Филип Дик - Реставратор галактики

Постарайтесь не думать ни о чем конкретном.

"Легко сказать, — подумал Джо, — особенно в сложившихся обстоятельствах. Наверно, Кит права. Я законченный идиот. За какие-то десять минут я умудрился оскорбить мисс Йохез, славную девушку и по путчицу… — Он чувствовал себе ужасно. — И все, что я могу ей сказать, "Элмо Пласкетт топит гигантов"…

Хотя, может быть, ее заинтересует мое ремесло! Наверное, надо было сразу с него начать. В конце концов, это та ниточка, которая всех нас связывает. Наши таланты, знания, навыки".

— Я — реставратор керамики.

— Знаю, — сказала Мали Йохез. — Я же читала вашу анкету. — Теперь из голоса ее исчезла обида. Враждебность, вызванная бестактностью Джо, сошла на нет.

— Вас заинтересовала моя профессия? — спросил Джо.

— Я очарована ею, — ответила она. — Вот почему я… — она щелкнула пальцами, подыскивая слово, — восхищена. Что сижу и говорю с вами. Скажите: а вазы снова становятся совершенными? Исправленные… нет, как это вы говорите, — реставрированные.

— Отреставрированная керамика выглядит в точности как до поломки. Все течет, все меняется. Разумеется, мне нужно как можно больше частей — по одному фрагменту трудно воссоздать целое. — "Черт, я начинаю говорить так же коряво, как она, — поймал себя Джо. — Должно быть, у нее сильный характер, и я уже ощутил это на себе. Как заметил Юнг, клише, проявляющееся у мужчины при встрече с женщинами. Образ, спроецированный вначале на одну женщину, создает устойчивую манеру общения с женским полом, своего рода матрицу. Надо быть осторожнее. Взять хотя бы злополучную Кит, — судя по нашим отношениям, меня все время тянет скорее к сильным, доминантным женщинам, чем к нежным и чувствительным.

Постараемся не повторять прежних ошибок. Например, ошибку по имени Кэтрин Херли Блейн".

— Компьютер SSA получил данные, — сообщила стюардесса, снимая электроды. — На обработку уйдет две-три минуты.

— А как будет выглядеть экстраполяция? — спросил Джо. — Распечатанная запись на…

— Вам представят ее в виде картины, изображающей типичную ситуацию из вашей совместной жизни год спустя, — сказала стюардесса. — Цветная трехмерная проекция вон на той стене. — Она указала на лампы в конце холла.

— Можно закурить? — спросила Мали Йохез. — Ведь здесь уже не действуют земные законы.

— Курить табак на борту запрещается в течение всего полета, — ответила стюардесса. — Иначе будет нарушен кислородный баланс.

Огни светильников потускнели, все вокруг Джо погрузилось во мрак, очертания предметов расплылись.

Силуэт девушки, сидящей с ним рядом, стал почти неразличим. Минуту спустя где-то в недрах зыбкого облака обозначился экран, по которому одна за другой поплыли разноцветные картины… Джо увидел себя, склонившегося за работой; себя за обедом; Мали, расчесывающую волосы у туалетного столика. Сценки быстро сменяли друг друга, а затем вдруг неожиданно появилась живая трехмерная картина.

Он увидел себя и Мали, трехмерную цветную проекцию, медленно бредущих по вечернему пляжу, держась за руки, в каком-то чужом, пустынном мире. Оптическая система, похожая на рыбий глаз, сместилась кверху, и Джо увидел лица — свое и Мали. Они светились безграничной нежностью. Джо удивился выражению своего лица где-то там, в будущем, — через год: он никогда не видел себя таким, никогда не представлял, что его лицо может быть таким. Возможно, и девушка чувствовала то же самое. Он оглянулся, но не смог разглядеть ее реакцию.

— Надо же, — умилилась стюардесса. — Вы могли бы быть счастливы вместе.

Мали Йохез произнесла:

— Оставьте нас. Сейчас же.

— Да-да, — ответила стюардесса. — Прошу прощения, мне очень неловко… — Она покинула холл; дверь защелкнулась.

— Они здесь повсюду, — пояснила Мали Йохез. — Всю дорогу. Ни за что не оставят в покое. Не дадут побыть в одиночестве.

— Да нет, она просто включила компьютер.

— Черт возьми, я бы и без нее справилась. Не первый раз. — Ее голос вдруг зазвенел сдерживаемой злостью, словно увиденная на экране идиллия вызвала в девушке совершенно противоположные чувства.

— Мне кажется, мы подходим друг другу.

— Ради всего святого! — простонала Мали Йохез и стукнула кулаком о поручень кресла. — То же самое этот ящик показывал и раньше. Мне и Ральфу. Полная гармония во всем. А что из этого вышло? — Ее голос сорвался, она сжалась от мучительных воспоминаний.

Джо почти физически ощутил ее гнев и разочарование.

— Нам же объяснили, что машина не предсказывает будущее. Она лишь собирает информацию о нашей психике и выстраивает наиболее подходящую цепочку событий.

— Зачем она тогда вообще нужна? — возразила Мали Йохез.

— К ней надо относиться, как к страховке от пожара, — ответил Джо. Сейчас она кажется вам обманом, поскольку ваш дом в конечном счете не сгорел, иными словами, вы и не нуждались в страховке.

— Не самое удачное сравнение.

— Простите.

Он уже начал раздражаться из-за ее колкостей.

— Вы думаете, — подколола Джо Мали, — я соглашусь спать с вами только из-за того, что там на картинке мы трепетно держались за ручку? Тунума мокимо гило, кей дей бифо дитикар сьюат, — выругалась она на своем языке.

В дверь резко постучали.

— Эй, ребята, — раздался голос Харпера Болдуина, — мы обсуждаем нашу совместную работу. Вы оба нужны здесь.

Джо встал и направился через темный холл к двери.

Они пытались договориться уже два часа, но не пришли к единому мнению ни по одному вопросу.

— Ведь мы же ничего не знаем об этом Глиммунге, — хмуро пожаловался Харпер Болдуин и пристально посмотрел на Мали Йохез. — Я полагаю, вы знакомы с ним лучше всех, только никому ничего не говорите. Если бы не Фернрайт, мы бы не узнали даже, что вы бывали на планете Плаумэна.

— Ее просто никто об этом не спросил, — отозвался Джо. — А на мой вопрос она ответила прямо.

— Как вы думаете, мисс Йохез, — спросил долговязый юноша в шарфе, Глиммунг пытается нам помочь или же создает колонию искусных рабов? Может, стоит повернуть назад, пока мы не оказались слишком близко. — Его голос задрожал от волнения.

Мали, сидевшая теперь позади Джо, наклонилась к нему и тихо проговорила:

— Пойдемте отсюда. Вернемся в холл. Эта пустая болтовня кончится не скоро. Мне бы хотелось еще кое-что обсудить с вами.

— Хорошо, — охотно согласился он и встал.

Девушка последовала за ним, и они направились в холл.

— Ну вот, они опять уходят, — пожаловался Харпер Болдуин. — Что вас так тянет в холл, мисс Йохез?

Остановившись на секунду, Мали сверкнула глазами и ответила: