Энн Маккефри - Спор о Дьюне

- Для нас будет великим удовольствием, - с церемонной вежливостью продолжал Кен, прекрасно понимая, к чему клонит Хрестан, - если уважаемый Храл останется нашим гостем, до тех пор пока не прибудет космический корабль.

Храл и Хрестан обменялись многозначительными взглядами - в то время как Кен размышлял, не превышает ли он своих полномочий. Он огляделся, пытаясь найти Ху Ши. Вежливостью и спокойными манерами хрубаны весьма походили на руководителя земной колонии, и Кен с горечью сознавал, что обладает более холерическим темпераментом. Сгоряча он мог сболтнуть лишнее - вместо того, чтобы облечь свою мысль в продуманные и выдержанные речи. Каким же образом - дьявол побери! - узнать что-нибудь стоящее об этих хрубанах, когда приходится говорить Полунамеками? Необходимо выяснить как можно больше об их религии, погребальных обрядах, воспитании детей, племенном устройстве, семейных обычаях - обо всем, что так необходимо департаменту Внешних Сношений для полноценного контакта. Но язык туземцев не выучить за четыре дня. И все дальнейшие лингвистические исследования Кена - да и прочих колонистов - превращались в уроки фонетики. Он не раз пытался задать Хрулу главные вопросы, но лишь вовлекал себя и своего наставника в бесконечные грамматические упражнения. К тому времени, как он усваивал очередную порцию слов, вопрос оказывался забытым. Было ли это случайностью? Или хрубаны играли с ним, с дьявольской ловкостью уходя от ответов?

Выразив признательность за приглашение, Храл начал советоваться с Хрестаном по поводу беспокойства, которое он может причинить гостеприимным хозяевам. К тому времени, когда староста деревни убедил Храла не волноваться, Кен поймал себя на том, что дает обещание старому хрубану показать хозяйство колонии.

Они уже готовы были направиться в столовую, чтобы продолжить переговоры за завтраком, когда туземцы внезапно остановились, задрав головы вверх; кончики их ушей затрепетали. Удивленный Кен осмотрел ясное утреннее небо. Оно было чистым и пустым - лишь белые клочья редких облаков плыли к востоку. Кен, однако, заметил, что болтавшийся неподалеку молодой Хрул тоже застыл, словно каменное изваяние, устремив взгляд в прозрачную синеву.

- Зрение и слух хрубанов, вероятно, гораздо острее, чем у нас, вежливо заметил Кен. - Могу ли я поинтересоваться, что привлекло ваше внимание?

Хрестан, уши которого еще трепетали, а зрачки были сильно расширены, успокоился и широко растянул губы - Кен уже представлял, что у хрубанов это означает улыбку.

- Снижается ваш небесный корабль. Мы видим небольшие искорки.

Кен метнул взгляд поверх его бархатистого плеча, в том направлении, куда указывал хрубан; довольно скоро он различил серебристые отблески над северным горизонтом. Наконец, до него донесся еле различимый гул тормозных двигателей звездолета.

Мгновенно забыв о гостях, Кен вскинул вверх руки и испустил торжествующий рев. Встревоженные колонисты начали сбегаться на площадку; наконец, кто-то догадался о причине восторга Кена. В воздухе уже стоял пронзительный свист, когда на пороге столовой появился Ху Ши, в спешке едва не наступив на хвост Храла. Кен ухитрился перевести и витиеватые извинения начальника колонии, и не менее вежливый ответ старого хрубана. К тому времени, когда Ху Ши понял, что Храл добрался сюда из отдаленной деревни, отблески солнечных лучей на металлической обшивке корабля были уже ясно видны. Крохотное пятнышко в небе увеличивалось с каждой секундой.

- Мы не хотим мешать встрече с близкими, которых вы не видели так долго, - заявил Храл с вежливым поклоном. Что-то не торопится он уходить, подумал Кен разглядывая туземцев. Визг рассекаемого воздуха стал нестерпимым, и он заметил, что чувствительные уши хрубанов сейчас были плотно прижаты к черепу.

- Счастливый случай позволяет нам разделить радость с новыми друзьями, - добродушно ответил Ху Ши, пытаясь перекричать грохот.

- Останемся. Совсем не к чему уходить, - торопливо заметил Хрестан, обращаясь к Хралу. - Наши подруги хотят устроить большой праздник, чтобы приветствовать женщин с Земли, - сообщил он руководителю колонии.

- Такое внимание - большая честь для нас, - политично ответил Ху Ши.

Рамазан, взъерошенный, как воробей в непогоду, появился из-за угла здания.

- Ху, там... о, извините, - запнулся он, заметив туземцев. Затем схватил метрополога за рукав, пытаясь оттащить в сторонку. - Их женщины роют яму за кухней и таскают хворост... и оленьим тушам я уже счет потерял. Не могу понять, в чем дело.

- Они помогают нам приготовиться к празднику, - пояснил Кен, понизив голос. - Надо же отметить встречу.

- О! - Рамазан был поражен. - Очень любезно с их стороны! А я-то решил... - он ринулся в сторону кухни, на ходу закатывая рукава.

Боже милосердный, подумал Кен с внезапной паникой. Полный корабль женщин и детей - и ни одного человека на борту, который знал бы, какая встреча их тут ждет. Он оглянулся на туземцев. Хрубаны с вежливым любопытством следили за снижавшимся кораблем.

10. ПРОБЛЕМА ДЕТЕЙ

Гигантский транспортный корабль приземлился, вздымая клубы пыли. Люди, двигаясь с неуклюжей торопливостью, разбрызгивали вокруг корабля нейтрализаторы радиации, затем залили раскаленную выжженную почву водой. Чем скорее будет покончено с посадочными процедурами, тем быстрей женщины с детьми смогут ступить на землю Дьюны. Колонисты знали, что экипаж не поддерживал во время полета экстренную связь с Землей; следовательно, никто на борту не знал о существовании туземцев.

В последние дни корабль и разговоры о нем стали средоточием их вселенной; каждый ожидал его с нетерпением и плохо скрытой нервозностью. И вот свершилось!

Когда опали струи воды, бившие из брандспойтов; нижний люк открылся словно черный глаз на фоне плоского лица с серебристой кожей. Два человека проворно спустились вниз по ступенькам пассажирского трапа и огромными прыжками пересекли кольцо выжженной земли. Ху Ши торопливо пробрался сквозь толпу колонистов, сгрудившихся на краю зоны безопасности. Он помахал рукой женщинам, заполнившим проем люка.

Капитан корабля, смуглолицый, горбоносый, с бородкой клинышком, нахмурился, увидев хрубанов, - еще до того, как Ху Ши протянул ему руку. Он начал что-то говорить, но не услышал собственного голоса - колонисты старались докричаться до своих жен, и шум стоял страшный.

- Уймите вы их! - во всю силу легких проревел капитан, на миг перекрыв гвалт. - Я могу перекричать всех, но к чему зря драть глотку? Эй, парни! он махнул рукой, чтобы привлечь внимание возбужденных мужчин. - Пока я не сдам документы вашему начальнику, никто не выйдет из корабля и не войдет в него! - Он скользнул взглядом по лицам колонистов и продолжал, уже пониженным тоном: - И я ничего не буду делать в таком бедламе.