Sib - Пилот

Но нашёлся ещё один недовольный орган, который толкнул меня на поиски "чегобызажевать". Поиски были недолги, в правом крыле на первом этаже обнаружилась прекрасно оснащённая кухня, а в ней – старательно и изобретательно набитый холодильник. Мама мне говорила, пока жива была, что скромность украшает человека, и я ей всегда верил. Поэтому старику Лукуллу может быть то, что я изладил на сковородке из пятка яиц и англицкого бекона, и показалось бы профанацией высокого искусства кулинарии, но в сочетании с хорошей порцией кофия, мне показалось вполне своевременным и достойным паллиативом его неумеренным излишествам.

Разложил я глазунью по тарелочкам, засыпал свежим укропчиком и лучком, разлил сваренный кофеёк по чашечкам, фарфоровым до прозрачности, водрузил на поднос и понёс, имея целью подлизаться к кирии Катерине. А то кто знает, чем для неё утро отличается от вечера.

Компашка ещё спала. Подкрался я к лежбищу с Катиной стороны и подул на кофе. Носик кирии учуял, смешно зашевелился и потянулся в направлении источника запаха, увлекая за собой всё остальное. Морсик тоже отреагировал моментально, размашисто зевнул и сунулся к тарелкам, однако бестрепетной рукой был за шкирку отправлен под кровать. Катерина распахнула глазки, поморгала, слабо улыбнулась, и завладев чашкой отхлебнула глоток. Потом сказала, что я ей приснился. Потом спохватилась и, смутившись своей милой наготы, прикрылась простынкой. Я хоть и старался не пялиться нагло, только плохо мне это удавалось. А Катерина смущалась всё сильнее.

Поэтому, видя такое дело, покидал во внутряной шкап по скоренькому яишню, выхлебал кофе и обратил, наконец, внимание на то, что с меня пока вежливо, но уже настойчиво пытаются стянуть штаны. Морс всем своим видом выражая негодование, вцепился в штанину, и явно собирался вправить мне мозги:

– Слышь ты, командир хренов, а личный состав кто кормить будет? Гомер, на? Понаразвешал тут слюней, а верный собака, на боевом посту глаз не сомкнувший, с голоду пухнуть должен? Короче, или мы немедля идём принимать пищу, или ты идёшь голым в Африку индивидуально!

– Извини, старина. Моя ошибка. Пошли вниз, а то ты вишь, как хозяйку наглым своим взглядом засмущал, кобель бесстыжий! И не стыдно тебе, так вот на голую женщину пялиться? А ещё, блаародный!

– Ты тут с больной головы на здоровую, стрелки не переводи. Кто хозяйку всю ночь кувыркал? Папа Карло с Буратиной? Я за ночь всю округу обрыскал, и как назло, ни одной течной подруги. Так бы и покусал тя, паразита! Чё ухмыляесся? Думаешь не завидно?

– Ох, ты ну, ты! Твоё дело собачье – караул нести, а не за влюблёнными подсматривать.

Пёс, вприпрыжку скакавший вокруг меня по лесенке, остановился и укоризненно посмотрел мне в глаза:

– Вот ни стыда у тебя начальник, ни совести нету.

– Да, это так! – согласился я с Морсом. Теперь уже – нету. На том месте – перец вырос!

Ведя задушевную беседу, спустились мы на кухню, где на верхней полке холодильника лежали приготовленные порционные шматы телятины, грамм по четыреста. Покромсал я один ножиком на куски, чтобы Морс не давился, и предложил вниманию уважаемого кириэ. Оказать внимание мясу тот согласился весьма благосклонно, и завтрак смёл с аппетитом. А я себе ещё порцию яишенки сварганил, и тоже употребил. Когда кирия Катерина к нам на кухню снизошла, мы уже не разлей-вода с Морсом были.

– Нам пора собираться, Виталос – объявила Катя счастливым голосом. – В десять часов мы должны быть в моём банке – Black Sea Trade amp; Development Bank. Вас этот банк устроит?

