Александр Шалимов - Пир Валтасара

— А что, собственно, вам известно о Фигуранкайне-старшем? — спросил он у Сутроса, когда они вновь остались вдвоем.

— Как о бизнесмене или… как о человеке?

— Ну, допустим, и то, и другое. Маленький толстяк надолго задумался.

— Я буду с вами откровенным, — начал он наконец, разрезая на дольки ломтик ананаса. — И хотя о покойниках не принято говорить плохо, скажу, что мне известно. Он был человеком необыкновенно удачливым, обладал железной хваткой и ничем не брезговал… Здесь, на Филиппинах, ему принадлежат большие каучуковые плантации, плантации сахарного тростника, ананасов, несколько рудников… Знаю, что на Яве у него есть чайные плантации и огромный современный отель в Джакарте. Конечно, с казино и всем остальным. Но ему этого было мало. Его люди, с его ведома, разумеется, в массовых количествах скупали тут наркотики, в Индонезии — тоже наркотики и произведения древнего искусства, занимались вербовкой красивых молодых девушек. Это было большим бизнесом. Он снабжал живым товаром не только свои собственные дома развлечений, разбросанные по всему свету, но и иные подобные заведения. Мне известно, что его агенты не один раз попадались тут с поличным, но всегда кто-то помогал им выйти сухими из воды. Думаю, у его людей есть связи даже со здешними пиратами… Вам, конечно, хорошо известно, что в последние годы морские пираты стали истинным бичом в наших водах. От них почти в равной степени страдаем и мы, и японцы, и европейские суда, и даже американцы. А вот суда Фигуранкайна пираты не трогают… Здесь, на Востоке, плавает немало его судов — и грузовых, и товаро-пассажирских, даже танкеры… А ведь это только часть его морского флота. И все то, чем он тут владеет или к чему присосался, это, конечно, лишь небольшая доля его "хозяйства". Сфера его влияния, по-видимому, захватывает все континенты. Для него нет ничего невозможного…

— Не было ничего невозможного, — поправил Стив.

— Да, конечно, если… — Сутрос вздохнул. — Без него эта чудовищная пирамида, которую он строил всю жизнь, быстро развалится.

— Он же не один командовал, — возразил Стив, — были у него доверенные люди, какой-то штаб, видимо, специалисты своего дела. Они продолжат — машина будет крутиться.

— Не знаю, не знаю, — покачал головой Сутрос. — На вершине такой огромной пирамиды людей, ценностей, предприятий всегда должен находиться очень сильный человек. Он это мог… Другого такого найти трудно.

— Наверное, он позаботился о преемнике?

— Не знаю, не знаю… Если судить по тому, что вы сейчас разыскиваете его сына и сын может не знать о его кончине, все обстоит иначе.

— У него могли быть другие близкие люди.

— Я слышал, что он был очень жестоким человеком. Твердым, жестоким, способным на все. Мне приходилось встречаться с некоторыми из его людей. Его боялись, но не любили, хотя он не скупился на плату, если был заинтересован в человеке. Но мне известно также, — Сутрос понизил голос, — как без следа исчезали те, кто хоть в малой степени не оправдал его доверия.

— Вы истинный клад, сеньор Сутрос, — заметил Стив. — Я даже не предполагал, что вам известно так много.

— Об этой фирме и ее делах здесь известно многим… Только никто не стал бы вам рассказывать все это…

— Вероятно, и вы как-то связаны с пирамидой, воздвигнутой Фигуранкайном? Впрочем, если мой вопрос покажется вам не очень тактичным, не отвечайте.

— Нет, почему же, — медленно сказал Сутрос, — вам могу ответить. Обстоятельства впутали меня в дела этой фирмы больше, чем мне хотелось бы… Но теперь, благодаря вам, сеньор Роулинг, я надеюсь выпутаться и, как уже имел удовольствие сообщить вам, смогу даже на этом заработать. Этот отель — не единственное, что принадлежит мне… Думаю, моему примеру последует и еще кое-кто. Но в таком деле всегда важно оказаться первым.

— Не означает ли это уже появление трещин на пирамиде Фигуранкайна? — поинтересовался Стив.

— Нет, конечно, — пренебрежительно махнул рукой Сутрос. — Мы здесь, в Юго-Восточной Азии, слишком мелки. Знаете, как рыбки-прилипалы у китовой акулы. Трещины — совсем другое…

Прошло несколько дней. Каждое утро Стив наведывался в кабинет хозяина отеля, расположенный в цокольном этаже здания. Сеньор Сутрос встречал его радушно, угощал крепким, необыкновенно ароматным кофе, говорил о погоде, о биржевых новостях, а в заключение, когда они оставались вдвоем, отрицательно качал головой и лаконично пояснял:

— Пока ничего… Надо еще подождать…

В одну из таких встреч, уже прощаясь, Сутрос вдруг поинтересовался, владеет ли Стив приемами каратэ.

— Немного, — ответил удивленный Стив. — А что, может понадобиться?

— В вашем положении не исключено, — улыбнулся толстяк. — Впрочем, это больше будет зависеть от вас…

— Я давно перестал тренироваться регулярно, — пожал плечами Стив.

— И напрасно. Каратэ — эликсир здоровья.

— Проблема времени, сеньор Сутрос.

— Но сейчас время у вас есть. Могу порекомендовать неплохого тренера.

— Кто такой?

— Тео Ионг Хаук, сингапурец. Один из немногих, кто еще владеет приемами санчин-до — древнекитайского воинского искусства. Когда-то его создали и усовершенствовали буддийские монахи, добиваясь свержения власти маньчжуров. Потом оно стало своего рода школой самосовершенствования: человек с помощью этого искусства познает неведомые ему возможности своего организма, своих мышц, например, нервной системы.

— И что может ваш Тео?

— Многое, — усмехнулся Сутрос — Может, например, стоя на двух коробках яиц, разрубить ударом руки стебель сахарного тростника, подвешенный на двух бумажных полосках. Разумеется, и бумажные подвески, и яйца в коробках останутся в полной сохранности.

— Чудеса какие-то.

— Только тренировка. Он говорит, что научился балансировать, стоя босыми ногами на яйцах, после года тренировок.

— К сожалению, не располагаю годом.

— Овладение многими приемами санчин-до требует меньшего времени.

— Сколько же он берет за сеанс?

— Мои друзья — друзья Тео, — расплылся в улыбке Сутрос. — С друзей он не требует ничего, кроме благодарности.

— И если мне предстоит пробыть тут еще с неделю… — начал Стив.

— Смею смиренно просить вас воспользоваться уроками Тео, — докончил Сутрос.

— Как разыскать его?

— Он разыщет вас сам сегодня после полудня.

— О’кей.

— Кстати, сеньор Роулинг, — сказал Сутрос, пожимая на прощание руку Стива, — у нас лишь сегодня утром стало официально известно о смерти Фигуранкайна-старшего. Кое Для кого на Филиппинах последствия, вероятно, окажутся более серьезными, чем я вначале предполагал.