Николай Шагурин - Эта свирепая Ева

- Признаться, и мне тоже. Но нашим правнукам волей-неволей придется это сделать, потому что на суше им станет слишком тесно. Впрочем, эта тема тоже неисчерпаема, а нам нужно браться за дела. Приводняйтесь, Андрис, - обратился он к пилоту. - Будем брать пробы воды.

Началась будничная лабораторная работа: анализы верхнего слоя океанской воды на плотность и соленость, замеры температуры и влажности воздуха на разной высоте, атмосферного давления. Помогали Кудоярову Апухтин и бортмеханик вертолета Яков Найдич. Дело спорилась.

За работой неощутимо бежали минуты, и вертолет отмеривал по воздуху новые и новые мили, все больше удаляясь от корабля-матки. Это не смущало экипаж: радиосвязь с "Академиком" поддерживалась бесперебойно.

В двенадцатом часу начали готовить к постановке радио-буй. Вертолет спустился к самой поверхности океана, по которой шла еле заметная зыбь и неподвижно завис над водой.

Тут это и случилось. Из голубого марева на юговостоке вырвались три истребителя и на большой скорости понеслись к вертолету. Они шли строем треугольника и описали над воздушным кораблем большой круг. В самом факте" появления истребителей в этом районе не было ничего необычного, моряки советских торговых судов притерпелись к подобным "визитам". Но было обстоятельство, которое сразу заставило экипаж вертолета дасторожиться: ни один из самолетов не имел опознавательных знаков.

- Товарищ Фомин, связь? - обратился Кудояров к радисту, опуская бинокль.

- Есть связь! - встрепенулся радист.

- Передавайте: "В 12 часов 32 минуты появились и облетывают нас три истребителя неизвестной национальности..." Ах стервецы, что делают!

Истребители, развернувшись, пошли в лоб на вертолет и промчались над ним на бреющем полете в угрожающей близости. Провокационный смысл этих маневров был ясен: ведь на корпусе вертолета опознавательные знаки, указывающие национальность воздушного корабля и его научное назначение, были нанесены достаточно четко.

"Прошли над нами в бреющем полете, - продолжал диктовать Кудояров. - Все эти действия можно рассматривать только как психическую атаку с целью запугивания... Приводняемся, ложимся в дрейф".

Тем временем истребители снова развернулись и ушли туда, откуда появились - на юго-восток.

Экипаж облегченно вздохнул. К несчастью, это не был конец инцидента.

- Евгений Максимович, смотрите: возвращаются! - воскликнул Скобелев.

Один из истребителей, действительно, возвращался. Все так же, на бреющем полете, прошел он над беззащитным вертолетом, и экипаж услышал, как что-то забарабанило по фюзеляжу. После этого истребитель повернул и исчез, уже окончательно.

Найдич открыл дверку и полез наружу.

- Подлецы, гангстеры чертовы! - донесся оттуда его голос, - Евгений Максимович, винт, к счастью, цел. Но баки...

Радист передавал на борт теплохода: "Один из истребителей обстрелял нас из пулемета. Пробиты баки, горючее вытекло..."

- Будем давать сигнал бедствия, Евгений Максимович? спросил Апухтин.

- Нет, зачем же! - Кудояров укоризненно посмотрел на журналиста. - "Академик" подойдет сюда... Товарищ Фомин передавайте: "До вашего прихода безусловно продержимся на воде. Самочувствие экипажа бодрое. Наши координаты... Кудояров".

"Идем!" - отвечал "Академик Хмелевский".

Однако ни Кудояров, ни товарищи еще не предполагали, что им предстоит еще одна, столь же неожиданная и не менее неприятная встреча.

В последней радиограмме с вертолета, принятой на борту "Академика", было сказано: "К нам приближается яхта под тринидадским флагом. Ложится в дрейф и спускает шлюпку..."

На этом связь внезапно оборвалась, как ножом обрезанная. Это, понятно, вызвало на борту "Академика" серьезнейшую тревогу.

...Вскоре после обстрела на горизонте появилась большая морская яхта и, по-видимому, заметив вертолет, изменила курс и пошла к нему. Это было моторное судно современной конструкции тонн 400 водоизмещения, отличных пропорций и, вероятно, превосходный ходок. Легкий ветерок развевал на корме полотнище - красное с черной полосой по диагонали.

- Да, тесновато становится в Тихом океане, - сквозь зубы заметил Кудояров.

- Что поделать, Евгений Максимович, демографическая революция... - отозвался неунывающий Апухтин.

Метрах в двухстах от вертолета яхта застопорила машины и легла в дрейф. В спущенной на воду вельбот спрыгнуло несколько человек.

Через пять минут в кабину вертолета поднимались люди в синих робах, с желто-смуглыми скуластыми лицами, видимо, уроженцы Малайзии, все вооруженные. У пятерых были кольты, у шестого - новенький автомат. Недвусмысленными жестами они предложили экипажу покинуть вертолет и перейти в вельбот. Когда Андрис запротестовал и стал знаками объяснять, что им необходимо остаться, один из малайцев молча ткнул его пистолетом под ребро.

- Ладно, Андрис, не связывайтесь. Посмотрим, что из всего этого выйдет, - сказал ему Кудояров.

Малаец, покидавший вертолет последним, замешкался: прежде чем оставить кабину, он подошел к рации и несколькими ударами пистолетной рукоятки вывел ее из строя.

Когда вельбот проходил за кормой яхты, Кудояров поднял голову и прочел ее название: "Королева". Ниже было указано место приписки судна - Порт-оф-Спейн.

Пресса

МИРАЖИ МИРОВОГО ОКЕАНА

Многие напрасно думают, что миражи наблюдаются только в пустыне. По рассказам потерпевших кораблекрушение, несчастным, носящимся десятки суток на жалких обломках корабля или самодельном плоту по безбрежной равнине вод, видятся порой корабли, идущие на помощь, острова, одетые в зелень, где бьют ключи пресной воды - призраки, рожденные воображением людей.

Однако в последнее время все чаще и чаще поступают сообщения очевидцев, преимущественно моряков. отнюдь не склонных к галлюцинациям, как принято говорить в юридических документах - "находящихся в здравом уме и твердой памяти". Явления, о которых пойдет речь, наблюдались в различных пунктах Атлантики, Индийского и Тихого океанов, главным образом - последнего, при ясной, штилевой погоде и хорошей видимости.

Семюэль Уэбстер, капитан американского грузового парохода "Марк Твен" видел серо-стального цвета спину огромного чудовища, далеко превосходящего размерами крупнейшего кита. В таких же примерно выражениях рисует этот феномен второй помощник капитана с ямайского судна "Трепанг" Давид Мадраса.

Иначе выглядит это явление в рассказе вахтенного с греческой яхты "Южный крест" Христо Порфираса. По его словам, увиденное им "нечто" можно было принять за рубку подводной лодки, таких параметров, что она могла принадлежать только подводному судну гигантских размеров. С этим сходятся и свидетельства ряда других очевидцев.