Николай Якубенко - Игра на выживание. Острие Иглы.

Скоро на берегу появился и Макс. Тоже немного постоял на берегу, думая о своем.

— Знаешь, Ветал, очень соскучился я по музыке. Хочется врубить центр на полную, что бы все тело ощущало ее вибрацию. И поставил я бы In ExtrEMO. Лучше всего был бы альбом Verehrt Und Angespien, 99 года. Очень он подошел бы сейчас. Или Morgenstern.

— Не трави душу. Лучше — учись на балалайке играть, или какие тут инструменты в ходу. Надо будет у Агриса поинтересоваться.

— То-то и оно. Обустраиваться нам надо, о возвращении не думать. Вечно шляться по лесам нельзя, а свое место в здешней иерархии я, по правде говоря, не вижу. Компьютеров здесь нет, и при нашей жизни точно не будет. Значит и сисадмины нафиг не нужны, а кроме этого я ничего делать толком и не умею…

— Ты умеешь пить много пива и щупать девок.

— У тебя талант обнадеживать.

— Не парься, Агрис, может, сам ничего не знает — что он там видел из своей орденской башни?

— Агрис говорил, что раньше на ферме работал, если по-нашему. И жизнь видел в разных ее ипостасях.

— Зато он нашу жизнь не видел и даже не представляет ее толком. С нашими знаниями — выкрутимся. Хоть бы и в школу пойдем таблицу умножения преподавать. Ты ее, кстати, знаешь?

— Ну ты даешь… я же программист по образованию, с математикой на «ты». Все местные ученые пере до мной — двоечники в школе для умственно отсталых.

— Вот! Я, конечно, гуманитарий больше… Но профессия обязывает знаю много чего полезного и нужного. Короче, не пропадем мы с тобой. Главное — первый год-полтора в какой ни будь дыре просидеть, а там уже в люди податься. Типа «гении от народа». Годик землю покопать или огороды для аборигенов за еду полоть — не западло. Потому как для выживания нужно. И мир за это время лучше узнаем.

— Я тоже так думаю. По началу нефиг высовываться. Поживем, оглядимся, к тому времени страсти поутихнут… и будем пробиваться «в люди».

— Агрис говорит о ближайшем к капищу друидов поселке, как о цели. Я так подумал… нельзя туда идти. Если нас ищут, то там будут ждать по любому. Легкий путь, не значит — правильный. Идти нужно «по зеленке» сколько возможно будет и выйти там, где нас никто не ждет. Тогда будет хоть какой то шанс обосноваться здесь незамеченными и неопознанными.

— Дело говоришь. Может вообще землянку поставим и до весны в лесу жить будем?

— Вроде и умный ты человек, даже высшую математику знаешь… что мы кушать по твоему будем? Древесину???

— Ну, олени разные, кабаны.

— Это тебя скушают волки или кто здесь охочий до мяса. Даже не рассчитывай на это.

— Тогда, идем сколько можно будет и выходим батрачить за еду.

— Вот! Сразу видно в человеке высшее образование!

Ранним еще утром доели птиц и лягушек, и пошли дальше. Электрические приборы в кустах никому не чудились, поэтому шли размеренно, без особой спешки. Плато оказалось приличных размеров и странники уже стали скучать без крутых спусков, осыпающихся под ногами камней и прочих прелестей. Их путь шел горизонтально, сквозь камни, кусты и прочее. Через пару часов перехода решили спуститься в русло и идти по нему — река течет спокойно, реальных препятствий движению нет, так почему бы не воспользоваться этой природной дорогой? К тому времени берега реки стали почти непроходимыми из-за самых настоящих джунглей из кустов, дикого винограда и еще чего-то непонятного. Продираться через все это без экскаватора или хотя бы мачете было проблематично.

Лягушки становились больше и толще. Такое ощущение сложилось у незадачливых охотников после третьего десятка добытых земноводных. Палки были оставлены за ненадобностью — по сравнению с лягушками «воробьи» проигрывали и по вкусу, и по массе, а главное — по количеству. Поэтому обед состоял из одних только вареных лягушек. Даже картофель решили сохранить «на черный день». К тому времени накопились другие вопросы к Агрису.

— Агрис, мы сейчас на чьей земле находимся? В смысле, какого ордена?

— Разумеется на земле Закатного ордена. Думаешь, мы бы решились проводить обряд где-то еще?

— Так его вроде как нет уже…

— По моим мыслям, сейчас идет подготовка к грандиозной драке между орденами — за земли, библиотеки, имущество… даже те, кто и не думал идти на соседа войной уже точит топор. Ордена срочно мобилизуют боевых магов, переучивают остальных. Уж больно кусок сочный. Корольки вынуждены в самый разгар страды мобилизовать людей на большую войну.

— Получается — местных магов в асфальт закатывать будут?

— Тем, кто давал обед Закатному ордену и не успеет спрятаться — хана. Местные маги, например, погодники или артефакторы, которые просто платили налоги ордену без обряда посвящения, переждут горячее время где потише и переберутся под крылышко нового ордена. Им большая политика побоку. Короли и цари местные будут сидеть в своих замках, в надежде перейти на сторону победителя, когда он проявится… реально воевать будут лишь ордена. По бывшим землям Закатного ордена пройдут армии, возглавляемые магами Истинного и Железного ордена. Крепости будут открывать перед ними свои ворота без шанса противостоять и с надеждой заслужить хоть какое ни будь место под солнцем при новой власти. А вообще — бардак будет твориться полный.

— Чем дальше в лес, тем толще партизаны. Получается, мы «попадем» на самый разгар схватки орденов. Так может нас вообще в этом бардаке никто искать не станет?

— Наоборот, ордена будут искать даже самый призрачный шанс стать сильнее врага. Самое время для поисков носителей грани миров, тебе не кажется?

— Я бы отложил эту авантюру на более спокойное время, а сейчас полагался на то, что уже есть и чем можно воспользоваться прямо сейчас.

— В твоих словах есть смысл. Но есть и другие ордена. Пока два соседа схватились, они могут попытаться отхватить лакомый кусочек.

— Ты достал, Агрис. Лучше шагай быстрее.

— Твой расчет на быстроту ног не оправдан, Макс. Лучше полагаться на удачу.

— Хрен там.

Плато закончилось и снова пришлось переходить в сторону от русла — пробираться сквозь дикий лес. Вновь пошли водопады, уже не так часто, как до этого, зато они стали намного больше. Самый большой — метров тридцать в высоту, пришлось обходить по большой окружности через склон горы.

Если бы дело происходило летом, проблем не возникло. Но сейчас по склону громоздились кучи опавшей сырой листвы и хвои, готовой при любом касании сорваться вниз. Держать равновесие и самое главное — держаться за попадающиеся деревья, корни, кусты, к этому привыкли сразу. Если предстояло пройти открытый участок без «страховки», осматривали склон ниже — что бы можно было в случае чего схватиться на дерево. В крайних случаях страховали друг друга палкой. Это происходило так: один переходит опасный участок, держась за палку, другой, крепко ухватившись за дерево, держал другой конец палки. Если проказница судьба приказала человеку скатиться вниз, его поднимали на палке наверх и все начиналось заново.