Владимир Плахотин - Браслет

       - Надеюсь, что я ей тоже... не противен...

       Дед лукаво заулыбался:

       - А как ты думаешь: чья прихоть привела тебя в наш дом?

       Я смутился ещё больше.

       - Ну... Настя говорила, что привела меня по вашему... по вашей просьбе.

       - Ага, ты её больше слушай! - усмехнулся дед в усы. - Дело-то как было? Пока я корпел над гороскопами своих гипотетических преемников, Настенька, частенько бравшая у меня браслет якобы "покататься", нашла тебя сама и без всяких гороскопов. И вот однажды, когда я уже отчаялся в своих поисках, она подсунула мне как бы невзначай твои данные. Я был сражён буквально наповал, насколько идеально вписывался твой гороскоп в требуемые условия. Соответствие было просто поразительным! Большего мне и не надо было. Я скоренько сорганизовал вашу встречу, а дальше ты всё знаешь.

       - Значит, - догадался я, - мой гороскоп и был причиной того, почему выбор пал именно на меня?

       - Ну конечно! - просиял дед.

       - А... Настя?..

       - Что - "Настя"?

       - Ну... - Я сильно волновался, даже сам плохо понимая, почему. - Чем руководствовалась она, когда... - Слова получались всё какие-то корявые.

       - А! - сообразил дед. - Здесь повинно только женское сердце. Могу тебя успокоить: в гороскопах она смыслит, как ты выразился, "на уровне ученика первого класса". Нахваталась от меня верхушек. Так что составить твою карту она бы не смогла, даже если бы и захотела. Всё это хорошо, - вздохнул дед, - но вот совместимость ваших гороскопов вызывает у меня большие опасения. Этим и продиктована моя просьба к тебе. Прежде, чем идти на конфликт, десять раз подумай: "А стоит ли?" И сразу вспомни меня. И моё условие... Ну так как? Приемлемо ли оно?

       Я протянул ему руку и, когда его сухонькая ладошка оказалась в моей, с чувством произнёс:

       - Можете на меня рассчитывать!

       Дед расцвёл и, облегчённо вздохнув, откинулся на спинку.

       - Другого ответа я и не ожидал. А, кстати, знаете ли вы, откуда у меня Настенька? - При этих словах он понизил голос. - Она сама не любит об этом вспоминать. Это очень длинная и печальная история. Если она вас заинтересует, её описание вы найдёте в моих дневниках. Ну, а сейчас, - он посмотрел на часы и громко позвал: - Настенька!

       - Можно вопрос? - после секундного колебания решился я.

       - Отчего же? - с готовностью отозвался дед. - Сколько угодно! - Он приветливо протянул руки вошедшей Насте и усадил рядом с собой, благо, кресло было обширным, а места дедок занимал всего ничего. Настя подозрительно оглядела нас, как заговорщиков, но ничего не сказала.

       - Я хотел спросить, почему вы всё время поглядываете на часы, будто боитесь куда-то опоздать, или... или, может быть, ждёте кого-нибудь?

       Вместо ответа дед вскочил с насиженного места и подбежал к простенку между окнами, часть которого была занавешена небольшой по размерам шторкой, будто прикрывала маленькое окошко между большими.

       - Смотрите сюда, - он отдёрнул шторку и глазам моим открылась испещрённая цветными линиями какая-то схема. - Вам это знакомо?

       Я тоже встал, подошёл поближе и внимательно вгляделся.

       - Да, пожалуй... - кивнул я, всё же чуть сомневаясь в правильности своей догадки. - Это карта планетных транзитов?

       Дед довольно улыбнулся:

       - Правильно. И, насколько я знаю, у тебя такая тоже имеется?

       - Ну, - смутился я. - Не совсем такая и не совсем имеется. Она закончилась в прошлом месяце, а продолжить - руки не доходят.

       Естественно, по чёткости исполнения моя карта не шла ни в какое сравнение с дедовой.

       - Видишь вот этот переплёт? - Дед ткнул пальцем в то место на карте, где сходились несколько линий в одну точку. - Это - так называемая конъюкция или соединение планет. Она созревала давно и на сегодня приходится её пик. Об этом дне ещё Иисус мне намекал: мол, если надумаю к этому времени отдохнуть от мирских забот, то эта дата - самая подходящая для передачи браслета достойному претенденту. Преемника, слава Богу, мы сообща нашли, - он хитро покосился на внучку. - Осталось выдержать время. А времени у нас осталось не так уж и много. Как только весь этот стеллиум начнет пересекать Небесный Меридиан, так мы с тобой и обменяемся ролями. Примешь от меня эстафету.

       Теперь - о той самой второй моей просьбе. Как я уже имел честь упомянуть, стоит мне только снять браслет с руки, то сразу же начнётся молниеносный процесс старения. Одна за другой начнут отключаться жизненно важные системы организма. И, буквально за каких-то час-полтора, от меня останется лишь кучка смердящего праха.

       Пока он произносил последние слова, Настя сильно изменилась в лице: на глаза навернулись слёзы, губы задрожали, она порывалась что-то сказать, но дед проговорил с нажимом:

       - Так вот: я принял решение! Не перебивай меня, дослушай до конца!.. Я принял это решение, чтобы избавить вас от всех этих не совсем приятных забот. - Дед явно волновался: его сильно сбивало с делового настроя раскрасневшееся лицо внучки, для которой, видимо, всё это было большой новостью. По её щекам уже текли ручейки слёз и глаза смотрели с непередаваемой мукой. - Твой любимчик, - дед кивнул на дверь Лори, - не однажды рассказывал мне, что на их планете существует не совсем обычный способ ухода в мир иной. Там обитают такие осьминогоподобные полурастения-полуживотные, которые усыпляют жертву и она, не испытывая неприятных ощущений, медленно растворяется в окружающей среде...

       - Деду-у-уля!!! - страшным голосом закричала Настя, прижав к груди крепко сжатые кулачки и тряся головой. - Что ты такое говоришь?!!

       - Ну вот, - расстроился дед. - Я так и думал. Потому и не знал, как к тебе подступиться с этим разговором. - Он прижал её голову к себе и, гладя по спине ладошкой, приговаривал: - Ну, не плачь, не плачь, дурёха! Посмотри, какую замену я себе оставляю!

       Она зарыдала ещё сильнее.

       - Ну зачем? Зачем уходить?! - причитала она. - Не надо ничего, никакого браслета! Живи с нами! Я не хочу!

       Дед слегка отстранился и с добродушной усмешкой промолвил:

       - Вы на неё только посмотрите: "Хочу", "Не хочу". Надо! - твёрдо сказал он. - Хватит, пожил я на этом свете. Повидал... Есть такое понятие - усталость. Душа моя устала таскать это старое тело. Свободы хочется. Говорили мы с тобой уже на эту тему.

       - Когда? - едва разобрал я среди рыданий.

       - Ну как "когда"? Часто. Я уж и не упомню...

       - Так ведь... - всхлипывала Настя. - Так ведь это... были... отвлечё-о-онные разговоры! - и она вновь зашлась в сотрясавших её рыданиях.