Филип Дик - Человек в высоком замке

Ознакомительный фрагмент

Закрыв книгу, он вышел из комнаты отдыха и пошел в цех. Увидя Мак-Карти, он помахал ему рукой, чтобы тот отошел в сторону и они могли бы продолжить разговор.

— Чем больше я думаю об этом, — сказал Фринк, — тем больше мне нравится твоя идея.

Прекрасно, — сказал Мак-Карти. — Теперь послушай. Тебе нужно сделать вот что. Ты должен достать деньги у Уиндема-Матсена. Он подмигнул Фринку.

Я придумал, каким образом. Я собираюсь тоже бросить эту работу и присоединиться к тебе. Ты видел мои эскизы? Разве они плохи? Ведь хорошие же, я знаю.

Конечно, — сказал Фринк, несколько смутившись.

— Давай встретимся вечером после работы у меня дома. Приходи часов в семь, пообедаешь со мной и с Джоанной, если только вытерпишь мою ребятню.

— О’кей, — заключил Фринк.

Мак-Карти хлопнул его по плечу и отошел.

«Я проделал большой путь, — сказал Фринк самому себе, — за эти десять минут».

Страха и тревоги уже не было, был только азарт.

«Все произошло так быстро», — подумал он, подойдя к своему верстаку и собирая инструменты. — Наверное, такие перемены так и происходят. Появляется благоприятная возможность…

Всю жизнь я ждал этого. Когда Оракул говорит: «Что-то должно быть достигнуто», — он именно это и имеет в виду. Время поистине великое. Какое сейчас время? Именно в этот момент? Оракул говорит, что надвигается «Усмиренная Сила Величия». Джин становится Янгом. Все движется. Строка скользит, и появляется новое мгновение. Я так спешил, что не заметил этого, возможно, ошибся, выхватив взглядом не то место. Держу пари, что именно поэтому я и наткнулся на эту жуткую строку, и благоприятная гексаграмма стала зловещей. Какой же я осел!»

Однако, несмотря на свое возбуждение и оптимизм, он не мог просто взять и выбросить из головы эту строку.

«И все же, — подумал он с усмешкой, — придется постараться. Вдруг до вечера удастся забыть о ней, будто ничего не случилось. Да, я почти уверен, потому что это совместное с Эдди предприятие действительно может вылиться в нечто крупное. Я уверен, что у него безошибочный нюх. Да и я еще не сказал последнего слова. Сейчас я ничего из себя не представляю, но если я смогу провернуть всю эту затею, то, может быть, мне удастся вернуть Юлиану. Я знаю, что ей нужно, она заслуживает человека, представляющего собой кое-что имеющее вес в обществе, а не какого-то там чокнутого. Когда-то в прежние времена мужчины были мужчинами. Тогда, до войны, а сейчас… Не удивительно, что она скитается с одного места на другое, от одного мужчины к другому, ищет что-то и даже не осознает, кто она есть и каковы ее биологические потребности. Но я-то знаю, и эта затея Мак-Карти, чего бы не стоило, поможет мне ради нее добиться успеха».

Роберт Чилдан закрыл магазин «Американские художественные промыслы» на обед. Обычно он переходил улицу и ел в кафе напротив. И всегда он уходил не больше, чем на полчаса а сегодня и того меньше — на двадцать минут. Воспоминания о тяжких испытаниях, перенесенных им при встрече с мистером Тагоми и персоналом Торгового Представительства, совершенно испортили ему аппетит.

Возвратившись в магазин, он твердо сказал себе: пора менять тактику и, не отзываясь на телефонные вызовы, все дела устраивать в магазине.

На визит к Тагоми ушло около двух часов, это очень много. Уже почти два — открываться снова слишком поздно. За целых полдня он продал всего одну вещь, эти часы с Микки-Маусом — довольно дорогой предмет, но…

Он открыл дверь магазина, подпер ее и вошел в подсобку повесить пальто.

Когда он вновь появился, то обнаружил в магазине покупателя. Белого. «Ну и ну, — подумал он. — Сюрприз».

— Добрый день, сэр, — сказал Чилдан. Он слегка поклонился. Вероятно, какой-нибудь «пинки». Худой, довольно смуглый, хорошо, по моде одетый, а держится скованно, лицо поблескивает от пота.

— Добрый день, — пробормотал посетитель.

Он двигался по магазину, осматривая витрины.

Затем неожиданно подошел к прилавку, сунул руку в пальто, достал небольшой кожаный футляр для визитных карточек и выложил цветную, изысканно отпечатанную карточку.

На карточке была эмблема Империи и воинские знаки отличия. Военно-морской флот. Адмирал Харуша. Роберт Чилдан с волнением рассматривал ее.

— Корабль адмирала, — объяснил покупатель, — в настоящее время находится в заливе Сан-Франциско. Авианосец «Сиокаку».

— О, — отозвался Чилдан.

— Адмирал Харуша до сих пор еще не посещал западного побережья, — продолжал объяснять покупатель. — У него масса пожеланий, и среди них — посетить ваш знаменитый магазин. На Родных Островах только и говорят об «Американских художественных промыслах».

Чилдан поклонился, не в силах дольше скрывать восторг.

Однако, — продолжал мужчина, — из-за большого количества назначенных встреч адмирал не сможет нанести персональный визит в ваш уважаемый магазин. Поэтому он послал меня. Я — его поверенный.

— Адмирал — коллекционер? — спросил Чилдан.

Мысли его лихорадочно работали.

— Он — любитель искусств. Он истинный знаток, но не коллекционер. То, что он хочет, предназначено для подарков, а именно: он желает преподнести каждому офицеру своего корабля какой-нибудь ценный исторический предмет, что-либо из легкого стрелкового оружия времен легендарной американской Гражданской войны.

Мужчина на мгновение замолчал.

— Всего на корабле двенадцать офицеров.

«Двенадцать пистолетов времен Гражданской войны,—

подумал про себя Чилдан. — Это будет почти десять тысяч долларов».

Он затрепетал.

— Насколько известно, — продолжил поверенный адмирала, — ваш магазин продает такие бесценные старинные предметы, будто сошедшие со страниц американской истории и, увы, слишком быстро исчезающие в бездне времени.

Подбирая слова самым тщательным образом — позволить себе упустить такой случай, совершить хотя бы одну малейшую оплошность он не мог, — Чилдан сказал:

— Да, правда. Я располагаю наилучшим в Тихоокеанских Соединенных Штатах ассортиментом оружия времен Гражданской войны. Я буду счастлив оказаться полезным адмиралу Харуша. Должен ли я собрать эту прекрасную коллекцию и привезти на борт «Сиокаку»? Может, к вечеру?

— Нет. Я произведу осмотр здесь.

Двенадцать. Чилдан стал подсчитывать в уме. У него сейчас не было двенадцати, у него было только три. Но он мог бы приобрести двенадцать, если ему повезет, в течение недели через различные каналы, например, посылка авиапочтой с Востока и связи среди местных оптовиков.

— Вы, сэр, — сказал Чилдан, — хорошо разбираетесь в таком оружии?

Конец ознакомительного фрагмента