Конни Уиллис - Книга Страшного суда

— Бадри, — настойчиво проговорил он, — ты сказал, что-то не так. Ты имел в виду привязку?

— Привязку я установил, — нахмурился Бадри.

Санитар, подключающий Бадри к устрашающей паутине датчиков, недовольно покосился.

— Стажер неверно определил координаты? Бадри, это важно! Он ошибся в координатах переброски?

Мэри забралась в «Скорую».

— Как исполняющий обязанности главы факультета сопровождать больного в карете «Скорой» помощи, должен я, — донесся снаружи голос Гилкриста.

— Подъезжайте в неотложку лечебницы, — сказала доктор Аренс, закрывая двери. — Померили температуру? — обратилась она к медсестре.

— Да. Тридцать девять и пять. Давление девяносто на пятьдесят, пульс сто пятнадцать.

— Была ошибка в координатах? — допытывался Дануорти.

— В салоне все на местах? — спросил водитель в интерком.

— Да, — ответила Мэри. — Код «единица».

— Пухальски напутал с пространственными координатами дистанционной переброски?

— Нет, — сказал Бадри и ухватил Дануорти за лацкан пальто.

— Тогда что? Сдвиг?

— Я, наверное… — проговорил Бадри. — Столько тревог.

Остальные его слова потонули в реве сирены.

— Ты, наверное, что? — переспросил Дануорти, перекрикивая вой и рев.

— Что-то не так, — выдохнул Бадри и снова отключился.

Что-то не так. Видимо, все-таки сдвиг. Помимо неверных координат это единственная накладка, которая не прервет переброску, а Бадри говорит, что пространственные координаты были заданы верно. Насколько серьезный в таком случае получился сдвиг? Предварительно Бадри прогнозировал две недели максимум, значит, из-за меньшего срока он вряд ли побежал бы под дождем без пальто в паб. Сколько же тогда? Месяц? Три месяца? Но ведь он сообщил Гилкристу, что пока сдвиг минимальный.

Мэри протиснулась мимо Дануорти и в третий раз пощупала Бадри лоб.

— Добавьте в капельницу тиосалицилат натрия. И сделайте анализ на лейкоциты. Джеймс, подвинься.

Дануорти пересел на скамью в задней части салона.

Мэри снова схватила пейджер.

— Дождитесь общего анализа крови и результатов серотипирования.

— Пиелонефрит? — предположила санитарка, наблюдая, как меняются показатели. Давление — девяносто шесть на шестьдесят, пульс сто двадцать, температура тридцать девять и пять.

— Непохоже, — покачала головой Мэри. — Болей в брюшной полости не наблюдается, но это явно какая-то инфекция, учитывая температуру.

Сирена вдруг сбавила обороты и умолкла. Санитар принялся отключать приборы от настенных источников питания.

— Приехали, Бадри. — Мэри снова похлопала его по груди. — Скоро поставим вас на ноги, будете здоровехоньки.

Он не шелохнулся. Мэри подтянула на нем одеяло до горла и уложила сверху болтающиеся провода. Водитель распахнул двери, санитары выкатили носилки наружу.

— Сделайте полное обследование крови, — скомандовала Мэри и, держась за дверцу, спустилась вниз. — РСК, РТГ, идентификацию антигенов [4].

Дануорти, выкарабкавшись из «Скорой», пошел в отделение неотложной помощи вслед за Мэри. Та уже отдавала распоряжения дежурной за регистрационной стойкой.

— Найдите мне его медкарту. Бадри… Как его фамилия, Джеймс?

— Чаудри.

— Номер госздравовского полиса? — спросила дежурная.

— Номер не знаю. Но он сотрудник Баллиола.

— Продиктуйте мне фамилию, будьте добры.

— Ча-уд…

Мэри помчалась в травматологию. Дануорти поспешил за ней.

— Простите, сэр! — Дежурная, выскочив из-за стойки, преградила ему путь. — Сядьте, пожалуйста.

— Мне надо поговорить с больным, которого только что привезли.

— Вы родственник?

— Нет. Я его начальник. Очень важное дело.

— Он сейчас в смотровой. Я попрошу, чтобы вас пропустили к нему, как только закончится обследование. — Она осторожно уселась обратно за стойку, готовая выскочить снова при малейшем неверном движении с его стороны.

Дануорти хотел было рвануться в смотровую, но решил не рисковать — еще выдворят из больницы насовсем, да и Бадри все равно не в состоянии сейчас общаться. Из «Скорой» его выкатывали в бессознательном состоянии. Без сознания и с температурой тридцать девять и пять. «Что-то не так».

Дежурная посмотрела на него с подозрением.

— Вам не сложно будет продиктовать мне эту фамилию еще раз?

Дануорти продиктовал, а потом спросил, откуда можно позвонить.

— Телефон прямо по коридору. Возраст?

— Не знаю. Двадцать пять? В Баллиоле он работает четыре года.

По мере сил ответив на остальные вопросы, Дануорти выглянул за дверь посмотреть, не появился ли Гилкрист, и пошел прямо по коридору искать телефон. Дозвонившись в Брэйзноуз, он попал на сторожа, украшавшего миниатюрную синтетическую елку у себя в привратницкой.

— Позовите, пожалуйста, Пухальски, — попросил Дануорти, надеясь, что не перепутал фамилию оператора-стажера.

— Его нет, — ответил сторож, свободной рукой наматывая серебристую гирлянду на еловые лапы.

— Передайте, пожалуйста, когда вернется, что мне нужно с ним поговорить. Это очень важно. Он должен расшифровать привязку сети. Номер… — Дануорти сделал паузу, дожидаясь, пока сторож управится с гирляндой, и только тогда продиктовал номер телефона, который сторож нацарапал на крышке коробки с украшениями. — Если не найдет меня по этому номеру, пусть позвонит в приемный покой лечебницы. Как думаете, когда он примерно вернется?

— Сложно сказать, — протянул сторож, разворачивая фигурку ангела. — Некоторые, бывает, возвращаются на пару дней раньше, но основная масса приезжает сразу к началу семестра.

— То есть? Вы хотите сказать, что его сейчас нет в колледже?

— Он был. Собирался настраивать сеть для кафедры медиевистики, но потом оказалось, что не понадобится, и он уехал домой.

— Тогда дайте мне его адрес и домашний телефон.

— По-моему, где-то в Уэльсе он проживает, но точнее сказать не могу — это к секретарю колледжа, и ее сейчас тоже нет.

— А она когда будет?

— Не знаю, сэр. Уехала в Лондон искать подарки.

Дануорти продиктовал еще одно сообщение, пока сторож расправлял ангелу крылья, затем, повесив трубку, стал вспоминать, оставались ли в Оксфорде другие операторы на Рождество. Видимо, нет, иначе Гилкрист с самого начала не стал бы поручать работу стажеру.

На всякий случай он позвонил еще в колледж Магдалины, но там никто не отвечал. Он положил трубку, подумал минуту и набрал номер Баллиола. Там тоже было глухо. Наверное, Финч все еще с американками, показывает им колокола на Большом Томе. Дануорти посмотрел на часы. Всего-то полтретьего, а казалось, гораздо больше. Тогда, возможно, они только обедать сели.