Вернор Виндж - Ложная тревога

– Действительно, – продолжала она, – это еще хуже, чем нагота. Все они… то есть мы… жили в окружении цивилизации. И чертовски хорошо научились пользоваться тем, что она нам дает. Теперь вы, яйцеголовые теоретики, решили: ай, как славно было бы отбросить все это и заставить нас рискнуть…

– Мы не заставляем никого рисковать… мисс Вашингтон, – мистер Алькальд продолжал говорить по-испански. На самом деле, господин директор не знал ни одного языка, кроме испанского; он вообще был с прибабахом, этот мистер Алькальд. – Мы в Фэрмаунте считаем, что навыки самостоятельности необходимы в качестве последнего резерва. У нас здесь не Эмиш[119], но мы уверены, что каждый разумный человек способен выжить в условиях определенных ограничений – без сетей и даже без компьютеров.

– А потом вы будете учить нас делать каменные топоры! – бросила Пэтси.

Мистер Алькальд сделал вид, что не слышал.

– Нам необходимо, чтобы наши учащиеся могли хорошо справляться с неприятностями и даже серьезными проблемами. Если они не смогут, значит, мы не обеспечили им надлежащий уровень образования! – он выдержал паузу и окинул помещение орлиным взглядом. – Но это не школа выживания. Мы не собираемся забрасывать вас в джунгли. Ваш тест по навыкам самостоятельности пройдет в безопасном месте, которое устроит руководство вашего факультета – может быть, в Эмише, а может быть, в каком-нибудь пригороде, где предпочитают жить по старинке. В любом случае, вы окажетесь в отличных условиях, в безопасной среде. Возможно, вы будете поражены теми озарениями, которые посетят вас благодаря этой совершенной, старомодной простоте.

Пэтси скрестила руки на груди и бросила на мистера Алькальда свирепый взгляд.

– Полный бред, но… будь по-вашему. Еще вопрос. В ваших рекламных проспектах столько написано про современные навыки. Предполагается, что параллельные экзамены показывают, чему научились выпускники. И как вы собираетесь совмещать с чем-то экзамен, на котором ваши ученики не смогут пользоваться никакими техническими устройствами? Ну?

С минуту мистер Алькальд пристально смотрел на Пэтси, его пальцы выбивали по кафедре барабанную дробь. У Хуана возникло ощущение, что спор между ними продолжается, и весьма яростный. Папочка Пэтси – если допустить, что это был он – явно вышел за рамки дозволенного. Наконец, директор тряхнул головой.

– Вы не поняли, что мы вкладываем в понятие «параллельный». Мы не имеем в виду, что все члены команды постоянно работают одновременно. Просто экзамен происходит одновременно с другим видом деятельности – точно так, как это происходит на большинстве рабочих мест в нынешнем мире, – он пожал плечами. – В любом случае, вы имеете право пропустить последнее испытание, взять копию документа об образовании и обратиться куда-нибудь в другое место.

Якобы-Пэтси слегка кивнула и плюхнулась на стул. Вид у нее был весьма сконфуженный; очевидно, ее папочка вернул ей контроль над собственным образом – после того как использовал его и выставил полной дурой. Супер.

Берти выглядел слегка недовольным, хотя Хуан сомневался, что причиной тому было сочувствие к Пэтси.

Через минуту мистер Алькальд продолжал:

– Возможно, сейчас самое время, чтобы поднять тему боди-пирсинга и наркотиков, – он обвел аудиторию долгим взглядом. Хуану показалось, что этот пристальный взгляд на мгновение задержался на нем.Carау, он догадывается о пилюлях! – Как вы знаете, в школах Фэрмаунта запрещены все виды боди-пирсинга. Когда вы вырастете, то сможете сами решать, что вам носить. Но пока вы здесь – никакого пирсинга, никаких серег, никаких колец вокруг глаз. Внутренний пирсинг также является основанием для немедленного отчисления. Даже если вы совершенно не уверены в своих силах… даже не пытайтесь провести нас с помощью имплантантов или наркотиков.

Никто не стал задавать вопросов по этой теме, но Хуан слышал шепотки, видел, как вспыхивают пылинки в лучах коммуникационных лазеров и как происходит обмен картинками по личным каналам связи. Мистер Алькальд по-прежнему делал вид, что ничего не замечает.

– Итак, с вашего позволения, я расскажу вам о втором из параллельных экзаменов, после чего вы свободны. Мы называем это «локальным проектом»[121]. Вы можете использовать собственные вычислительные ресурсы и даже местную сеть. Однако члены вашей команды должны физически работать вместе. Дистанционное участие запрещено. Также запрещена любая поддержка со стороны – равно как и использование глобальной сети.

– Блин, – сказал Берти, совсем расстроенный. – Вечно высосут из пальца какую-нибудь идиотскую хрень…

– Мы не сможем работать вместе, Берти.

– А это мы еще посмотрим! – Берти вскочил и замахал руками, привлекая к себе внимание.

– А, мистер Тодд?

– Он, сэр, – голос Берти, предназначенный для общества, был мягким и приятным. – Как вам известно, я иногородний. У меня здесь масса друзей, и всех я знаю как облу… как любой из учащихся. Само собой, ни с одним из них я не сталкивался – по-настоящему – нос к носу, поскольку живу в Чикаго. Как мы можем разрешить такую ситуацию? Честное слово, я не хочу оказаться в стороне на этой стадии заключительных испытаний только потому, что физически не присутствую здесь, в Сан-Диего. Я был бы счастлив принять определенные ограничения на линию связи и выиграть даже в таких условиях.

Мистер Алькальд кивнул.

– В этом нет необходимости, мистер Тодд. Вы оказались в невыгодном положении, и мы примем это во внимание. Мы договорились о сотрудничестве с Академией Андерсен в Сент-Чарльзе. Они будут…

Академия Андерсен в Сент-Чарльзе? О да, это в Иллинойсе – Берти предстоит маленькая автомобильная прогулка. У ребят в Андерсене большой опыт командных проектов… Назад в двадцатый век – вернее, в каменный. В принципе, они куда круче Фэрмаунта, но их академия на самом деле больше похожа на высшую школу для старших. Там ребятам по семнадцать-восемнадцать лет… Бедняга Берти. Хуан поймал нить размышлений мистера Алькальда.

– Они будут рады принять вас… – слабое подобие улыбки. – На самом деле, думаю, им будет небезынтересно узнать, на что способны наши лучшие ученики.

Лицо Берти скривилось – это должно было изображать радость и воодушевление – и он снова опустился на кресло рядом с Хуаном. От дополнительных комментариев он воздержался – даже лично Хуану ничего не сказал…

Остальная часть собрания была посвящена в основном изменениям в содержании экзамена, вызванным, главным образом, текущими делами и состоянием внешних ресурсов – экспертных и технических, которые школа привлекала для всех остальных экзаменов. Ради этого не стоило устраивать собрание; обычно Алькальд сообщал такие вещи лично. Хуан пропустил все объявления и погрузился в размышления о предстоящем бедствии, которое омрачит его неделю: они с Берти Тоддом были лучшими друзьями почти два семестра. В команде Берти он обычно совмещал роли команды болельщиков и группы поддержки. Но порой у него случались приступы молчаливой ярости, и часто эту ярость вызывали вещи, которые Хуан был не в состоянии изменить. Как сейчас. Будь Хуан таким же Великим Отморозком, как Берти, они не разговаривали бы несколько суток.