Петр Стыпов - Гости с Миона (Журнальный вариант)

Таомей направился в дальний угол комнаты, остановился перед панелью управления большого аппарата и нажал рычажок. Машина загудела, защелкала, и через минуту в цели показался листок белой бумаги. Таомей взял его и прочел.

— Пять тысяч лет, сто двадцать семь дней, шесть часов и восемь минут прошло с тех пор.

Скрибин прикрыл рукой глаза. Помолчав, он хрипло проговорил:

— Простите, мне как-то трудно осознать все это!..

Вернувшись в зал, где остались Анна и члены экипажа «Космос», Скрибин увидел их сидящими за столом, уставленным едой. Анна встала и пошла ему навстречу.

— Где ты был? Я уже начала волноваться!

Он успокаивающе погладил ее по голове.

— Я никогда не могла бы себе представить такие необыкновенные блюда! И какие вкусные, ароматные. А фрукты! Попробуй, они похожи на наши яблоки и видом и вкусом. А вот это ничем не отличишь от дыни…

Скрибин молча смотрел перед собой.

— Почему ты молчишь? Что с тобой?

— Ничего, ничего… — тихо ответил он.

Он все еще был под впечатлением беседы с Таомеем. То, что они встретились в космосе с разумными существами, жителями другой планеты, было естественным и закономерным. Но судьба Асура, жившего на Земле свыше пяти тысяч лет назад, потрясла его. Значит, в далеком прошлом гости с Миона посетили Землю. Почему же не сохранилось никакого документа, свидетельствующего об этом? Существовали лишь догадки и предположения…

— Представьте себе, настоящее шампанское! — сказал Вега, подходя к Скрибину с бокалом в руке. — Между прочим, напиток безалкогольный.

Скрибин, казалось, не слышал его. Он верил, что наступит день, когда человек вырвется за пределы Солнечной системы на атомных или же фотонных ракетах и полетит в Бесконечность, посетит другие планеты, встретится с неземными разумными существами. Но как могло прийти в голову, что ему самому придется разговаривать с человеком, жившим на Земле пять тысяч лет назад? Мионянин доказал ему, что Асур прожил много веков, так как пролетел сотни миллиардов километров в космосе с околосветовой скоростью. Пока он преодолевал расстояние до Миона и обратно, время практически переставало существовать для него. На звездолете прошло всего несколько десятков лет, в то время как Земля повзрослела на тысячелетия.

Асур мог прожить еще сотни лет, пояснил Таомей, благодаря специальному режиму питания и препаратам, с помощью которых устаревшие, износившиеся клетки подменивались молодыми, жизнеспособными. Вычислительные машины безошибочно определяли малейшее нарушение жизненных процессов в организме и предписывали специальный режим, питание, лекарства, предупреждавшие наступление старости. Средняя продолжительность жизни мионян достигала пятисот-шестисот земных лет, а некоторые из них, как сказал Таомей, живут свыше тысячи лет.

Все это не выходило у Скрибина из головы. Между тем экипаж «Космоса» продолжал наслаждаться предложенным мионянами обедом.

— Папа, ты все молчишь! Что с тобой? — опять озабоченно спросила Анна.

— Все в порядке, Аня, — ответил Скрибин. — Я все думаю о том, что мне рассказал Таомей.

— О, значит вы разговаривали? Как? С помощью мимики и жестов?

— Нет, у них есть переводная машина.

— Кибернетическая?

— Да, компактная, но удивительно смышленая.

— Папа, я тоже хочу поговорить с Таомеем.

— Думаю, что это возможно. Он сейчас изучает русский язык.

— Что?

— Изучает русский, — повторил Скрибин. — Он попросил меня произнести множество слов, фраз, а также сообщить грамматические правила языка. Машина все записала, и он сказал, что теперь они с нею поймут друг друга. В то же самое время он направил себе на голову какой-то рефлектор и объяснил, что его мозг облучается возбуждающими лучами. Достаточно человеку однажды услышать какой-нибудь текст, и он запоминает его навсегда, может повторить его слово в слово.

— Но в таком случае эти мионяне должны быть очень образованными людьми, — сказала Анна.

— Да, знания у них просто невероятные. Таомей сказал мне, что каждый из них является хорошим инженером, механиком, навигатором, физиком, врачом, геологом, математиком! Причем не любителем, нет! Они в совершенстве владеют всеми этими специальностями. А память мионян — это что-то поразительное, Аня. В их мозгу знания запечатлены, как в книге. А вот и он сам.

В зал вошел Таомей. Улыбаясь, он махнул всем рукой и сказал своим приятным голосом по-русски:

— Здравствуйте, товарищи!

— О-о! — воскликнул Вега. — Он знает ваш родной язык, товарищ Скрибин!

Анна, возбужденная, подбежала к мионянину. Она казалась рядом с ним совсем девочкой.

— Как это замечательно! — сказала она. — Папа все рассказал мне. Теперь мы с вами сможем разговаривать!

— Я знаю еще очень мало слов, — сказал Таомей. — Завтра буду знать больше, а потом возьмусь за английский.

— Фью-ить! — присвистнул невольно Джерри.

— А теперь пора спать, — сказал Таомей. — У нас здесь строгий режим. Прошу вас, следуйте за мной.

Он отвел землян в просторный круглый холл со множеством дверей.

— Здесь находятся ваши каюты, — сказал Таомей.

Открыв одну дверь, он пригласил Анну войти.

Комната была просторная, с высоким потолком. Стены излучали приятный зеленоватый свет. Приблизившись к кровати, мионянин потянулся к кнопке над изголовьем, и комната наполнилась прохладой и ароматом горного воздуха, запахом цветов и трав,

— Можно и так, — сказал Таомей.

Анна ощутила дыхание моря, послышался шум прибоя, воздух сделался влажным, солоноватым, насыщенным йодистыми испарениями.

— Видите этот прибор? — Таомей указал на небольшое желтое табло с обозначенными на нем знаками, напоминавшими арабские цифры. — Один, два, три, четыре… до двенадцати. Вы сразу поймете, какая цифра какое число обозначает. Устанавливаете эту стрелку и ложитесь. Вы уснете сразу же, независимо от того, хочется вам спать или нет. И проспите столько времени, сколько пожелаете. Спокойной ночи! Ведь так по-вашему?

НЕВЕРОЯТНАЯ ИСТОРИЯ АСУРА

Асур выключил приборы, которые могли обеспечить воздух по его желанию — горный, пахнущий сосной или морем, весенний или зимний… Ему захотелось подышать знойным воздухом африканской пустыни. Он почти забыл этот запах, но сейчас такой воздух, сухой и горячий, казался ему самым желанным.

Воспоминания детства и молодости как бы дремали где-то в глубине сознания. Его представления о жизни на Земле были смутными. Асуру казалось, что он умер, а потом родился, снова на планете мионян.