Роберт Мак-Каммон - Песня Свон

Джош сделал все, как она велела, в то время как Свон стояла в дверях, наклонив голову вбок, чтобы все видеть. В другом углу комнаты стоял малыш, уставившись на Свон.

Женщина сняла фонарь и поставила его на пол рядом с Расти. Она тихо присвистнула.

- Эта штука процарапала его до кости. Аарон, сбегай, принеси сюда еще лампы. Да, и еще принеси мне длинную иголку, моток кетгута и пару острых ножниц. Ну, быстрей!

- Да, мама! - сказал Аарон и промчался мимо Свон.

- Как зовут твоего друга?

- Расти.

- Плохое у него положение. Не знаю, смогу ли я зашить его, но буду стараться. У меня нет ничего, чтобы очистить его раны, кроме снеговой воды, но вы наверняка не хотите, чтобы эта дерьмовая грязь в открытой... Она остановилась, глядя на руки Джоша, оказавшиеся пятнистыми, когда он снял перчатки. - А ты белый или черный? - спросила она.

- Это имеет значение?

- Нет. Не думаю, чтобы имело. - Аарон принес два фонаря, и она пристроила их около головы Расти, а он снова вышел, чтобы принести остальное, что ей было нужно. - А имя у тебя есть?

- Джош Хатчинс. А девушка - Свон.

Она кивнула. Ее длинные пальцы прощупывали рваные края раны у плеча Расти.

- Я Глория Бауэн. Живу тем, что перешиваю одежду для людей, но я не врач. Самое близкое к медицине из того, что я делала в жизни, это помогала некоторым женщинам при родах - но я знаю, как шить одежду, кожаные вещи, шкуры, и, может, человеческая кожа не очень-то отличается...

Тело Расти неожиданно напряглось, он открыл глаза и постарался сесть, но Джош и Глория Бауэн удержали его. Минуту он пытался бороться, затем, казалось, понял, где он и снова обмяк.

- Джош? - спросил он.

- Да. Я здесь.

- Ведь эта сволочь схватила-таки меня? Старая двухголовая сволочная рысь. Саданула мне прямо по заднице. - Он мигнул и посмотрел на Глорию. А ты кто?

- Я женщина, которая сейчас на три минуты станет твоим худшим врагом, - спокойно ответила она. Аарон вошел с тонкой, заостренной костяной лучинкой, которая была длиной дюйма в три, и положил ее на ладонь матери вместе с маленьким, похожим на восковой, шариком кетгутовой нити и парой ножниц. Затем он отошел к другой стене комнаты, бегая глазами туда-сюда то на Свон, то на всех остальных.

- Что ты собираешься со мной сделать? - Расти разглядел костяную иголку, пока Глория вдевала кончик нитки в ушко иголки и завязывала крошечный узелок. - Для чего это?

- Скоро узнаешь. - Она взяла тряпицу и отерла с лица Расти пот и кровь. - Собираюсь немного тебя заштопать. Собираюсь зашить тебя, как новую рубашку. Устраивает?

- О, Боже... - это все, что удалось сказать Расти.

- Нам лучше связать тебя, или ты это перенесешь как мужчина? У меня нет ничего, чтобы заглушить боль.

- Просто... говорите со мной, - ответил ей Расти. - Ладно?

- Конечно. О чем хочешь разговаривать? - Она пристроила иглу у порванной плоти у плеча Расти. - Как насчет еды? Жареные цыплята. Большая корзина цыплят по-кентуккийски и горячих специй. Тебе как, нравится? - Она взялась поудобнее за иглу, как ей хотелось, и приступила к работе. - Ты только вспомни запах жареных цыплят по-кентуккийски?

Расти закрыл глаза.

- Да, - хрипло прошептал он. - О, да... Конечно.

Свон не могла смотреть на то, как больно Расти. Она ушла в переднюю комнату, где стала греться у печки. Аарон поглядывал на нее из-за угла, отдергивая голову, чтобы его не было видно. Она услышала, как Расти затаил дыхание и пошла к двери, открыла ее и шагнула наружу.

Она забралась сзади в повозку, чтобы взять Плаксу, а потом стояла, почесывая шею Мула. Она беспокоилась об Убийце. Как он их разыщет? И если рысь так сильно ранила Расти, что она могла сделать с Убийцей? "Да не беспокойся", сказал Джош. "Он найдет дорогу".

- У тебя голова там, внутри? - спросил тоненький любопытный голосок рядом с ней.

Свон разглядела Аарона, стоящего в нескольких футах в стороне.

- Ты ведь умеешь разговаривать? Я слышал, что ты что-то говорила маме.

- Я умею разговаривать, - ответила она. - Но я должна говорить медленно, иначе ты не сможешь меня понять.

- О, твоя голова похожа на большую старую тыкву.

Свон улыбнулась, мышцы на лице натянулись так, будто сейчас порвутся.

Она знала, что мальчик говорит так, потому что он честный, а не потому, что жестокий.

- Похоже, что так. Да и голова у меня внутри. Она просто прикрыта.

- Я видел людей, которые выглядят похоже на тебя. Мама говорит, что это действительно тяжелая болезнь. Говорит, что заболеваешь и болеешь всю жизнь. Так, да?

- Я не знаю.

- Она говорит, что это не заразно. Говорит, что если бы было заразно, то уже весь город болел бы. А что это за палочка?

- Это магическая лоза.

- А что это такое?

Она объяснила, что с помощью магической лозы ищут воду, если правильно держать ее концы с рогульками, но она с помощью магической лозы ни разу не находила воду. Она припомнила мягкий голос Леоны Скелтон, как будто проскользнувший сквозь время, чтобы прошептать:

- Плакса еще не сделал своей работы - ни капельки!

- А может, ты ее неправильно держишь? - сказал Аарон.

- Я просто пользуюсь ею при ходьбе как тростью. Я не очень хорошо вижу.

- Похоже, на правду. У тебя совсем нет глаз.

Свон рассмеялась и почувствовала, что мускулы на лице расслабились. Новое дуновение ветра принесло тошнотворный запах разложения, который Свон почувствовала, как только они въехали в Мериз Рест.

- Аарон! - спросила она. - Что это за запах?

- Какой запах?

Она поняла, что он к нему привык. Везде валялся гниющий мусор и отбросы человеческого пребывания, но это был более отвратительный запах.

- Он то есть, то нет, - сказала она. - Его приносит ветер.

- О, я думаю, что это пруд. Я имею в виду то, что от него осталось. Это не очень далеко. Хотите посмотреть?

Нет, подумала Свон. Она не хотела подходить ни к чему такому ужасному. Но в голосе Аарона горело желание сделать приятное, а она была любопытна.

- Ладно, но нам действительно придется идти медленно. И не убегай, не оставляй меня одну, хорошо?

- Хорошо, - ответил он и сразу пробежал по грязному проулку футов тридцать, прежде чем остановился и подождал, пока она его догонит.

Свон шла за ним по мерзким узким переулкам. Многие лачуги сгорели, а люди копали себе убежища в развалинах. Она прощупывала себе дорогу с помощью Плаксы и испугалась тощей желтой собачонки, которая вынырнула из поперечного проулка. Аарон поддал ее ногой, и она убежала. За закрытой дверью выл от голода ребенок.

Дальше Свон почти споткнулась о человека, лежавшего свернувшись в грязи. Она хотела наклониться и дотронуться до его плеча, но Аарон сказал:

- Да он мертвый! Пойдем, это не очень далеко!