Виктор Меньшов - Сокровища Чёрного Монаха

Ждали мы долго. Очень нам хотелось взглянуть на заказчика, но мы боялись спугнуть заговорщиков и терпеливо дожидались в стороне, укрывшись за газетным киоском. ТЫ НАПИСАЛ - НЕ ЗАКАЗЧИКА, А ИНОСТРАНЦА. Но ПОКА НИГДЕ НЕ СКАЗАНО, ЧТО ПОКУПАТЕЛЬ - ИНОСТРАНЕЦ. ТОЛЬКО "КАПИТАЛИСТ ПРОКЛЯТЫЙ", А ЭТО МОЖНО И НЕ ПОНЯТЬ. ПУСТЬ, НАПРИМЕР, ОБСУДЯТ, ЧТО РАЗ КАПИТАЛИСТОМ ОБОЗВАЛИ, ЗНАЧИТ, ИНОСТРАНЕЦ. ЕСЛИ БУДЕШЬ ГОВОРИТЬ ОБ ЭТОМ, СКАЖИ, ЧТО В КАФЕ РЕБЯТА НЕ ЗАМЕТИЛИ ИЗ ВХОДИВШИХ НИКОГО ПОХОЖЕГО НА ИНОСТРАНЦА, и ВООБЩЕ, НЕ ВЕРИТСЯ, ЧТО ОНИ НЕ ПОДГЛЯДЕЛИ, КТО КЛИЕНТ.

Бригадир и монах сидели в кафе целую вечность. Часа два. Мы с Маркизом извелись. Особенно я, очень волновался за Аленку.

Бригадир и Черный Монах покинули кафе с небольшим интервалом, а Аленка все не шла. Я подождал еще немного и решительно зашагал к двери.

Аленка сидела за столиком и лениво ковырялась в вазочке с подтаявшим мороженым. Я помахал ей рукой, она встала из-за столика и странной походкой пошла к выходу.

Мы с Колькой тут же утащили ее за киоск.

- Ну, что там? О чем они говорили? - забросали мы сестренку вопросами.

- У меня голова болит, - почему-то шепотом сказала Аленка. - И горло.

И тут же раскашлялась.

- Побежали скорей домой, чай пить! - заорал Маркиз. - Она простудилась! Наверняка мороженым объелась!

Мы заспешили в метро. Алена пыталась говорить шепотом, но голос у нее пропадал, мы только и разобрали, что завтра иностранец покупает картины у бригадира, фамилия которого Дорофеев. Неправильно. У монаха он покупал, значит, это монаха фамилия такая?

Мы пытались выспросить еще хоть что-то, но каждая попытка Алены что-то сказать заканчивалась приступом кашля.

Придя домой, мы тут же напоили Аленку горячим чаем с малиной, но это не помогло. У нее подскочила температура, лицо горело, горло было ужасно красным, она капризничала, и ничего не говорила.

Мы бегали вокруг нее, пока не пришел дед. Он сунул Аленке градусник и вызвал врача, который сразу установил, что у нее сильная ангина, и отправил Аленку в больницу. Дед поехал с ней.

Вернувшись из больницы, он посмотрел на наши виноватые физиономии и спросил в упор:

- Ну, рассказывайте, что натворили?

Мы с Маркизом переглянулись, вздохнули и выложили все, как есть...

глава одиннадцатая

"Обойдемся без милиции"

- Да, братцы мои, - сердито почесал бровь дед, - наворочали вы дел, как на танке проехали. Видите, до чего доводит самоуправство? Сестру в больницу загнали, до воровства докатились...

Он смотрел на нас укоризненно, даже, как мне показалось, брезгливо. Я почувствовал, что стремительно и густо краснею. Наклонив голову, я скосился на Кольку. Маркиз испытывал похожие чувства. Он тоже опустил голову, но все же собрался с духом и проворчал:

- Мы же хотели как лучше. Мы же для всех старались. Кто-то сказал, что цель оправдывает средства.

- Это иезуиты так говорили, - быстро и зло отреагировал дед. - А Достоевский, например, говорил, что ничто в мире не стоит слезы ребенка.

Мы молчали. Только тяжело сопели носами. И что нам было сказать? Молчание прервал дед.

- Ладно, что толку носами шмыгать? Нужно что-то делать. Давайте обедать, а потом расскажете, что узнали, и будем думать. Тоже мне, сыскари.

