Джон Марко - Великий план (Нарский Шакал - 2)

- В чем дело? - спросил Ричиус.

- Он не желал заткнуться, пока я не приведу его сюда, Шакал, - ответил капитан. - Он говорит, что ему нужно говорить с тобой о важных вещах.

- И это не может ждать до завтра?

- Да, Ричиус, не может, - подтвердил Симон. Он растерял прежнюю робость, к нему вернулась самоуверенность. - Важно, чтобы ты меня выслушал. Я уже говорил тебе один раз: я отказываюсь быть твоим пленником. Ричиус хмуро посмотрел на Симона:

- Тебе некуда деваться, Симон. Я мог бы отпустить тебя прямо сейчас и ты уже через день погиб бы от холода. Ты все равно мой пленник, Рошанн. Нравится тебе это или нет.

- Не будь ослом, Ричиус, - посоветовал ему Симон. - Я могу тебе помочь. И ты это знаешь.

- Чего я не знаю, так это захочешь ли ты мне помочь, - уточнил Ричиус. - Ты лжец. Ты уже это доказал. Лицо Симона застыло.

- Я не лгу. Даю тебе слово.

При этих словах Ричиус с Пракной расхохотались. Симон вырвался из рук лиссца и глянул на Ричиуса в упор.

- Не отталкивай меня! - предупредил он. - Потом сам будешь жалеть. Я ведь знаю, что ты задумал, помнишь? А еще я знаю Кроут лучше, чем вы все. Правильно?

- Свинья ты нарекая! - насмешливо бросил Пракна.

- Правильно, Ричиус? - не сдавался Симон.

Ричиусу хотелось захлопнуть перед ним дверь, но он не мог этого сделать. Они просто смотрели друг на друга: Симон - требовательно, Ричиус стараясь не растерять своей ненависти. Но в конце концов его лицо немного смягчилось, и Симон мгновенно этим воспользовался.

- Я могу тебе помочь! - горячо повторил он. - Пожалуйста, ради Эрис.

- Я даже не знаю твоей Эрис!

Симон улыбнулся:

- Но если бы знал, она бы тебе понравилась. Ричиус с досадой покачал головой:

- Пракна, сделай милость, оставь нас одних, пожалуйста. Я пока за ним присмотрю.

Командующий флотом раздраженно возвел очи горе:

- Ричиус...

- Нет, все в порядке. Правда. Я просто хочу выслушать его предложение. Пожалуйста, Пракна. Поверь мне.

- Как скажешь, - буркнул адмирал и удалился в темноту, оставив Симона наедине с Ричиусом.

Между ними воцарилось неловкое молчание. Ричи-УС закрыл дверь, чтобы не потревожить сна дочери.

Симон опустил глаза: ему было стыдно. Наконец он пожал плечами.

- Ты снова сломал мне нос, - сказал он.

- Мне кажется, ты это заслужил. Разве нет?

- Наверное.

Ричиус посмотрел на Симона. Кровотечение остановилось, но нос у него действительно побагровел и распух. Похоже было, что ему очень больно. Ричиуса это обрадовало. А вот Симона, похоже, не радовало ничто. Казалось, что он устал от жизни, от самого себя. Он даже не мог заставить себя поднять голову.

- Посмотри на меня, Симон, - приказал Ричиус. Ему хотелось заглянуть в глаза этого человека, постараться прочесть в них правду. Симон неохотно поднял взгляд.

- Мне очень жаль, - проговорил он. - Хочешь верь, хочешь нет, но мне и правда очень жаль.

- Не знаю, чему верить, - ответил Ричиус. - Я считал тебя другом, Симон. Представляешь себе, как я сейчас себя по-идиотски чувствую?

Симон не отвел взгляда, хотя было заметно, насколько трудно ему это далось.

- Я не виню тебя за то, что ты меня ненавидишь. Ты имеешь на это право. И ты имеешь право отказаться от того, что я предлагаю. Но если ты это сделаешь, то повредишь в первую очередь своим планам. Я знаю, чего ты хочешь, Ричиус.

