Конни Уиллис - Вихри Мраморной арки

Миссис Люси ополоснула стаканчик для полоскания зубов и передала его Ви, разливавшей вино. Все взяли по бокалу; Джеку достался зубной стаканчик.

— За моего сына Квинси — лучшего пилота Королевских ВВС! — провозгласил Моррис.

— Пусть посбивает все немецкие самолеты! — громко поддержал Суэйлс. — И закончит, наконец, эту проклятую войну!

— Чтобы по ночам можно было спокойно спать, — добавил Ренфрю, и все засмеялись.

Мы выпили. Джек поднял стаканчик вместе с другими, но как только Ви принялась доливать всем вина, прикрыл его ладонью.

— Представьте только, — продолжал Моррис, — мой сын — и с орденом. У него были трудности в колледже — попал в плохую компанию, неприятности с полицией… Как я волновался о нем, беспокоился, что из него выйдет!.. А пришла война — и он стал героем.

— За героев! — сказал Питерсби.

Мы выпили снова, и Ви влила оставшееся в бутылке вино в бокал Морриса.

— Вот и все. — Она просияла. — А у меня есть бутылка вишневого ликера от Чарли!

Миссис Люси поморщилась.

— Подождите-ка! — Она исчезла в кладовой и вернулась с двумя заросшими паутиной бутылками портвейна, который и налила всем — щедро и немного неловко.

— «Строго запрещается держать на посту алкогольные напитки, — процитировала она. — Штраф: за первое нарушение пять шиллингов, за каждое последующее нарушение — один фунт». — Она положила на стол фунтовую купюру. — Интересно, кем был Нельсон до войны?

— Уродом, — сказала Ви.

Джек по-прежнему закрывал стаканчик ладонью.

— Директором школы, — предположил Суэйлс. — Нет, знаю: налоговым инспектором!

Все засмеялись.

— Я до войны была чудовищем, — заявила миссис Люси. Ви хихикнула. — Служила диаконисой — знаете, из тех кошмарных женщин, что украшают церковь цветами, устраивают благотворительные распродажи и держат в страхе священника. А уж как я служек терроризировала — заставляла их раскладывать книги с гимнами по скамьям прихожан строго по линеечке… Моррис знает, он пел в церковном хоре.

— Верно, — сказал Моррис. — И всегда требовали, чтобы мы выстраивались по росту.

Я попытался представить миссис Люси ярой поборницей правил, мелким тираном вроде Нельсона — и не смог.

— Иногда, чтобы найти свое настоящее призвание, требуется что-то страшное, вроде войны, — проговорила она, глядя в бокал.

— За войну! — радостно воскликнул Суэйлс.

— Не уверен, что стоит пить за такие ужасы, — с сомнением произнес Твикенхем.

— Не так уж война и ужасна, — возразила Ви. — Из-за нее мы и собрались вместе, правда же?

— Да, ты никогда бы не познакомилась со своими пилотами, а, Ви? — поддел ее Суэйлс.

— Даже в самой плохой ситуации всегда найдется хорошее, — обиженно заметила Виолетта.

— Некоторые идут и дальше, — заметил Суэйлс. — Некоторые пользуются войной для сомнительных целей, вот, например, полковник Годалминг. Я тут говорил с одним парнем из вспомогательной пожарной службы; оказывается, возвращался полковник совсем не за ружьем. — Он подался вперед. — Говорят, у него была интрижка с белобрысой танцовщицей из «Мельницы». Жена-то его считала, что он на куропаток в Суррее охотился, а теперь у нее появилось много неприятных вопросов.

— Не один полковник войной пользуется, — ответил Моррис. — В ночь, когда откапывали Киркадди, я нашел пожилую пару — их убило ударной волной. Я вытащил тела на дорогу, чтобы их отвезли в морг, а потом смотрю, кто-то наклонился над ними и что-то такое с ними делает. Я было подумал, он хочет уложить их поровней, пока не закоченели. А потом меня осенило: он их грабил. Мертвых.

— А кто сказал, что их убила ударная волна? — добавил Суэйлс. — Сейчас ведь повсюду трупы… и никто их подробно не рассматривает. Кто сказал, что их убили немцы?

— Ну вот, завели… — возмутился Питерсби. — Мы ведь празднуем, а не смерть обсуждаем. — Он поднял бокал. — За Квинси Морриса!

— И за ВВС, — добавила Ви.

— За хорошее в плохой ситуации, — сказала миссис Люси.

— Правильно, — произнес Джек и поднял бокал, но так и не отпил.

Через три дня Джек отыскал четверых.

Я не слышал никого из них до того, как мы начинали копать; а последнюю, тучную женщину в полосатой пижаме и розовой сетке для волос, не слышал вообще — хотя она потом утверждала, что «звала, молилась и снова звала».

Твикенхем все подробно описал в «Весточках». Он снял с первой полосы статью об ордене Квинси Морриса и печатал новую передовицу.

Миссис Люси в очередной раз попросила у него машинку, заполнить бланк формы А-114.

— Это что? — спросила она.

— Ну как же, «срочно в номер» — пояснил Твикенхем, передавая ей лист. — «Сеттл находит четверых».

— «Джек Сеттл, недавно присоединившийся к команде поста номер сорок восемь, прочла миссис Люси, — прошлой ночью отыскал под обломками четырех человек. «Я хотел принести пользу людям», — скромно ответил мистер Сеттл на вопрос о том, для чего он прибыл в Лондон из Йоркшира. И он оказался нужен в первую же ночь на посту, когда…» — Миссис Люси вернула статью Твикенхему. — Извините, но печатать такое нельзя. Нельсон и без того вовсю разнюхивает и задает вопросы. Он уже отобрал у меня подчиненного и чуть не погубил его. Больше я ему никого не отдам.

— Но это же цензурный произвол! — вознегодовал Твикенхем.

— Идет война, — отрезала миссис Люси. — Нам не хватает рабочих рук. Я освободила мистера Ренфрю от обязанностей — он уезжает к сестре в Бирмингем. Впрочем, даже если бы у нас в отряде случился переизбыток людей — я все равно не отдала бы Нельсону никого. Он чуть Олмвуда не убил.

Она вручила мне форму А-114, и я отнес ее в управление. На месте девушки, с которой я говорил в прошлый раз, сидела другая.

— Это заявка для наружных усовершенствований. Вам надо заполнить форму Д-268.

— Я уже приносил Д-268. Мне сказали, что брусья относятся к «наружным усовершенствованиям».

— Только если ими укрепляют снаружи. — Она дала мне форму Д-268. — Извините, — виновато произнесла она. — Я бы рада вам помочь, но начальство требует, чтобы все делали по правилам.

— Вы можете помочь в другом, — ответил я. — Мне надо передать сообщение одному из тех, кто у нас в неполную смену — только вот забыл, где он работает днем. Вы адресок не подскажете? Джек Сеттл. А то придется возвращаться в Челси и смотреть там.

— Минуточку. — Она убежала по коридору и вернулась с листом бумаги. — Сеттл? Пост сорок восемь, Челси?

— Да-да. Мне нужен его рабочий адрес.

— А у него нет.