Игорь Воронкин - Возрождение Зорга

В это время в главном тоннеле послышался какой-то шум. Зератул выглянул наружу и обомлел. Занимая все пространство тоннеля, по нему полз гигантский моллюск. Серый бесформенный сгусток слизи, из которого время от времени выталкивались какие-то усики, ножки и отростки.

Зератул, а следом и Тассадар шагнули навстречу этому куску слизи. В руках у них отливали туманным светом пси-лезвия. Моллюск замер в двух шагах от храмовников. Из слизи вытолкнулась пара глазок на стебельках и открылось отверстие, напоминающее рот. Но рот моллюску не понадобился.

На ментальном уровне храмовники ясно услышали, как моллюск произнес:

– Я ипостась и сын Великого Разума Зорга. И я пришел с миром. Как видите, у меня нет ни шипов, ни сабель, ни когтей. Мое оружие – это разум. Я был послан Отцом остановить вас. Чтобы не препятствовали вы Стае, выполняющей великую волю Адуна. Ибо вы, храмовники, впали в ересь, забыв заповеди и то, для чего был создан этот мир и воздвигнут ваш Храм.

– Тебе ли судить о воле Адуна, кусок слизи? – с пренебрежением спросил Тассадар.

– Мне. Ибо я – последнее и совершенное Творение Изначальных. Я начало, объединяющее всех живущих и не знающее предела в своем совершенстве и экспансии.

– Нам почему-то так не кажется, – остудил его пыл Зератул. – Ты ужас Вселенной. Ужас, запертый в темницах с начала времен и непреднамеренно освобожденный. Ты погибель мира.

– Да, я погибель этого мира. Такова воля Высшего Разума Вселенной. Я являюсь тогда, когда слабнут нити, связующие мир созданий и мир Творцов. Нет больше всеобщего завещанного Братства. Нет больше заповедей, никто не слушает их. Терраны и протоссы исчерпали свою самодостаточность и возможности своего развития. Их цивилизации должны прекратить свое существование. Я пришел объединить всех живущих и открыть дорогу Стае. Ибо настает мир, в котором буду лишь Я один. Я во всех и все во мне.

– Нет, Зорг, ты явился не вовремя. У каждого из детей свой путь. И не все прошли его. Высший Разум дает последний шанс этому миру.

– Врешь, храмовник. Я проводник воли Адуна! И я послан, чтобы положить конец этому гибельному миру.

– А что ты скажешь на это?! – Зератул достал пси-эмиттер. – В нем кристаллы Хайдарина! Они дарованы мне. И в них душа этого мира.

Огромная туша Зорга содрогнулась:

– Я не верю тебе, Зератул!

– Придется поверить! – В руках у Тассадара вспыхнули пси-лезвия.

– Подожди, брат! – остановил его Зератул. – Мы должны сражаться с ним его же оружием. Пусть с ним говорят Изначальные. И он узнает их волю.

Зератул направил на Зорга пси-эмиттер.

– Ну, Зорг, ты готов испытать настоящую силу?

Слизистая туша заколыхалась и испуганно попятилась:

– Этого не может быть! За что милость этому миру?

– Моими стараниями и стараниями братьев. Мы провозгласим новую дхарму этому миру!

– Без смерти нет возрождения. И нет подлинного искупления, – зло шипел Мозг.

– Не тебе судить об этом! Сейчас ты снова окажешься в этом цилиндре.

– Слишком поздно, храмовник, чтобы помешать мне. Это теперь мой мир. Терраны придут ко мне, так как я силен. И нет силы, чтобы помешать мне, – огрызался Мозг, продолжая в страхе пятиться от пси-эмиттера.

– Ко мне мои миньоны! – издал Мозг Зорга призывный клич.

И тотчас из всех щелей и переходов хлынули боевые зорги.

– Зератул, быстрее! Я задержу их! – Тассадар загородил могучим телом настоятеля. Зорги лавиной нахлынули на гиганта. Пси-лезвия в руках бывшего экзекутора слились в сияющий круг. От зорлингов летели клочья раскромсанных тел. Но из темного коридора выскакивали все новые твари.