- Да неужели? И чего же я хочу?

- Бьяджио.

Ричиус поморщился:

- Верная догадка.

- Я могу помочь тебе его заполучить, - продолжил Симон. - Я все про него знаю, все его привычки и сильные стороны. Я могу подать его тебе на блюде.

- И чего ради ты вдруг это сделаешь? - осведомился Ричиус. - Разве он тебе не господин?

Это слово он выплюнул с отвращением.

- Ради Эрис, - твердо ответил Симон. - Это единственная причина.

- Чушь. Ты - Рошанн. Мне известно, что это значит. Ты должен до самой смерти служить Бьяджио. Ведь договор заключается именно так, правда? Смерть лучше бесчестья? То, что ты говоришь, - это предательствo!! - Ричиус ткнул Симону в грудь пальцем. - Зачем тебе это?

Симон со вздохом прислонился к деревянной стене и поднял глаза к звездам.

- Моя жизнь запуталась, Ричиус. Я не такой, каким был раньше. И Бьяджио тоже изменился. Он безумен. Он использует снадобье, которое должно сделать его бессмертным.

- Я знаю про снадобье, - сказал Ричиус. - Продолжай.

- По-моему, он от этого зелья обезумел. Если он узнает о моем предательстве, то убьет Эрис. А он узнает. Если я не отниму ее у него, она погибнет.

- И почему меня это должно волновать? Женщина, полюбившая тебя, должна быть такой же безумной, как Бьяджио. Симон одарил Ричиуса печальной улыбкой.

- Я слишком хорошо тебя знаю, чтобы поверить этим словам, Ричиус Вэнтран. Эрис невинна. А ты не терпишь, чтобы умирали невинные люди.

- И что же?

- А если ты не позволишь мне тебе помочь, Эрис погибнет. И погибнут все эти дети, которых ты собираешься бросить против Кроута.

- Они - солдаты, - ледяным голосом уточнил Ричиус. - Они убивают не потому, что им за это платят, Рошанн. У них есть честь.

- Ладно, - уступил Симон. - Но, быть может, у меня тоже есть честь. Пусть совсем немного, но годы так ее и не похоронили. - Он снова перевел взгляд на звезды. - Наверное, в этом я и пытаюсь тебя убедить.

В голосе Симона слышалась искренность, и Ричиусу отчаянно хотелось ему поверить.

- Можно мне задать тебе один вопрос, Ричиус? - тихо спросил Симон.

- Задавай.

- Чего ты пытаешься здесь добиться? Я хочу сказать - не считая убийства Бьяджио.

Этот странный вопрос заставил Ричиуса ощетиниться.

- Симон, я тебя не понимаю.

- Я посмотрел, что здесь делается. Я видел этих твоих так называемых солдат. Это просто дети. Ричиус негромко засмеялся.

- Ты совершенно не знаешь этих людей, Симон. Когда-то мне тоже так казалось, но теперь не кажется. На этом маленьком островке больше мужества, чем во всех народах Нара, вместе взятых. - Он посмотрел на темный лагерь, гордясь собой. - Я не просто возглавил армию. У меня есть цель.

- Да неужели? - вопросил Симон с иронией. - И что же это за цель?

- Ее можно выразить одним словом, - ответил Ричиус. - Справедливость.

- Справедливость! - насмешливо фыркнул Симон. - А мне кажется, это больше похоже на месть.

- Называй это как хочешь. Но у этих людей есть нечто такое, чего у тебя не было и не будет. У них есть сердце. Ты говорить, что хочешь вернуться за женщиной. Думаешь, это значит, будто у тебя есть сердце? А ты не подумал, что это может быть просто вожделение?

Симон посмотрел на Ричиуса.

- Знаешь, я помню одну историю о человеке, который отвернулся от своей страны ради женщины. Многие сочли его безумцем, попавшимся на хорошенькое личико. Но он поступил так, как считал правильным. По крайней мере так он сам утверждает. Я никогда с ним не спорил и не сомневался насчет его сердца.