Екатерина Казакова - Коммандос из демиургов

Ознакомительный фрагмент

Зайдя во двор, я узрела классического кулака-мироеда, каким его показывали в старых фильмах. Можно описать его так: картуз-борода-пузо. От жителя моей родной Земли его отличали уши, здорово напоминающие волосатые лопухи и нос, подозрительно смахивающий на шнопак орангутанга. А так мужик как мужик, в штаны я ему для проверки наличия хвоста понятное дело не лазила, да и за спиной у него маячила дородная матрона один в один похожая на мужа, только без бороды. Узрев мое портмоне и оценив прикид, они сделали вывод – к ним пришло не Чудо-юдо беззаконное, а вполне заурядная богатая тетка.

– Светлого вам дня варрла, что вас привело в наш дом? – с доброжелательной улыбкой спросили они.

– И вам мира во всем мире и чтоб пореже власть к вам за мздой наведывалась – расшаркались мои хорошие манеры.

От себя я добавила:

– Мне угодно поговорить с уважаемыми хозяевами о взаимовыгодном сотрудничестве.

– Варрла, ржунимогу – зашелся в истерике мозг- а я сердито на него шикнула, подумаешь варрла не вахлачка же какая-то или сэруха, и бодренько потопала в гостеприимно распахнутую дверь.

Через пять минут мы уже сидели за богато накрытым столом, который в спешном порядке наметала хозяйка. Желудок, узревший на столе яства, тут же заорал:

– Не вздумай ничего тут жрать утроба ненасытная, не известно как я на это отреагирую!!! -Будешь потом три дня и три ночи на фаянсовом коне скакать.

– И не смей даже нюхать пойло! – скривилась печень – предупреждаю сразу, один глоток и последствия тебя не порадуют.

– Ну не прилично же, вон как люди старались, неудобно обижать – заканючил разыгравшийся аппетит, пускавший слюни от вида свежей выпечки, жареного мяса и запотевшего жбанчика, распространяющего аромат вина.

– Или сейчас пост или потом понос и погост – припечатали мои внутренние органы.

Под их давлением мне пришлось делать вид, что совершено сыта и веду трезвый образ жизни, а староста представившийся Снурком, увлеченно жуя и опорожняя кружку за кружкой под неодобрительным взглядом жены, делился со мной последними новостями. От него я узнала массу информации, главное потом с умом распорядиться полученными сведениями. И так:

Весна в этом году дружная и жители практически закончили посевную и ожидают хороший урожай репы. (Чудны крестьянские дети, выжившие после атомной войны, еще посеять не успели, а уже барыши считают).

В соседнем городке во вторую седмицу первого месяца лета, откроется ярмарка (Надо посетить выставку-продажу изделий народных промыслов, глядишь, особо надоедливых из своих недоумков в рабство продам).

Нечесть пока не балует, только просыпается после зимней спячки, правда, у оборотней начался брачный период, но они пока не нападают, а вот через пару недель по лесам станет страшно ходить (Буду скармливать местным упырям да вурдулакам отличившихся отсутствием ума и сообразительности).

Черных колдунов давно не было, вот как пять лет назад мимо деревни проезжал некромант, так и не видели никого (Что тут кроме репы, может представлять интерес у утонченного городского жителя?).

Волшебник был зимой проездом, переночевал, обновил на деревне охранные чары, взяв за свои услуги десять злотных. Утром, распродав охранные амулеты, уехал, а через день они все разрядились. (И сюда добрались коммивояжеры из серии: "Сегодня вам крупно повезло, у нашей компании рекламная акция. При покупки двух одноразовых вещей по цене крыла от самолета, третья вам презентуется за половину стоимости нефтяного месторождения в Кувейте).

В начале весны в деревню приезжал королевский гонец, и сообщил, что в связи с увеличением расходов на оборону страны, осенние налоги величаться. (Угу, у нас тоже с нового года всегда коммунальные платежи повышаются, не иначе власти идут на поводу у таджиков, которые тайно проводят подпольные забастовки, где шепотом на древне шумерском языке, требуют повышения зарплаты).

В гарнизоне, расположенном в ближайшем городке со дня на день ожидают пополнение личного состава и приезд нового начальника, взамен окончательно спившегося старого. (А это уже интересно, можно будет туда своих придурков, ну если хоть один из них выживет, сплавить на обучение, сама то я с мечом ни алле).

Совсем недавно Наместник Тьмы разорил приграничный город Запорный (что-то стремное название у населенного пункта, подметило ехидство) и теперь все ждут на кого он в следующий раз обрушит свою ярость (В чем то я его понимаю, клубов и казино тут явно нет, а надо же человеку как-то развлекаться. Стоит ему при случае посоветовать, как можно разнообразить свой досуг).

Ведьма, живущая в чаще леса, совсем потеряла стыд. Раньше за лечение прострела в пояснице брала десяток яиц, а теперь два. (Инфляция съедает даже яйца, и их счастье, что она не знакома с Сосискиным, тот бы за услуги мануального терапевта, предложил ей как минимум теленка брать).

Еще из разговора я узнала, что старосте достался этот дом по наследству, от внезапно умершего по осени дяди, который не имел родственников кроме Сурка, так что моя теория о чужом богатстве потерпела фиаско. А так же мне удалось существенно расширить свои познания в сельском хозяйстве, теперь я точно знаю, какую овощную культуру каким навозом удобрять.

– Вот такие у нас новости варрла Дарръя – приканчивая жбанчик, закончил политинформацию Снурок.

Я совершила все реверансы, ожидаемые в таких случаях. Выразила надежду на обильный урожай, поругала слегка власть, порадовалась за увеличение воинского контингента, пообещала почтить своим вниманием ярмарку, поохала на бесчинства Наместника и похвалила хлебосольную хозяйку. Потом выступила с ответной речью.

Из нее следовало, что я эдакая Мери Попинс, вывезшая на природу отпрысков богатеньких родителей, уставших терпеть их выходки. Дети капризны, невоспитанны, совсем неприспособленны к жизни и не знают цену деньгам и каким трудом они зарабатываются.

Войдя в образ змея-искусителя, я вкрадчиво нашептывала:

– Прошу вас мой новый друг, когда мои подопечные придут к вам в деревню, продавайте им все что бы они не попросили, но за баснословные деньги. Меняйте буханку хлеба на фамильный перстень, а за крынку молока смело требуйте отдать серьги. – Попросят постирать – посылайте женщин и пусть они соглашаются за половину их тряпок, в которых сочтут за счастье появиться на балу первые модницы и модники столицы. Одним словом, все, что они попросят должно быть тут же исполнено, но за несуразно высокую цену.