Эдмунд Купер - Транзит

У Барбары была бутылка виски. По правде говоря, у Барбары было почти шестьдесят бутылок виски. Они устилали дно ее сундука так же, как сигареты у Авери. Почему-то Авери не думал, что Барбара может пить. Дело не в том (как объяснила Барбара, доставая бутылку), что она алкоголичка или даже просто «любит выпить». Ей просто-напросто необходим костыль, на который можно опереться. Хоть какой-то костыль в мире, где она должна вечно играть одну и ту же роль в нескончаемом телесериале о госпитале, готовом принимать воображаемых пациентов, пока все население Англии не станет душевнобольными, или прикованными к постели, или и теми и другими одновременно.

Барбара сидела рядом с Томом у входа в палатку, которую он окрестил «женским общежитием». Оба они держали в руках стаканы с виски. Авери и Мэри сидели всего в нескольких ярдах в стороне, у входа в «мужское общежитие». Авери тоже вертел в руках стаканчик, на дне которого плескалось немного виски. Но Мэри упорно отказывалась от алкоголя. Она с тревогой поглядывала на Барбару, уже четвертый раз подливавшую себе из бутылки. Но пока что виски, похоже, на Барбару не действовало. Том, однако, выглядел довольно унылым. В плане виски он не отставал от Барбары.

На какое-то время общая беседа угасла. Они сидели и молчали. Но вот Авери подбросил дров в костер, к небу полетел столб веселых искр, и Барбара встрепенулась.

Она тяжело вздохнула, потрясла головой и внезапно сказка:

- Нам придется придумывать имена.

- Извини, не понял? - недоуменно спросил Авери.

- Флора и фауна, глупый. Все эти красивые картинки рассказывают, какие растения и животные водятся в этих краях и на что они пригодны... или не пригодны... Но там нет названий. Мне кажется, это очень важно, чтобы все животные имели свои названия. Иначе как, черт возьми, мы будем о них говорить?

- В этом предложении что-то есть, - заметил Том. - Совершенно сбивает с толку трепаться о шестиногом кролике, который на кролика вовсе не похож... если вы поняли, что я имею в виду.

- Ты пьян, - тут же заявила Мэри.

Том засмеялся.

- Я лавировал, лавировал и все-таки вылавировал, - выговорил он с довольным видом, словно ученый, выдвинувший новую революционную теорию.

- По-моему, это очень просто, - вмешалась Барбара. - Мы назовем его кроликоподобный.

- Кого его?

- Шестиногого кролика. Он кроликоподобный. А еще тут водятся носорогоподобные, крокодилоподобные, собакоподобные и так далее, и так далее...

- Удобно и понятно, - улыбнулся Авери. - Но как ты назовешь увиденного Мэри греческого бога? Между прочим, у нас нет карточки, объясняющей, кто он и на что пригоден.

- Очень просто, - не смутилась Барбара. - Он или суперподобен, или сексоподобен, - она захихикала, - в зависимости от вашего пола, вкусов и того, что он с вами делает.

- Я надеюсь, - серьезно ответил Авери, - что он ничего не будет с нами делать... если, конечно, вообще существует.

- Существует, - мрачно сказала Мэри, - можете не сомневаться. - Она содрогнулась. - И чего вы только о нем напомнили.

- Дорогая моя, - воскликнул Том, - мы с Ричардом будем защищать твою девственность до последней капли виски... Господи, как я устал! Это все, наверно, морской воздух.

- Приставка «подобный», мне кажется, подойдет, - решил Авери. - Во всяком случае, пока. Между прочим, наша первоочередная задача - как следует запомнить все картинки и выучить надписи под ними. От этого может зависеть, выживем мы тут или погибнем... Касательно последнего: замечания Тома. Может, вам троим спать пойти? По-моему, неплохая идея. День был довольно тяжелый.

- Нам троим? - нахмурилась Барбара. - А ты чем займешься?

- Буду нести вахту и поддерживать огонь. А через пару часов разбужу тебя. Ты подежуришь и поднимешь Тома. Таким образом, Мэри достанется, как я надеюсь, утренняя смена.

- Отправиться на покой... милая и почти святая мысль - если, конечно, речь идет о кровати в Первом Восточном. Спальный мешок и палатка почему-то не наполняют меня таким же энтузиазмом. Однако, оказавшись на Марсе, надо вести себя как маленькие марсиане. Спокойной ночи всем... Если Барбара не против, я бы прихватил с собой посошок на дорожку.

Он плеснул себе в стакан приличную порцию виски.

- Да, кстати, - поинтересовался Авери, - в ваших сундуках есть какие-то личные удобства... ну, как сигареты у меня, или виски у Барбары?

Свой вопрос он адресовал Тому, но первой ответила на него Мэри.

- В моем, наверно, килограмм пятьдесят конфет, - призналась она. - Я и правда ела их довольно много, но... - даже в свете костра было видно, как она покраснела.

Авери перевел взгляд на Тома.

- Извини, старина. В моей маленькой коробочке нет ничего, что мы могли бы есть, пить или сосать. Все удобства, какие есть, - исключительно личного характера... Предполагая, конечно, что принципы невмешательства в личную жизнь, свойственные цивилизованному обществу, действуют и в нашей группе... Приятных сновидений, - и с этими словами Том скрылся в палатке.

Авери был заинтригован. В голосе Тома чувствовалось напряжение. А если добавить к этому странное замечание о «личной жизни», складывалось впечатление, что Том хочет что-то скрыть. Но в той ситуации, в которой они оказались, ничто не может оставаться тайным. Рано или поздно все всплывет наружу. Скоро, даже слишком скоро, они на собственной шкуре познают все сильные и слабые стороны друг друга, взаимные привязанности и недостатки, маленькие личные тайны... И это тоже будет нагота, просто в другом смысле...

Следующей сломалась Мэри. А вслед за ней отправилась спать и Барбара. Его спутники находились от него всего в нескольких ярдах, и однако, Авери почувствовал себя восхитительно, блаженно одиноким.

Он немного дрожал - от холода и удовольствия. Он подбросил дров в огонь и уселся поудобнее. Возможно, следует выйти из лагеря и посмотреть вокруг, не собирается ли кто-нибудь на них напасть. Но Авери тут же отказался от этой мысли. Ночь была такая темная, что в стороне от костра он ровным счетом ничего не увидит. А сам при этом станет прекрасным объектом для нападения. Нет уж, лучше сидеть и не рыпаться, положившись на изгородь и костер.

Погруженный в свои мысли и воспоминания, Авери просидел у костра, наверно, минут сорок пять, когда вдруг услышал шорох. Это Барбара, накинув на голое тело рубашку и натянув слаксы, вылезала из палатки.

- Не могу уснуть, - прошептала она. - Я пробовала и так, и этак ничего не помогает. Мэри-то уснула без проблем. Дрыхнет, словно дома.

- Может, ты выпила слишком много виски, - тоже шепотом предположил Авери.

- Или мало, - улыбнулась Барбара. - Ричард, мне чертовски одиноко. Сделай любезность, подержи меня за руку. Это все, что мне сейчас нужно.