Обед прошел молча. После еды мы с Колькой без споров убрали со стола и вымыли посуду.

- Ну, выкладывайте, - лаконично скомандовал дед, устроившись с чашкой кофе в кресле.

Я только рот открыл, а Неукротимый Маркиз уже орал на всю квартиру, повествуя о наших приключениях. О том, как мы наблюдали за Черным Монахом Александром, как он встречался с бригадиром реставраторов из фирмы "Лад", как они договаривались о встрече с иностранцем в кафе, как засекли нас с Колькой, и пришлось отправлять в кафе Аленку, а она по глупости объелась мороженым и только успела сказать, что завтра заказчик покупает картину у Черного Монаха. СОКРАТИТЬ В КНИЖНОМ ВАРИАНТЕ, ОНИ ЖЕ ЧИТАЮТ БЕЗ СОКРАЩЕНИЙ, НЕ НАДО ПОВТОРЯТЬ.

- В какое время приедет иностранец? Куда? Как он выглядит? - спросил дед. - На чем он приезжал в кафе?

- Мы не видели, на чем он подъезжал и как выглядел, - вздохнул я. Он, наверное, был уже в кафе. Мы с Колькой побоялись в окна подсматривать, нас бригадир с Черным Монахом могли узнать. ОНИ ЖЕ УКАЗЫВАЛИ НА Монаха АЛЕНКЕ, И ОН СИДЕЛ ЗА СТОЛИКОМ ОДИН. Спугнуть их побоялись. И уходили они без иностранца, поэтому мы и Аленку не сразу забрали, ждали. А встретятся они у бригадира.

- А где этот ваш бригадир живет, знаете? - безнадежно вздохнул дед.

- Конечно! - выкрикнул Маркиз. - Мы за ним следили!

- Ну что ж, - дед почесал бровь ОПЯТЬ?. - Придется завтра караулить покупателя. Вот задали вы мне задачку!

- Может быть, ты, дедушка, позвонишь в милицию? - осторожно спросил я.

- И что я им расскажу? - развел руками дед. - Что завтра какой-то иностранец будет покупать у некоего монаха какую-то картину?

- Почему какую-то?! - хором выкрикнули мы с Колькой. - "Бобыля" он будет покупать!

- Да что вы говорите? - хитро прищурился дед. - Они вам сами об этом сказали?

Мы с Маркизом переглянулись и нехотя покачали головами.

- Мы сами слышали, как бригадир говорил монаху, что есть покупатель, с которым нужно встретиться в кафе. Он говорил, что покупатель готов купить картину, нужно договориться о цене.

- А кто сказал, что эта самая картина - "Бобыль"? - нетерпеливо переспросил настырный дед.

- Никто, - вздохнул я, понимая, куда клонит дедушка. - При нас они картину не называли, даже говорили "клиент готов купить товар".

- Ну вот, - развел руками дедушка. - Сами видите. Что же мы скажем милиции? Приезжайте, обыщите чужую квартиру, там хотят продать какую-то "вещь". А если они речь идет о какой-то их собственной картине? Или вообще о чем-то другом? Вы же даже не уверены, что у них покупают именно картину. С такими уликами никакой прокурор разрешение на обыск не даст...

- Но они же продадут "Бобыля" иностранцу! - воскликнул я.

- А ты видел у них эту самую картину? - насупился дед. - Ну вот и помалкивай. Пока своими глазами не увидим краденое, мы не имеем права их в чем-то обвинять.

- Значит, в милицию мы звонить не будем? - упавшим голосом спросил Колька.

- Обойдемся без милиции, - решительно поднялся с кресла дед. - Что-то мне здесь самому не нравится. Попробуем завтра понаблюдать за квартирой. А там видно будет. Только смотрите! Без меня ни шага, ни звука!

Дедушка заставил нас подробно рассказать, где живет бригадир, потом ушел. Вернулся только к вечеру. Оказалось, он успел съездить к Аленке в больницу, отвез ей сока. В палату его не пустили, но он видел ее в окошко. Потом дедушка побывать возле дома, где жил бригадир и составил подробнейший план подъезда, самого дома и всех проходных дворов вокруг него. Весь оставшийся день он строго втолковывал нам с Колькой, что нужно делать, и, главное, чего ни в коем случае делать не нужно. Вечером он заперся в другой комнате и долго куда-то звонил.