– Разумеется кирия Катерина, совершенно устроит. Поскольку мне глубоко фиолетово, через какой банк проводить платёж. А позвольте поинтересоваться, вы сказали в "моём банке"! Значит ли это, что Черноморский торговый и так далее принадлежит вам?

– Ну, что вы, Нет, конечно! Банк просто обслуживает мои счета. Мой счёт, точнее. У нас с мужем была маленькая фирма, занимавшаяся морскими грузоперевозками, в которой ему принадлежало 67 процентов, а остальные 33 процента – мне. И два небольших контейнеровоза. Впрочем, это уже неважно.

Она плотнее запахнула чёрный шелковый халат, по которому ползали красные китайские драконы, и зябко передёрнула плечами.

– Может быть, позже я вам и расскажу, если вы не утратите интереса. Виталос, как долго вы рассчитываете пробыть в Салониках?

– Уже прогоняете? Мне нужно пройти переучивание на новый для меня тип самолёта. Думаю, это займёт недели две – три. Вряд ли дольше.

– Так мало? Но, всё равно, эти недели вы будете жить здесь. Со мной! – и Катя нежно покраснела.

Я взглянул на мобильник и поднялся:

– Как скажете, кирия Катерина. Однако, если мы не хотим опоздать в банк, нам стоит поспешить.

– Как вы звали меня ночью? Кать-ень-ка-Кать-ю-ша? Мне очень понравилось. Кирия Катерина – слишком сухо, когда мы вдвоём.

– Как скажешь, Катенька-Катюша – и поднял её на руки и понёс… И как понёс!..

В банк мы чуть-чуть не опоздали. Катюха такой слалом устроила на дороге, что ей свистеть в след не успевали. И умудрилась ни разу не нарушить правила. Заметным образом. Мощно шла. На все 350 "мерсиковских" лошадей. Её красный Mercedes-Benz SLK 32 AMG R170 проявлял чудеса маневренности и приёмистости. Тормоза поражали хваткостью и краткостью тормозного пути. Всё-таки пять секунд на разгон до ста км – это что-то! Да в умелых руках. Мотало нас с Морсиком в привязных ремнях, так только за челюстью следи, чтобы без языка не остаться. Но рано или поздно всё кончается, и в 09:55 "мерсик" замер напротив входа в упомянутый банк, на ВИП-стоянке.

Морс без сил завалился на сиденье, оставшись укарауливать тачку, а я слегка пошатываясь, попытался догнать кирию Катерину. Дабы двери ей отворить. Поднялись мы в лифте на третий этаж и в "кибенет" какого-то менеджера среднего звена зарулили. Встретили нас там менеджер этот и её поверенный в делах при переводчике. Встретили приветливо, ничего не скажешь, принялись напитками угощать и делать Катерине комплименты.

Показали бумаги, произвели разъяснительную работу, расставили над "i" все точечки, потом попросили меня рассчитаться и расписаться. Отдал я им карточку свою, повертели они её, и так и сяк, и приборчику в щёлку скормили. Приборчик мне передали и велели пин-код и сумму перевода набрать. Я и набрал. И кнопку Ентер надавил. Пискнул приборчик, и стал я обладателем… слушайте-слушайте и не говорите, что не слышали… вожделенной Цессны-208, бортовой номер сякой-то. Вот и всё. Сбылась мечта идиота. Как говорил великий Остап-Сулейман-Берта-Мария-Бендер-Бей. Теперь у меня есть личный самолёт. И нету денег. На остатке 136600 евриков, с вычетом авиабилетов.

Уважаемые господа убедились, что трансферт прошёл, стали нам с кирией Катериной руки целовать и пожимать, кому что полагается, не забыв при этом слупить с кирии 7 процентов "за услугу". Кирия тут же сумму ещё куда-то загнала, и осталось на её счету, я в распечатке приметить успел, 6500 евров. Не густо. Кирия победно и дерзко, всеми тридцатью двумя, ухмыльнулась своему поверенному и, подавая мне руку, сказала господам на прощанье: