Сэмюэль Дилэни - Падение башни (сборник)

— У тебя замечательно получается.

— Спасибо, — девушка извлекла из гитары нисходящий ряд аккордов, раскрыла рот и напела мелодию, что поднималась медленными, изумительными интервалами, затрагивавшими чувствительные струны удовольствия, ностальгии и радости, какой Джо не испытывал с тех пор, как пел для Ллл.

Вдруг она остановилась:

— Эту песню написали Ллл. Она одна из моих любимых.

— Она прекрасна, — отозвался Джо, моргая. — Пожалуйста, продолжай. Допой ее до конца.

— А это все, — сказала девушка. — Она очень короткая. Только эти шесть нот. Она выполняет то, что должна, а потом прекращается. Все, что делают Ллл, очень экономично.

— Понятно, — кивнул Джо. Мелодия была как радуга, ненадолго зависшая над его разумом, широкая, успокоительная.

— Я спою другую…

— Не надо, — попросил Джо. — Дай мне немного про эту подумать.

Девушка улыбнулась и молча опустила руку на струны.

Рука Джо блуждала по брюшку Дьяка. Дьяволов котенок негромко ворчал.

— Скажи, — спросил Джо, — почему принц Нактор хочет убить тебя на Имперской звезде?

— Мой отец очень болен, — объяснила девушка. — Меня внезапно вызвали домой от мисс Перрипикер, потому что похоже, что он в любой день может умереть. Когда он умрет, я унаследую всю власть в Империи — если только я там окажусь. Если же нет, ее захватит принц Нактор. Мы все время друг с другом наперегонки бегаем.

— Так ты принцесса? — спросил Джо.

Она кивнула.

— Ты, должно быть, страшно важная персона, — задумчиво произнес Джо.

— Я буду никем, если не побью Нактора. Он столько лет этого ждал.

— Но почему власть должна получить ты, а не Нактор?

— Во-первых, я собираюсь освободить Ллл. А принц Нактор намерен держать их под своей защитой.

— Понятно, — Джо кивнул и подтянул к себе колени. — Тогда как ты собираешься это проделать, и почему этого не сделает Нактор?

— Экономика, — объяснила девушка. — У меня есть поддержка двадцати шести богатейших людей Империи, которые доверили мне справиться со всем этим делом мультиплексно. Они ждут на Имперской звезде и хотят услышать, какой исход будет у нас с Нактором. Они отказываются его поддерживать, а потому все, что у него осталось — это армия. Хотя человек он вполне мультиплексный, в его распоряжении есть только силовое оружие. Если ты способен толкать только в одном направлении, ты с таким же успехом можешь быть симплексным, хочешь ты того или нет. Так что они ждут меня в зале совета с бронзовыми колоннами, пока мозаики витражных окон отбрасывают многоликие тени на синий изразец, а где-то на хрустальном ложе чахнет мой отец…

— Жлуп, — выразился Джо, потрясенный услышанным.

— Я там никогда не бывала. А про все эти красоты в романе Мюэльса Эрэйнилида прочла. Мы все у мисс Перрипикер его политическую трилогию читали. Ты с ней знаком?

Джо помотал головой.

— Знаешь…

— Что?

— Думаю, у меня для них есть сообщение — для тех, кто в зале совета.

— Правда?

— Потому я и направляюсь на Имперскую звезду. Мне надо передать сообщение, и по-моему, я чертовски близок к тому, чтобы его передать.

— А что это за сообщение?

Теперь Джо отпустил свои колени:

— Ты ведь не позаботилась сказать, кто ты такая. Пожалуй, я лучше придержу сообщение при себе, пока не доберусь до зала совета.

— Понятно, — девушка постаралась сделать довольный вид, но любопытство с боем прорвалось на ее лицо.

— Я вот что тебе скажу, — проговорил Джо почти с улыбкой. — Сообщение касается Ллл.

— Понятно, — повторила девушка, уже медленнее. Внезапно она опустилась на колени, склоняясь над гитарой. — Слушай, почему бы нам не заключить сделку? Без моей помощи ты в зал совета не попадешь…

— Почему?

— Никто не попадет. Великая радуга энергии, охраняющая зал, открывается только на двадцать восемь мозговых образов — про это ты лучше в своей книжке Эрэйнилида прочитай. Двадцать шесть образов уже внутри. Мой отец умирает, и я сомневаюсь, что его образ все еще распознаваем. Осталась только я.

Я помогу тебе попасть в зал совета, если ты поможешь мне победить принца Нактора.

— Хорошо, — сказал Джо. — Годится. Это честно. Так какой род помощи тебе нужен?

— Точно не знаю, — ответила она, снова садясь. — Скажем, у тебя есть эта форма, так что ты можешь шнырять туда-сюда.

Джо кивнул и стал ждать продолжения.

Но девушка лишь пожала плечами. Затем вопросительно на него взглянула:

— Это уже что-то, разве нет?

— Ты хочешь сказать, что про остальное я должен сам догадаться? — осведомился Джо. — Ладно, попытаюсь. Какая помощь у тебя уже есть?

— У меня есть маленький компьютер. Он мне интерференционную картину дает.

— Возможно, я маленький, — вдруг донесся голос из-под того места, куда Джо бросил свою форму, — но я еще подрасту.

— Это еще что? — спросил Джо.

— Это Ком, — ответила девушка. — Он квазивездесущий…

— …общелингвистический мультиплекс, — закончил Джо. — Да-да. Я уже одного встречал. — Тут он вдруг впервые сообразил, что беспорядочная батарея кристаллов представляет собой логические блоки. Но их было поразительно мало. Джо привык видеть их упорядоченными на шестидесятифутовой стене аппаратной.

— Спрятаться на линкоре — это его идея.

Джо кивнул и встал.

— Если все дружно возьмутся за дело, — сказал он, — возможно, мы его и сварганим. Хотя у меня такое чувство, что все выйдет крайне беспорядочно. К примеру, я вот что хотел спросить: к какой планете на орбите Имперской звезды мы направляемся?

Девушка очень удивилась.

— То есть, мы же не в саму звезду летим?

— Похоже, он и вправду не знает, — сказал Ком. — Тебе и впрямь не мешает Эрэйнилида почитать.

— Да, пожалуй, не знает, — согласилась девушка и прикусила костяшку пальца. — Я должна ему помочь?

— Давай лучше я.

— Ты хочешь сказать, люди в звезде живут? — вмешался Джо.

— Вообще-то люди могли бы там жить, — сказал Ком. — Температура поверхности Альфы Возничего, Капеллы, не более двух тысяч градусов Фаренгейта. Звезда довольно мутная, и было бы несложно изобрести рефрижераторную установку, чтобы снизить температуру до разумной…

— Но люди там не живут, — перебила девушка. — И на орбите Капеллы нет планет.

— Тогда где…

— Позволь мне. Пожалуйста, — попросил Ком. — Капелла не только самая большая звезда в галактике — в сотни раз больше Солнца по массе, в тысячи по размеру. Это не просто звезда…