Лев Петров - Пепел Бикини

Рыбаки разом замолчали, придвинулись, и сэндо, самодовольно поглядывая по сторонам, рассказал, как несколько лет назад, когда он плавал на «Коэй-мару» в южных морях, на них напало чудовищное головоногое, щупальца которого были длиной в сорок сяку [20], и он едва не перевернул шхуну, пытаясь забраться на борт.

– Мы отбились баграми и ножами, а когда ика ушел, вся палуба стала черной-пречерной от сепии.

Хомма круглыми глазами, не отрываясь, смотрел Тотими в рот:

– Ика? Такой огромный ика?

– А ты что думал – такой, каких ловит твой дед в заливе и продает потом по десятке за штуку? Мальчишка недоверчиво покачал головой:

– Неужто бывают такие страшные?

Каждый житель приморского городка знает кальмаров с самого раннего детства. Чтобы свести кое-как концы с концами, семьи рыбаков вынуждены заниматься всякого рода отхожими промыслами. Женщины возятся на огородах, а старики и ребятишки днюют и ночуют на лодках недалеко от берега, вылавливая юрких, маленьких – величиной с палец – кальмаров. В сушеном и вареном виде эти головоногие очень вкусны, и, если они не составляют единственного блюда на завтрак, обед и ужин (что, к сожалению, бывает нередко), их появление на столе встречается с большой радостью. Но о таких кальмарах-гигантах многие рыбаки слышали впервые.

– Встретить такое чудище – большая редкость, – сказал сэндо. – И пусть тот, кто хочет, жалеет об этом, Мне лично нужно побольше рыбы, побольше тунца…

– Да, побольше тунца… – вздохнул кто-то.

– Думаю, что на этот раз нам повезет. – Тотими встал, выплюнул окурок в жаровню и потянулся. – Пойду подменю капитана, – сказал он и полез вверх по трапу.

Хомма принялся за свои миски.

…«Счастливый Дракон №10» шел через бурный океан, каждое сердце на его борту выстукивало слова надежды: «На этот раз нам повезет». Но им не везло опять. Седьмого февраля сэндо, держась для верности за амулет, висевший у него на груди, впервые за рейс приказал ставить сети. Это было в нескольких десятках миль к западу от Мидуэя. Всю ночь рыбаки напряженно следили за фосфорическим мерцанием волн вокруг невидимых в темноте стеклянных буйков. Амулет не помог. Когда рано утром сети были подняты, кто-то разочарованно свистнул, механик Мотоути выругался, а сэндо смущенно почесал в затылке: в слизистой каше из медуз и сифонофор [21] бились всего три-четыре десятка небольших рыб, из них пяток молодых тунцов.

По предложению сэндо, «Счастливый Дракон» передвинулся на полтораста миль к западу. Там произошла катастрофа: главная линия сетей зацепилась крючьями за коралловую отмель. Двое суток рыбаки с терпеливым озлоблением возились на проклятом месте, спасая сети. На рассвете третьего дня разразился шторм, и сто шестьдесят шесть новеньких стометровых тралов, почти половина того, чем располагал «Счастливый Дракон», были безвозвратно потеряны.

– Если так пойдет дальше, – сказал Мотоути, презрительно разглядывая одинокие тушки тунцов, распластанные на палубе, – мы сгорим от стыда еще прежде, чем вернемся домой. В мое время…

– В твое время! – яростно перебил его сэндо. – В твое время тунца было сколько угодно и дома, у берегов Идзу. Да только это было гораздо раньше, чем ты научился втягивать носом сопли, Тюкэй. Помолчал бы. лучше!

Усталые и злые рыбаки угрюмо перебирали сети;

Круглые буйки темно-зеленого стекла тускло отсвечивали на солнце. Сэндо прошелся по палубе, морща лоб и нервно потирая руки. Несколько раз он останавливался, как бы желая сказать что-то, но не решался и снова принимался бегать вокруг рыбаков. Шторм утих так же быстро, как и налетел, и теперь над присмиревшим океаном царила тишина и горячее солнце. Небольшие волны лениво плескались под .кормой шхуны. Повар Хомма оторвался от работы, чтобы поправить головную повязку, сползшую на глаза.

– Везет же другим! – досадливо сказал он. – Знают богатые рыбой места и всегда приходят домой с полными трюмами. А мы таскаемся по морю без толку.

В другое время сэндо непременно оборвал бы нахального мальчишку и, возможно, стукнул бы его по затылку. Но сейчас он оставил упрек без ответа. Он только пожал плечами и вдруг, остановившись возле механика, проговорил негромко:

– Есть одно место, где тунца видимо-невидимо. Только…

Он замолчал, словно испугавшись собственных слов. Все насторожились. Мотоути бросил паклю, которой вытирал руки и поднял голову:

– Где же это такое место?

– Да уж есть, – уклончиво сказал сэндо. – Есть, да не про нас.

– Я знаю! – крикнул Хомма. – Тотими-сан говорит о Маршальских островах. Мой дед ходил туда еще до войны. Там рыбаки хорошо зарабатывали в те времена.

– Правда, – отозвался кто-то, – нам следовало бы сразу идти туда.

Сэндо отрицательно покачал головой.

– Эти места не про нас, – повторил он. Но в его голосе не было уверенности, и все сразу почувствовали это, вскочили на ноги и обступили его.

– Почему не про нас? Кто нам может запретить?

– Не про нас, вот и все! – притворно сердито крикнул Тотими. – Говорят вам… Кто здесь сэндо: я или ты, Хомма? – Он фыркнул и уже спокойно добавил: – Это недалеко от запретной зоны вокруг Маршальских островов. Но острова теперь больше не принадлежат нам [22], и там нас могут задержать. Однако, я думаю, мы сумеем обогнуть их, не нарушая границы.

Рыбаки одобрительно загудели:

– Нам ли бояться риска…

– Нам нельзя возвращаться с пустыми руками…

– Тунца там много, это правда. – Сэндо нервным движением пригладил волосы на макушке и оглянулся на капитана.

Тот стоял молча, не принимая участия в споре. Тогда сэндо решился.

– Хорошо, – сказал он, – мы пойдем туда и будем держаться поодаль. Но помните: если нас задержат американцы, нам несдобровать.

– Нечего нас запугивать! – рассерженно заметил кто-то. – Почему непременно мы должны угодить в чужие воды?

…В тот же день, двенадцатого февраля, «Счастливый Дракон» повернул на юго-юго-восток. Вечером сэндо вместе с капитаном и радистом стоял в рулевой рубке. Поговорив о каких-то пустяках, он вдруг спросил:

– Не боитесь ненароком попасть в чужие воды, Одабэ-сан?

– Я? – Капитан, двадцатидвухлетний парень, недавно окончивший префектуральную морскую школу в Айнити, пожал плечами и с напускной пристальностью уставился на компас. – Конечно, боюсь. Но еще больше я боюсь вернуться домой без рыбы.

– А вы, Кубосава-сан?

Кубосава вспомнил последние напутствия Нарикава и только вздохнул.

Шхуна прошла уже значительное расстояние, пересекла международную линию перемены даты, но тунца по-прежнему не было. Улов был так незначителен, что никто из рыбаков даже не ругался. Бесполезно и небезопасно бранить судьбу за то, что она повернулась к тебе спиной. После короткого совещания со знающими, опытными рыбаками сэндо предложил капитану повернуть обратно на запад, в обход американских вод, в центре которых лежали Маршальские острова.