Зератул нажал кнопку на пси-эмиттере. Скала под ногами заколебалась. Моллюск Зорга, как желе, содрогнулся всем телом и медленно потянулся на зов пси-эмиттера. Из бокового прохода выбежали Резур и Дворг. Они с ходу вступили в бой. Зератул стоял между ними и тушей Зорга, которая медленно, но неумолимо тянулась к блестящему цилиндру.

– Мы почти пробились к людям! Мы уже слышали их голоса! – выкрикнул Дворг.

– Отлично, брат! – откликнулся Зератул. – Сейчас втянем эту гадость и вызволим их оттуда!

Кэрри первая услышала, что к ним пробиваются снаружи. Живая плоть, затянувшая проход, болезненно сжималась и дергалась при каждом новом ударе.

– Ребята, там кто-то есть! К нам пробиваются! – воскликнула она.

Мешок, в котором они оказались, стал совсем тесным. Воздуха не хватало. По слизистым стенкам сочилась едкая кислота. Крис так и не пришел в себя. Пожилым джентльменам из Навахо тоже было плохо.

– Это храмовники. Надо помочь им. – Джим вытащил острый десантный нож. Брауер последовал его примеру. Они ударили ножами по живой преграде. Плоть дрогнула и сжалась. Потекла кровь.

– Не нравится?! Выпусти нас! – Генри рубил длинными, сверху вниз ударами. Куски плоти падали на землю.

Джон Макги очнулся и подобрался к лежащим на земле Шону и Тэду. На их шлемах тускло горели фонарики.

– Эй, парни, чего это вы разлеглись? Давайте вставайте! – тряс он их за плечи.

Первым пришел в себя Тэд:

– Это ты, Джонни?

– Я. Разбуди Шона, пора приступать к работе.

– Что делать? – расслабленно произнес Тэд.

– Пробиваться!

Джон поднялся на ноги и, вытащив нож, входящий в комплект «призрака», присоединился к астронавтам.

– Там драка! Я слышу, на них напали зорги! – встревоженно сообщила Кэрри.

– Надо помочь. – Джим с удвоенной силой стал бить ножом по бугристой массе.

Было странно, но, казалось, плоть больше не сопротивлялась. Она обмякла и поддавалась под ударами. Широкие пласты тканей падали на землю. Через несколько минут проявился маленький просвет, и повеяло воздухом.

– Есть! – Джим нанес сильный удар и распахнул полость. Все сосредоточили удары, расширяя проход. Почти двухметровая толща отделяла их от свободы.

– Давайте сюда Криса и Шона, – распорядился Рэйнор, когда проход достаточно расширился. Джон и Тэд стали вытаскивать потерявших сознание товарищей. Шон вскоре пришел в себя. У Криса же дела были плохи, он все еще пребывал в коме.

В главном тоннеле кипело настоящее сражение. Встав в ряд, храмовники отбивали атаки хищных пауков-зорлингов и отражали сабельные удары ползунов, вступивших в бой. Зе-ратул двумя руками удерживал пси-эмиттер. Прибор втягивал в себя психическую энергию Зорга. Моллюск съеживался и уменьшался на глазах. От него отрывались и отлетали куски клеточной массы. Гора дрожала. Снизу нарастал ужасающий рев, будто в основании горы кто-то перекатывал гигантские валуны.

Джим, Кэрри и Генри выбежали в коридор. Они с ходу вступили в бой. Старые штольни были полны порождений Зорга. Ударили автоматные очереди. Импульсными пулями зорлингов разрывало на части. Защищенные броней ползуны были более крепкими, и тут в дело вступили подствольные гранатометы. От близких разрывов и истошного визга зоргов в ушах стоял оглушительный звон. Джентльмены из Навахо присоединились к разведчикам Рэйнора. Зоргов расстреливали и рубили с двух сторон. Зератул расправлялся с моллюском. От сына Зорга осталась совсем небольшая кучка слизи.