Владимир Контровский - Тропой неведомых Миров

— Так она возвратилась домой или…

— Ты не понял. Её нет вообще — она погибла.

— Погибла?

— Да. Ввязалась в глупейшую историю с этим спасённым тобой Техномагом, забила себе сознание любовью, — последнее слово Командор произнёс с еле скрываемым презрением, — и в результате… Технолидер исчез; я подозревал неладное, хотя она и пыталась рассказывать мне какие‑то сказки о похищении его эххами.

— И что потом?

— Потом? Потом её должны были просканировать магически — я сам настаивал на этом. Утечка Знания — вещь очень серьёзная! — При этих словах колючий взгляд Аргентара царапнул собеседника, и Эндар насторожился. — Но мы не успели — она саморазвоплотилась, как только почувствовала, что за ней вот–вот придут. Сильная была Магиня… И как женщина — м–м-м…

Так, значит, и Аргентар отведал любви Целительницы… Впрочем, чему тут удивляться: если Аэль выполняла приказы Командора, то уж что касается постели… Да и любила она это дело — как любая Инь–Ворожея.

— А зачем ты подложил её мне? — вырвалось у Эндара.

— Я считал тебя умнее. Ты что, сам не догадался?

— Догадался, но хотелось бы услышать, — никогда раньше Капитан Эндар не осмелился бы так разговаривать с грозным Командором, — от тебя самого.

— Да, именно поэтому. Ордену не нужны небоевые потери. Инь–Магия несёт в себе не меньшую угрозу, чем злое чародейство Чёрных Разрушителей. Ты хороший солдат — был таким, по крайней мере, и мы…

— Решили за меня, с кем мне спать?

— Не без этого, — цинично ответил Командор. — Но вообще‑то Аэль и сама была отнюдь не против — ты ей понравился.

— Она что, и об этом тебе доложила?

— Зачем же? — вполне искренне удивился Командор. — Подобную мелочь я в состоянии разглядеть и сам, тут и заклятий особо сложных не требуется. Но мне не нравится, когда из‑за так называемой любви гибнут ценные боевые Маги — вспомни, чем кончил Гейртар. Поэтому изначально я велел Аэль излечивать тебя не только чистым целительством.

— А почему она вообще слушалась тебя? Она же не воин Ордена, а свободная эскиня свободной Расы, и вовсе не обязана…

— А вот тут мы и подходим к самому главному. Ты, наверно, смотришь на меня и удивляешься: а с чего это вдруг Командор Аргентар сидит тут и разводит со мной долгие разговоры вместо того, чтобы наложить на меня соответствующее заклятье да препроводить пред светлые очи Магистров? Ты же предатель, бывший Капитан Эндар, — Аргентар произнёс слово «бывший» с подчёркнутым нажимом, — предатель и дезертир, и твоё геройское поведение при прорыве Лавины ни в коей мере не умаляет твоей вины в том, что ты сделал после этого прорыва! А с предателями и дезертирами Орден поступает вполне определённым образом. Надеюсь, ты знаешь, каким именно?

— Знаю, Командор.

— Ну, вот и прекрасно! Только всё дело в том, что мне нет никакого резона поступать именно так. Может быть, если бы на твоём месте был бы кто‑нибудь менее ценный как Маг–Воитель, я и не медлил бы. Но я видел тебя в бою, и не раз. Ты нужен мне — мне лично.

— Зачем же?

— Зачем? У каждого своя заветная мечта и цель, Эндар. Вот ты, например: что заставило тебя не возвращаться? Я не верю, что причиной была всего лишь любовь, ты не Гейртар. Скорее всего, у тебя имелись на то гораздо более веские основания — меня даже не очень интересуют, какие именно. Пока не интересуют, если мне потребуется — я узнаю. — Голос Командора зазвучал угрожающе, и Эндар внутренне подобрался. — И у меня есть своё, то, что я прятал очень глубоко и достаточно долго, сотни лет. И это своё — Власть! Да, Эндар, власть — и ни что иное! Удивляешься? Почти Магистр Ордена Алых Магов–Воителей — какой ещё власти ему не хватает? Объясняю — верховной единоличной власти над всем Орденом, ни больше, ни меньше. Твои любимые Голубые Хранительницы Жизни, чем они занимаются сейчас — и весьма активно занимаются, а? Правильно, они расширяют свои домены до размеров королевств. Так почему же Алым этот путь заказан? Орден как таковой себя изжил, должна быть Империя Алых Магов–Воителей, а Империи нужен Император. И этим Императором буду я, Аргентар!

Я давно лелеял эту мысль и терпеливо взращивал её в глубине души. Я вербовал себе сторонников везде: и в гвардии — центурион Аротрагар, например, — и собственно в легионах, и среди Наставников, и среди Целителей. Аэль была среди Посвящённых, и если бы она не потеряла голову из‑за этого мальчишки, — Эндар подумал, что тысячелетний Аргентар имеет полное право так называть столетнего Иридия, — то она вознеслась бы так высоко, что голова может закружиться! Я готовился, и я готов, — в голосе Командора лязгнуло боевое железо, — моё время пришло. В Ордене разброд, мы понесли тяжелейшие потери при проведении Великого Очищения — хотя и добились своего, в конечном счёте. Магистров сейчас двенадцать — чётное число, — и важные решения зачастую не могут быть приняты из‑за того, что голоса будут разделяться поровну. Пора действовать! И мне нужны ещё сторонники, и чем больше, тем лучше. Ты подходишь мне, Эндар, и я зову тебя за собой. Поверь, ты не пожалеешь!

Аргентар вскочил и выпрямился во весь свой немалый рост, глаза горели, сильные руки сжались в кулаки. Командор будто бы разом залечил все свои тяжелейшие раны и перестал ощущать боль, и алый плащ за его спиной казался языком ожившего огня.

— Ты беглец и изгой, у тебя нет будущего, а я предлагаю тебе всё — или почти всё!

— Ты предлагаешь мне так много? Ты настолько уверен в своих силах, уверен, что тебе есть что противопоставить легионам Ордена? Не думаю, что большинство Воителей отринут Долг, оставят Магистров и пойдут за тобой, несмотря на весь твой авторитет! — Эндар тоже поднялся с травы и стоял теперь с Командором лицом к лицу.

— Опасаешься прогадать? — усмехнулся Аргентар. — Правильно, эск, рационализм — это основа всего. Не беспокойся, кое‑что найдётся. Големов создать нетрудно, а Души, — он снова усмехнулся, — подберём. Не совсем, конечно, Души, однако сойдёт…

«Пантеон! — мелькнуло в сознании Эндара. — Так вот оно что — Пантеон! Ну конечно, что будет, если кто‑то завладеет Пантеоном не с самыми лучшими намерениями, — именно об этом я подумал тогда, на Цитадели. Миллионы солдат, владеющих боевой магией, но не отягощённых высокой этикой Рыцарей Дорог Миров… А ведь так можно зайти очень далеко — помнится мне, Епископ тоже убеждал, что Серебряные ищут Орб Силы только из благих побуждений…».

— Ты очень откровенен, Командор, — медленно произнёс Эндар, — не слишком ли ты откровенен? Ты назвал меня предателем, а кто есть ты сам? Ты заговорщик, готовящий мятеж против Ордена! Твоё преступление против Кодекса гораздо тяжелее моего, Аргентар.