматика и идиота! Я, в принципе, не лучше тебя. Моя жена — самая святая женщина в мире, а я — полный придурок, неблагодарный мерзавец, который её абсолютно недостоин! Абсолютно не достоин! На веки!

— Однако! Весьма и весьма неожиданный переход из одной темы в другую и ещё более неожиданный вывод, — усмехнулся я.

— А как ты хотел?! Жизнь соткана из переходов и выводов! — задумчиво произнёс мой друг.

— Да, полностью с тобой согласен. После каждого перехода мы делаем соответствующие выводы и руководствуемся ими при дальнейших переходах, — горько усмехнулся я. — Но очень многое зависит от времени и протяжённости перехода и нашей способности делать выводы. Вот, например, у меня эта способность довольно слабо развита. Сколько лишнего совершил я в своей жизни, ты не представляешь! Сколько глупостей натворил! Ужас! Мне так стыдно!

— Я тоже не ангел… — очень печально вздохнул друг. — Что же. Вернёмся к основной теме!

— К какой?

— К той самой! — раздражённо произнёс приятель. — И всё-таки, кто же она такая, — эта счастливейшая из избранниц? Гурия твоей души!? Сияющая звезда твоего счастья!?

— Ну, хватит же иронизировать! Нет, — хватит издеваться! — возмутился я. — Хочешь получить по морде?!

— О как!

— Да, так!

— Всё, молчу, молчу! С тобой, увы, я не справлюсь. Признаю этот прискорбный факт. Совершенно разные весовые категории.

— Она из другого мира, — простонал я. — Тот мир закрыт для тебя и всех остальных людей, кроме меня! Бедные вы, бедные! Немощные и убогие разумом! Не понимаете картины бытия во всём его разнообразии, многообразии и полноте! Не осознаёте громадности Вселенной! Не дано вам понять сокровенные тайны пространства и времени!

— Ну, куда уж нам, простым смертным! — усмехнулся друг и снова сделал глубокий глоток из почти пустой бутылки.

— В том, другом мире, живёт моя любимая женщина! Она ослепительно красива и любит меня. О, какие у неё ноги! Самые стройные и длинные из всех, виданных мною. А, какая грудь! Самая упругая и совершенная во Вселенной! А волшебная попка, которую я готов целовать бесконечно! О, Леди Ли!!! Ненасытная и страстная львица моей души, дурманящая и всецело поглощающая меня! Ах, как жаль, что она живёт в другом загадочном измерении. Увы, я недостоин её любви!

— Почему это? — вяло поинтересовался приятель и снова лениво приложился к бутылке.

— А потому, что я пока ещё только Полковник и беден, и не могу подарить ей хотя бы маленький остров или крупный бриллиант, — горестно вздохнул я. — Ничего, ничего! Скоро я стану Генералом! А дальше посмотрим! А, вообще, суть не в чинах и званиях. Суть в любви! Понимаешь? Вся суть в любви! А где ты её испытываешь, — на том или на этом свете, абсолютно неважно! О Леди Ли! Звезда моя негасимая! Мечтаю поцеловать твоё маленькое розовое ушко и уснуть рядом с тобою навеки! Королевна моя!

Я героически попытался сделать глоток из уже пустой бутылки и чуть не упал с лавки.

— Что за чушь ты несёшь!? — изумлённо воскликнул приятель.

— То самое!

— Да, мы явно задержались в этой сауне. А вообще, я думаю, что тебе самое время идти к психотерапевту или психоаналитику. Собственно, — это вроде бы одно и то же. Нет, нет! Лучше направляй свои стопы прямо к психиатру! У меня есть один великий специалист. Он тебя быстро поставит на ноги! Очистит мозги так, что будешь, як младенец! Да, мы явно засиделись в этом прекрасном заведении!

— Разве можно излечить странную болезнь под названием ЛЮБОВЬ? — мрачно и тяжко произнёс я.

— Конечно же, нет, если любовь настоящая, — задумчиво ответил Приятель после затянувшейся паузы.

— Значит, твоя любовь к жене была ненастоящей?

— Значит так. Увы… — печально произнёс друг.

Потом он, покачиваясь прошёл к холодильнику, достал из его слегка гудящего чрева бутылку водки, покрытую изморозью и вернулся к столу.

— О как, у нас, оказывается, есть сокровенный резерв Ставки? — удивился и обрадовался я.

— А как же иначе?! Резерв всегда должен быть, — улыбнулся приятель и открыл бутылку. — Ну что? На посошок!

— Согласен! Но всё-таки как жаль, что любовь подчас оказывается полной иллюзией… — тоскливо произнёс я.

— Да, жаль! Очень и очень жаль. Обидно! А ты знаешь, я тебе страшно завидую! Любовь, любовь… О, как давно я не испытывал этого трепетного, сладко-тревожного, невероятного и очень непонятного и крайне уникального чувства. Увы, увы…