Пол Андерсон - Миры Пола Андерсона. Том 17

— Тинераны будут славить всякого, у кого водятся денежки, — вмешался Миккал. — Впрочем, чего греха таить, большинство из нас не в восторге от того, что на всех планетах хозяйничают эти важные горожане. Начинает казаться, что во Вселенной очень душно. Повелитель, — обернулся он к королю, — дадим пареньку шанс?

— Ты возьмешься за это? — спросил сидящий в кресле человек. — Мы не бросаем людей в пустыне, — обратился он к Айвару, — что бы ни случилось. Твой хозяин должен будет позаботиться о тебе.

— Ясное дело, — ответил Миккал. — По-моему, он должен знать новые песенки и анекдоты.

— У твоего хозяина нет ничего лишнего, — предупредил Айвара Самло. — Так что если ты будешь использовать его припасы и ничего не давать взамен — ну, тогда по возвращении на плодородные земли он душу из тебя вытрясет.

— В этом не возникнет необходимости, — заверил его Айвар.

— Лучше докажи это на деле. Миккал, тир все еще открыт. Посмотри, как он управляется с этой своей винтовкой. Разыщи какую-нибудь сломанную железку — слава Богу, этого добра у нас хватает, — и пусть он ее починит. Пусть пробежится: если через пару шагов он начнет задыхаться, сразу гони его — из Кошмара Айронленда ему живым будет не выбраться. — Вставая, он сказал Айвару: — Если выдержишь испытания, тебе придется оставить свою хлопушку у меня. В таборе могут быть вооружены только те, кто отправляется на охоту — по одному человеку в отряде. Иначе мы потеряли бы слишком много людей. А теперь я должен присмотреть за сборами. Ступай.

Глава 6

Табор тронулся в путь: фургоны образовали длинную изломанную линию, позади брело стадо. Несколько человек ехало верхом, еще несколько — в повозках; большинство шло пешком. Типичный для энейцев быстрый длинный шаг давал возможность не отставать от скрипящих и подпрыгивающих на бездорожье экипажей. Идти было нелегко, и без особой нужды люди не разговаривали. Взгромоздившись на крыши повозок, из своих примитивных инструментов — барабанов, рогов, тарелок, волынок, гитар — извлекали звуки марша музыканты. Айвар заметил, что многие из них были калеками — хромыми, слепыми, изувеченными. Он, наверное, пришел бы в ужас от этого — большинству таких несчастий современная медицина могла бы помочь — если бы калеки не были так же веселы, как и он сам.

К концу дня Привал был уже со всех сторон окружен холмистой равниной Айронленда. Между серо-зелеными куртинами голоствольника и меч-травы проглядывала грубая красная почва, высохшая до того, что уже не давала пыли. Самло остановил караван на отдых у застывшего лавового потока; когда-то, вырвавшись из недр вулкана, он застыл огромной воронкой, а теперь был изъеден эрозией.

— Это Чертова Громадина, — пояснил Миккал своему протеже. — Традиционное место первой остановки после Арройо. Говорят, Громадина защищает от злых духов. Думаю, такой обычай остался еще от Смутных Времен, когда здесь орудовали шайки — оголодавшие местные или кучки захватчиков, отбившиеся от своих, — в этом месте удобно держать оборону. Конечно, теперь мы ставим повозки в круг только на случай песчаной бури, хотя никому еще не вредила лишняя предосторожность. Ведь восстание Мак-Кормака показало, что Смутные Времена могут вернуться, что, без сомнения, и случится… уж это-то не требует доказательств.

— Э-э… прости меня, но ты рассуждаешь так философически…

— Как этого никто не ожидал бы от неграмотного полудикаря? — засмеялся Миккал. — Ну видишь ли, дело обстоит не совсем так. По крайней мере, я грамотен. Некоторые из нас должны уметь читать и писать — это необходимо для общения с внешним миром: как иначе провернешь трюк с древней картой, на которой обозначено, где закопаны сокровища… А кроме того, я люблю почитать, когда удается выпросить или стянуть книгу.

— Я не могу понять, почему вы… Я хочу сказать, вы же могли бы пользоваться и библиотеками, и медицинской и генетической помощью, и…

— Да только какой ценой? — Миккал презрительно сплюнул (при такой жаре жест был чисто символическим). — Где бы мы брали денежки на это? Пришлось бы пойти на постоянную работу или сесть на шею социальным службам — стало быть, сделаться оседлыми, как и положено законопослушным гражданам. Таборам пришел бы конец, и нам вместе с ними. Разве ты не знаешь, что тинеран не может бросить бродяжничать? Втисни его в городские улицы, запри на ферме — и смерть станет для него желанным освобождением от неволи.

— Я слышал об этом, — медленно произнес Айвар.

— Но думал, что это просто романтическая выдумка, хей? Нет, так оно и есть. Такие случаи бывали. Стоит кому-то из нас загреметь в тюрьму хоть ненадолго — и мы там слабеем и умираем, если только не наложим на себя руки. А если кого-то выгонят из табора и ему придется стать оседлым — «свободным тружеником», — Миккал с издевкой выделил голосом цитату из пропагандистской передачи, — детей у него не будет, да и проживет он недолго. Поэтому-то нам и не нужна смертная казнь. Дважды мне случилось видеть, как король изгонял из табора негодяев за действительно тяжкие преступления; в таких случаях посылают весть во все другие таборы — изгнанника не примут нигде… Так вот, оба раза эти бедолаги умоляли лучше дать им сто один удар кнутом. — Миккала передернуло. — Ладно, за работу. Выпряги стаф, стреножь их и отгони к остальному скоту. Если чего не будешь знать, спроси у Дулси. А я, раз уж у меня появились лишние рабочие руки, заточу пораньше инструмент. — Миккал во время представлений жонглировал шпагами и метал в цель ножи. — Не говоря уже о том, — сообщил он Айвару с непроницаемым лицом, — что был карточным шулером и жульничал в кости.

Мужчины установили брезентовые поилки и наполнили их водой из цистерны, добавив в нее витамины: местная растительность не давала скоту всех нужных веществ. Мальчишкам предстояло всю ночь присматривать за небольшим общественным стадом. Помимо волкопауков и катавалов, животным угрожали разнообразные опасности: расщелины, где легко переломать ноги, зыбучие пески, неожиданно налетающие неистовые песчаные смерчи. При обычной для этих мест мягкой погоде ночной морозец не был опасен для специально выведенного скота — четвероногие и шестиногие имели густой мех, а неомоа — не менее густые перья; вот когда табор достигнет самого сердца пустыни — другое дело.

Конечно, не весь Айронленд был таким безжизненным — в этом случае его было бы невозможно пересечь. На пути каравана лежало несколько оазисов, где тинераны обычно пополняли запасы воды и сена для животных.

Внутри огороженного повозками пространства женщины и девочки занимались ужином. В этих практически лишенных топлива краях приходилось готовить на электроплитках. Аккумуляторы для них были как раз недавно заряжены на силовой станции. Ради этого, а также чтобы заработать деньги на оплату перезарядки, кочевникам и приходилось заходить иногда в цивилизованные земли.