Лев Аскеров - Человек с того света

— Куда?! — остановил его Мерфи.

Пит с растерянно-вопрошающей физиономией смотрел на шефа. Ткнув носком туфля в стоявший у стола кейс, Мерфи приказал:

— Возьми его. И сегодня же на глазах своего «дружка» Крысы расплатись по закладным отца.

Хэйк остолбенел.

— Бери, бери, — не без добродушия проворчал он. — Заработал ведь.

У Хэйка дрогнули губы.

— Спасибо, сэр.

— Полно!.. Но если упустишь порученную тебе отраву — пеняй на себя.

— Не упущу, сэр! — воскликнул Хэйк и запнулся.

— Что такое? — поинтересовался Мерфи.

— Странно, — пожал плечами Пит, — но мне кажется, что всё это я уже переживал. И слышал, и видел… Даже то, что теперь произношу… Или сейчас я во сне, или…

— Проваливай, взяточник! — Мерфи легонько подтолкнул Пита.

Хэйк выскочил из кабинета, а секунду спустя, снова приоткрыл дверь и, просунув голову, сказал:

— Сэр, вы, конечно, меня извините, но этот шлепок я получаю от вас дважды. Кроме того, операцию мы провернем блестяще и я стану вашим помощником…

Через пару недель связник из Карачи передал в Интерпол кодовую депешу.

«Героин в контейнерах с изюмом приблизительной стоимостью 40 млн долларов, по данным Долговязого и нашим агентурным сведениям, пойдет по маршруту Тегеран—Пехлеви—Ленинград — Хельсинки — Сент-Джон (Канада). По словам Крысы, путь через Советы долгий, но надежный. Что он имел в виду под надежностью — непонятно. Не думаю, что в советской таможне у них свои люди. Скорее всего, подразумевается то, что русские к заграничным грузам относятся с величайшей бережностью и к их отправлениям во всех иностранных портах и станциях относятся с доверием… Для прикрытия Долговязого работаю с Персом. Есть зацепка… Жду указаний».

Прочитав донесение, Мерфи связался с министром внутренних дел СССР и на следующий день, соблюдая все меры предосторожности, инкогнито прибыл в Москву.

Комиссар Интерпола не стал скрывать как им удалось выйти на контрабандный поезд. Именно по этим соображениям в разработанном плане предстоящей операции исключалась какая-либо роль Интерпола. Решено было «обнаружить» контрабандный товар в Ленинграде. Шума, однако, не поднимать. Связаться с канадской полицией и совместно с их сотрудниками вести товар до самого Сент-Джона Там, в конечном пункте следования, все заботы по поимке с поличным гангстеров, занимающихся бизнесом «белой смерти», канадская полиция возьмет на себя.

Все было разыграно, как задумано. Стоимость конфискованного героина составила ни мало — ни много — 50 миллионов долларов. Цент в цент. К этим щедротам Мароновская паутина сыпанула вдобавок десятком самоуверенных паучат.

Гангстеры были донельзя растеряны. Это прямо-таки бросилось в глаза. В ночном выпуске телевизионных новостей Беу наблюдал за пятерыми своими молодчиками в блестящих «браслетах». По ошарашенным их лицам было ясно: для них это как снег в летний день. Никак не ожидали. Шли на верное дело и… влипли.

Глава вторая

СЕДЬМОЙ КРУГ АДА

I

Сразу после похорон жены Мерфи захотел встретиться с Векслером. В ту последнюю их встречу тот обронил многозначительную фразу, не дававшую ему теперь покоя. Векслер тогда сказал: «Больше я вам ничего говорить не стану…»

Нужно было, конечно, в тот же самый момент настоять и уточнить, что он имел в виду. Но тогда Боб почему-то был зол на Векслера и к его пророчествам отнёсся с решительным неприятием. На этот раз он рассчитывал на большую откровенность экстрасенса, тем более Векслер намекал на свой близкий конец.

Векслера в штатах не оказалось. Улетел в Бельгию. Там нуждались в его квалифицированной консультации. «Тем лучше, — подумал Мерфи. — Зачем? Лучше не знать. Что будет — то будет». И Боб на время забыл об экстрасенсе. Ему о нём напомнил зам. Как-то утром, соединившись с Мерфи по селектору, он спросил:

— Босс, вы читали о нашем Векслере?

— Опять что-нибудь предсказал?

— К сожалению, он никогда больше не сможет этого сделать.

— Вот как!? Сейчас прочту. Спасибо.

Каждая из пяти газет, лежавших у него на столе, вынесла это событие на первые полосы. Заголовки кричали: «Загадочная смерть известного экстрасенса», «Кто свёл счёты с Вергилием Векслером?», «Мафиози торжествуют. Убит их обличитель…» Пространные материалы сопровождались фотографиями. Улыбающийся Векслер на пляже, сосредоточенный — на сеансе, и, конечно, обезображенный — на месте происшествия.

Мерфи ограничился чтением короткого сообщения.

«Сегодня ночью в своей квартире семью выстрелами в упор убит знаменитый экстрасенс Вергилий Векслер. На трупе покойного полиция обнаружила, напоминающая визитку картонную карточку, на которой типографским шрифтом было оттиснуто: „Векселю — по векселю“».

За долгие годы работы Мерфи взял за правило в первый день после сообщений о преступлениях не читать газетных отчетов. Не изменил он ему и сегодня, хотя сгорал от элементарного любопытства.

Боб предпочитал прежде прочесть первоисточник: составленные полицейскими первые протоколы с места происшествия и дознания. Их язык был профессионален и потому понятен ему. Только после знакомства с ними Мерфи принимался за изучение газетных материалов. В них иногда выдвигались такие версии и, походя, упоминались такие детали, которые, как ни странно, не отрабатывались следователями или отрабатывались не в том направлении.

К газетчикам Боб относился с уважением. Не отмахивался от них и не смеялся над ними. Они, правда, излишне путаются под ногами, но ребята дотошные, дело свое делают добросовестно… Мерфи снова в раздумье посмотрел на газеты, а потом, сложив их, решительно вложил в ящик стола.

Вернувшись с обеденного перерыва, он первым делом поинтересовался, поступили ли к ним материалы по вчерашнему событию. Каково же было его удивление, когда после обязательного: «Да, сэр!» — сотрудник доложил:

— Вам несколько раз звонил директор страхового банка. Просил, чтобы вы срочно связались с ним. Если я правильно понял,'у него для вас письмо, якобы от… Векслера.

Так оно в действительности и было. Как выяснилось, Векслер написал и положил его на хранение в банк месяцев десять назад. С условием: «Сей пакет, после моей смерти в срочном порядке, лично в руки, вручить шефу Интерпола, комиссару Роберту Мерфи». Расписавшись в получении «сего», Мерфи поспешил к себе.

На конверте от руки печатными буквами было написано: «Роберту Мерфи (лично в руки). Вергилий Векслер». Боб вскрывал конверт не без волнения.