Ирина Скидневская - Звёздные мальчики

Вода даже не колыхнулась. Став черной, как деготь, она только втягивала свет, а отдавать его не хотела - ни лучика не мелькнуло в неподвижном зеркале воды. Поначалу мокошь решила, что ошиблась переставила или забыла слова, старость ведь не радость. Сосредоточилась и снова прошептала заклинания. Молчала вода.

Арина не знала, что и подумать. Иногда будущее человека было скрыто от нее пеленой, но уж прошлое она видела, как на ладони, ведь все, что происходит с людьми, отражается в Великой Книге Жизни. Никто не знает, где ее искать, и никогда не найдет, но посвященные могут научиться читать в ней. До сих пор у Арины это получалось.

... Свече осталось гореть совсем немного. Небо на востоке начинало светлеть, и в вышине одна за другой гасли последние утренние звезды.

Да, загадали ей дети загадку. Если сами не захотят о себе рассказать, ничего Арина не сможет про них узнать. Конечно, они не обычные какие-то дети... Но ведь все равно - дети, мальчики! Так как же Арина решится исполнить следующее предсказание - "... и отдашь ты им самое дорогое, что есть у тебя на свете, - чтобы спасли они, дети, не похожие на детей..."?!

Арина не замечала бегущих по лицу слез.

- Не отдам! Ни за что не отдам, нет... - исступленно твердила она, изо всех сил сопротивляясь своей жестокой судьбе.

Вдруг пахнуло в растворенное окно сладким ароматом уходящей летней ночи, и дрожащие мягкие тени от мерцающей свечи заметались по стене. Свеча всё не хотела догорать и слабо теплилась. Арина не спешила задуть ее и не отрываясь глядела на крохотный, умирающий огонек.

8.

Впервые в жизни Арина проспала. Подхватившись с лежанки, поспешно собрала на стол и пошла звать мальчиков завтракать. Во дворе никого не было. Около крыльца лежал ящик с игрушками, на завалинке сохли штук двадцать новых горшочков. Услышав голоса, Арина побрела к углу дома. Неожиданно ветер донес до нее обрывок фразы:

-... вы один сопротивляетесь очевидному...

Завернув за угол, Арина увидела, что Дизи и Второй сидят в тенечке на траве, а Рики катает взад-вперед игрушечную деревянную машину, когда-то сделанную ее покойным мужем. Мальчики поздоровались. Рики подбежал к Арине.

- Бабушка, я игрушки на чердаке нашел... Ты не будешь ругаться? Это чьи?

- Это моего внука... Играй, деточка... - Арина погладила Рики по голове. - Пойдемте чай пить.

... Рики дул на чай и с обидой выговаривал Арине за то, что ночью ничего не происходило. Мокошь, улыбаясь уголками рта, оправдывалась:

- Не виновата я, дружочек. Дуй, наверное, вас испугался...

- Наверное, - хмыкнул Тики, и видя удивление Арины, добавил: Встречали мы его вчера, злодея твоего. Дизи его припечатал алмазом.

Арина побледнела и покачала головой.

- А я почему не видел? А я где был? - расстроился Рики.

- А маленький зайчишка со здоровенным медведем бился... - ответил Дизи словами из сказки.

Рики вспомнил вчерашнюю встречу с мохнатым, пропахшим дымом овинником, его, будто из железа сделанные, руки, злобные красные глаза и поежился.

- Везде опасности подстерегают... Шагу ступить некуда - уже кто-нибудь ждет за углом... - обиженно сказал он. - Бабушка, ты бы нас тоже научила колдовать, а? Как ты вообще, это, колдуньей стала?..

- Как стала? - Арина вздохнула. - Да все женщины в нашем роду мокшили, колдовали то есть. Знания свои перед смертью мокошь должна дочери передать или другой родственнице. Вот пришло время бабушке моей, Катерине, помирать. Лежит она, мучается, стонет - три дня помереть не могла, потому что мать моя отказалась ведовство на себя взять, сказала бабушке:

- Ты для себя не жила, все для других. Хочешь, чтобы и я это ярмо на себя надела? Ни за что!

Плакала мать, глядя, как бабушка мучается, но на своем твердо стояла, не подходила к ней даже, и мне запретила. На третий день отец соседей позвал, стали они крышу разбирать, чтобы бабушке страдания облегчить. Мать куда-то отвлеклась, а я встала в дверях и смотрю на бабушку. Так я ее любила! А она лежит и молча на меня смотрит. Потом говорит:

- Аринушка, принеси мне воды попить...

Я принесла, она мою руку взяла, а пальцы у нее, как огонь... и говорит... говорит тихо-тихо... После убежала я во двор, мать пришла, видит, что бабушка повеселела, - прикрикнула на нее:

- Что ты, мокошь, уже сотворить успела?

А та молчит и улыбается. И вскорости померла, крышу так и не разобрали. Подзывает меня к себе мама, спрашивает:

- Ариша, ты к бабушке заходила?

- Да, - говорю. - Она воды попить просила.

- А прикасалась к ней?

- Она меня за руку брала...

Мать меня прижала к себе и давай плакать:

- Доченька ты моя, что же это за судьба у тебя несчастливая! Прости ты меня, дуру, это я перед тобой виновата!

Я ничего понять не могу. А через три дня вдруг приходит к нам сосед, поклонился мне и говорит:

- Помоги, Арина Петровна, кобыла у меня захромала...

Я и обмерла. Мне ведь всего девять лет было... Мать с отцом мои потупились, на меня не смотрят.

Делать нечего, пошла я к соседу. Как лошадь лечить, не знаю. Взяла ее больную ногу руками, глаза свои закрыла, и тут вдруг пришли мне на ум слова, каких я и не знала раньше... Перевязала я лошади ногу, и через неделю она уже вовсю бегала. Так и стала я мокошью. По лугу иду - мне каждая травинка шепчет, от какой она хвори. Умения во мне проснулись, о каких я раньше и не подозревала. Книги старинные читала, новые заклинания учила...

- А нас научишь? - Рики заерзал на месте.

- Не всякий к этим наукам способный, - со значением сказала Арина и посмотрела на Дизи.

9.

Весело насвистывая, за что получили от Арины нагоняй ("Ишь, чего надумали - свистеть в доме! Да хуже приметы не бывает!"), Рики с Тики отправились во двор расписывать белой краской подсохшие горшки. Дизи остался помочь хозяйке убрать со стола посуду и сразу озабоченно заговорил:

- Бабушка, я хочу поговорить с тобой о Рики... - Арина медленно опустилась на стул. - Что о нем скажешь?

- Как? Вообще?

- Да. Когда ты на него смотришь, что приходит тебе на ум?

- Хороший парнишка, добрый, ласковый... Ну, не глуп, нет. Иногда очень даже сообразительный. Вертлявый, конечно. Обычный ребенок.

- А как у него со здоровьем, ты ведь понимаешь в этом толк?

- Ты говоришь о бороде?

- Да нет, я имею ввиду его общее состояние.

- После вчерашнего случая с овинником он так быстро идет на поправку, удивительно даже. На нем все, как на собаке, заживает...

- Рики болен.

- С чего ты взял?

- Он потерял память.

Арина оторопела.

- Ну, уж... Он так подробно рассказывает о себе, так интересно... И семья у них дружная, и собака есть, большая, лохматая... Вечерами они ходят встречать с работы отца, любят загорать в своем саду, где много цветов и поют красивые желтые птицы... Как же он их называл?.. Вот забыла...