Владимир Лосев - Апокалипсис 2060

Анюта махнула рукой и стена ушла, открыв огромную кровать-аэродром.

Дик даже раздеваться не стал, боясь спугнуть девушку. Аня легла на спину, глядя в потолок. Бут грустно усмехнулся и осторожно обнял ее. Прошло, наверное, минут пять, и девушка стала тихо плакать. Дик развернул ее к себе и стал целовать залитое слезами лицо, соленые глаза, щеки, губы. В какой-то момент она стала отвечать, сначала робко, потом все более нежно и страстно, дальше им уже стало все равно, а одежда полетела в разные стороны.

Бут просто делал так, чтобы Анюте было хорошо. Ей не хотелось страсти, поэтому он был осторожен и нежен, просто обнимал, прижимал к себе. Иногда она всхлипывала в самых неожиданных местах, но его усилия понемногу увенчались успехом, она разгорелась, как огонек свечи, стала страстной и быстрой. А когда все закончилось, то прижалась к нему, крепко обхватив руками, и заснула. Дик полежал еще полчаса, потом осторожно убрал ее руку с груди, оделся и тихо ушел. До дома добрался за час, залез в свое кресло, заснул и тут же проснулся от проклятого будильника, которому оказалось все равно, где и как Бут провел половину ночи, ему требовалось только, чтобы он встал и отправлялся на эту чертову работу.

Пришлось подниматься и ползти в ванную. Голова болела от усталости и недосыпа, для поднятия тонуса требовалась таблетка и стимулятор. Конечно, если бы он остался у Анюты, то наверное пил бы настоящий кофе, но тогда наверняка опоздал на работу, а этого делать не стоило, в последнее время в порт приходило много контейнеровозов, поэтому разгрузка шла и днем и ночью.

До офиса он добрался, несколько раз отключаясь по дороге, просто исчезал куда-то в пространстве, и все. На фирме все было спокойно, он прошел коридор напичканный датчиками, переоделся и зашел в свой бокс. Мишка Дрягин встал с кресла, глядя на него уставшими, ничего не понимающими глазами, похоже, он все еще таскал в порту контейнера и грузил их на огромные грузовики.

— У меня рекорд: три контейнеровоза и триста четыре машины. Тебе достанется не меньше. Шеф вообще сказал, что в таком темпе мы будем трудиться месяца три. Я у водил узнавал, у них тоже постоянные авралы.

— Что за груз? — поинтересовался Бут, ложась на кресло. — Из-за чего такая кутерьма? Новая стройка века? Власти решили создать что-то фундаментальное на потеху потомкам?

— В контейнерах в основном продовольствие, — ответил Машка. — Строительные грузы тоже приходят, но их мало и они идут сухопутным путем, ребята сказали, что везут бетон, арматуру, бензин, соляру и все из-за бугра.

— Зачем нам столько продовольствия? — удивился Дик. — Склады опустели или горожане есть стали больше? А может в России больше ничего не растет?

— Не знаю, если бы не смотрел каждый день телек, то решил, что готовимся к войне, — ответил Дрягин, схватив бутылку минеральной воды с пола и выпивая ее до дна. — Но в принципе происходящее мне нравится, положительные моменты есть и их немало.

— Какие, такие моменты?

— А ты не знаешь?

— Откуда? — спросил Бут. — Я мало с кем общаюсь, только с тобой и то больше по делу…

— У нас новые ставки, шеф объявил об этом еще месяц назад.

— Это когда меня на работе не было?

— Точно, — закивал Мишка. — Мы посмеялись, не поверили, но со вчерашнего дня новые расценки начали действовать. Я прикинул, с такой нагрузкой у меня зарплата вырастет раза в три.

— Да ладно! — не поверил Дик. — Чушь несешь!

— А ты зайди на сервер конторы и сам посмотри, — посоветовал Дрягин, уходя. — Кстати, размер премии тоже подняли, поэтому выгодно контейнеровозы не держать, а начинать разгружать, даже если до конца смены остается пара минут. Со вчерашнего дня фиксируется каждый поднятый и опущенный груз.

— Спасибо за наводку, — Бут подключился к роботу, но первым, что сделал, это воспользовался советом Мишки и зашел на сайт конторы, там действительно висел приказ об изменении расценок в связи с увеличением городом закупок продовольствия. В приказе имелась ссылка на распоряжение мэра, в котором было написано, что из-за ожидающейся холодной зимы, а также на случай чрезвычайных ситуаций, в городе создается годовой резерв продовольствия, а всех, кто участвует в этом мероприятии, ожидает финансовое стимулирование в виде снижения налога. Фирме это было очень выгодно, поэтому хозяева и увеличили расценки. Только непонятно, что за дикий холод ожидается, и почему потребовалось создавать годовой запас продовольствия? Неужели грядет ядерная зима или что-то подобное? Но тогда продовольствие большинству людей просто не понадобится. И почему ничего не говорится об увеличении закупок топлива и строительных материалов?

Дик пожал плечами, решив, что стоит внимательно почитать обо всем, что пишут в интернете, наверняка, уже есть комментарии, а среди них найдется истинное объяснение происходящему.

Мишка оказался прав, работы действительно добавилось, контейнеровозы шли один за другим, грузовики тоже. В итоге к концу дня Бут, побив собственный рекорд и рекорд Мишки, разгрузил четыре контейнеровоза и погрузил трехсот пятидесяти машин. В конце смены на экране появился главный докер, который поздравил его с рекордом, и объявил о премии, которая будет выплачена за этот день. Бут удивился и обрадовался: сумма оказалась равна прежней месячной зарплате.

Домой он возвращался усталый, но довольный, тем более, что завтра ожидался выходной, а это значило, что он сможет отоспаться и побездельничать весь день. Неожиданно запиликал коммуникатор, он нажал кнопку и увидел Анюту. Она грустно улыбнулась:

— Ты вчера ушел и даже не попрощался.

— Извини, но я человек небогатый и живу своим трудом, — ответил Дик, жадно вглядываясь в ее все еще желанное лицо. — Я не могу лишиться своей работы, а если бы остался, то точно опоздал или прогулял, и меня бы уволили. Как ты себя чувствуешь?

— Уже лучше, спасибо, — девушка замялась. — Мне неловко за вчерашний вечер. Если ты приедешь, я смогу объяснить тебе, что меня вчера так расстроило. Мне кажется, тебе это нужно знать.

— Что именно?

— Сейчас я не могу это сказать, — Аня покачала головой и предостерегающе поднесла палец к губам. — Это не телефонный разговор.

— Тогда ладно, — произнес Бут. — Если ты меня накормишь, напоишь и спать положишь, то я приеду. На этот раз я не спешить не буду, у меня завтра выходной.

— Приезжай, я буду ждать.

Девушка отключилась, а Дик, расталкивая людей, перепрыгнул на другую ленту, которая понесла его к метро.

Консьерж был другой, но теперь Бут знал фамилию, мужчина тут же, не снимая руки с тревожной кнопки, перезвонил Ане, а, услышав ответ, пропустил его к лифтам. Дик поднялся на сороковой этаж, восхищаясь отделкой. Едва он постучал в дверь, как она открылась. Бут прошел в холл и увидел Анюту, которая стояла все в том же халатике посередине и снова по ее щекам текли слезы.