Игорь Дручин - Тени лунных кратеров

- Куда?

- В оранжерею. Выберем по собственному вкусу.

- Элси! Ты сошла с ума!- трезвея, всполошился Тронхейм.- В таком виде? А если кто-нибудь встретится?

- Не беспокойся,- она сунула ему в руки ключи.- Дрыхнут в своих норах, как суслики. А если и увидят, не пикнут. Отец не жалует доносчиков!

Уговоры не помогли. Элси настойчиво тянула его в оранжерею, и Эрих сдался. Не очень твердо ступая по полу и посмеиваясь над собственной неловкостью, они прошли по пустынному коридору и оказались в тупике. Привычно набрав шифр, Элси шагнула в открывающиеся двери и чуть не упала, запнувшись на пороге.

В просторной ухоженной оранжерее все было разделено на секции. Каждая секция, отделенная от других светопроницаемой перегородкой, жила своей, привычной только для нее, жизнью. В секции цитрусовых было жарко и влажно. Невысокие мандариновые деревья натруженпо пригнули ветки, увешанные крупными, но зелеными плодами. Зелеными оказались и лимоны. С трудом отыскав полузрелый грейпфрут, они двинулись дальше. В одной секции яблони только цвели, в другой зеленела завязь, в третьей деревья стояли голые: у них едва начали набухать почки. Элси потерла рукой висок.

- Забыла. Яблок уже нет. Давай прихватим помидор.

- И свежих огурчиков,- высказал свое желание Тронхейм.

Нагруженные помидорами они переходили из одной секции в другую, но в одних огуречные стебли имели по три-четыре настоящих листа и даже не пускали усы, в других стебли с пожухлыми бурыми плодами были собраны в кучи.

- Подожди,- вспомнив, остановилась Элси.- Ведь у папки есть опытные гибридные формы. Мы осторожно сорвем несколько. Все равно у него их много.

Они прошли в самый дальний конец оранжереи. Элси остановилась,у наглухо изолированной секции и потребовала ключи. Открыв дверь, они оказались в яблоневом саду. Здесь зрели отличные отборные плоды.

- Ну вот. Это подходит.

Яблоки пришлось рассовывать по карманам, так как руки Эриха были заняты помидорами.

- Хватит, не увлекайся,- сказал он, прикинув, что Элси в своем усердии может сорвать больше, чем они в состоянии унести.- Надо оставить место под огурцы.

- Трусишка ты,- по-своему поняла его мисс Лумер.- Стоишь у раскрытых дверей... Не бойся, сейчас я здесь хозяйка!

- Ладно, хозяйка,-насмешливо протянул Эрих.- Нести сама будешь. Я нагружен под завязку.

Нужную секцию нашли по соседству. Здесь было царство переплетенных стеблей с яркими желтыми цветами и гроздьями нежных пупырчатых огурцов.

- За этими секциями папа ухаживает сам,- сказала Элси, осторожно снимая с плети огурцы.

- Ну?- удивился Эрих и, пошатнувшись, ухватился за ручку двери. Раздался щелчок. Дверь захлопнулась. И стало чуть темнее, словно при закате солнца. Явственно послышался шепот:

"...и прекрасна Земля, где пет подземных переходов, где воздух чист и прозрачен, а в сосновом бору напоен ароматом смол и хвои. Можно лечь на траву и слушать пение птиц. Можно дышать полной грудью, не боясь, что испортятся кондиционеры и ты будешь умирать медленной смертью от удушья. Сначала почувствуешь, как воздух станет тяжелым, потом будешь жадно хватать ртом остатки кислорода, рвать одежду и медленно терять сознание..."

- Что за чушь!- засмеялся Эрих.- Говорящие огурцы!

Его смех как будто разбудил Элси. Она рванула платье на груди.

- Спасите! Я задыхаюсь!- закричала она диким голосом и упала на колени. Сорванные огурцы выскользнули из рук и покатились под стеллажи.

Тронхейм судорожно нажал на ручку и распахнул двери. Схватив Элси под мышки, он выволок ее в коридор. Чувствуя себя как нашкодивший мальчишка, Эрих быстро собрал раскатившиеся огурцы и оглянулся: несмотря на опьянение, он понимал, что посещение опытных секций, святая святых мистера Лумера, может ему дорого обойтись. Все оставалось в прежнем порядке, не выдавая их кратковременного набега. И тут его поразила мертвая тищина. Он захлопнул дверь. В секции снова потемнело, и раздался тот же приглушенный гипнотический шепот...

На этот раз монотонные слова о смерти, ужасе одиночества в замкнутом пространстве станции вызвали совсем иную реакцию. Его охватила жуть, и он поспешно выскочил из секции.

Элси постепенно оправлялась от психического шока. Он помог ей подняться. У нее было состояние человека, перенесшего огромное физическое напряжение: сбивчивое нервное дыхание, разгоряченное тело с выступившими капельками пота и красное, пылающее лицо...

- Что со мной случилось?- глухо спросила она, отдышавшись.

- Не знаю,- хмуро произнес Эрих.- Какой-то шепот, а потом...

- Шепот? Ах, шепот... Тот самый шепот по ночам,- она содрогнулась.Пойдем отсюда, мне страшно.

Так никого и не встретив по дороге, они вернулись в номер. Словно сговорившись, одновременно протянули руки к коньяку. Элси криво усмехнулась.

- Ну вот, даже одинаковые желания у нас возникают одновременно.

- Хороший ты парень, Элси,- сказал Тронхейм, разливая коньяк,- но мне кажется, твоей нервной системы не хватит надолго при таком образе жизни. Какой-то старческий шепот вызвал у тебя шок, а что будет дальше?

- Эрих, не шути, пожалуйста. Этот старческий, как ты говоришь, шепот-голос отца. Не знаю, какие он там проводят эксперименты, но мне почему-то стало плохо... Давай выпьем, и не будем больше об этом.

- Пожалуй,-согласился Тронхейм.-Так ты говоришь, это голос твоего отца?

- Мы, кажется, договорились...

- Да, да. Но все так странно...

Утром Эрих еле поднялся. Головную боль не сняли ни процедуры, ни таблетки, ни горячий кофе. Овощи и фрукты остались нетронутыми: слишком сильное впечатление произвели ночные события. Тронхейм расхаживал по комнате, стараясь сосредоточиться и осмыслить вчерашние факты. Наконец из клубка событий и наблюдений потянулась тонкая ниточка. При всем многообразии свежих овощей в его рационе были одни огурцы. Можно, конечно, допустить, что директор любезно учел его просьбу, но ведь вчера он убедился, что в основной теплице цикл их плодоношения кончился. Значит, они попадали к нему из -той, опытной секции. Не слишком ли велика любезность при таких натянутых отношениях! Значит, умысел! Говорящие огурцы! Скажи кому-то, сочтут сумасшедшим. Но возможен ли этот бред в принципе? Прежде всего надо уточнить причастность Лумера. Эрих подошел к видеофону и набрал шифр кухни. На экране возник пожилой полноватый мужчина с усталыми припухшими глазами.

- Вам индивидуальный заказ, мистер Тронхейм?

- Простите, нет,-улыбнулся Эрих, узнав одного из своих пациентов.-Мне хотелось бы узнать, как составляется рацион питания сотрудников станции.

- Это целая наука, мистер Тронхейм, но в практике подбираем тридцать-сорок блюд на месяц. Последовательность их рассчитывает кибермашина. Она же ведает потом распределением по номерам готовой продукции.