Венедикт Ли - Гроза над Миром

 – Я – Нинка Волосатик, – она премило взмахнула приклеенными ресницами и протянула ладошку для приветствия. – А вы – миз Ждан. Пойдемте, пива выпьем!

 – Только пива сверху мне не хватало, – рассмеялась Полина. – Благодарю…

 – Просто посидим! – от Нины оказалось нелегко отвязаться и Полина сама не заметила, как оказалась с ней за столиком в уличном кафе.

 Себе она заказала апельсиновый сок, Нина лениво потягивала пиво, потом достала сигареты. Пожала плечами на отрицательный знак Полины, прикурила от изящной зажигалки, и скоро до Полины донесся сладковатый запах.

 – К травке не привыкают, это не орха, – Нина выпустила струйку дыма из своих легких в темное небо. – Но я заарканила вас не для того, чтобы соблазнить мягким наркотиком.

 – У вас деловое предложение? – Полина поиграла запотевшим стаканом.

 – Угу… Хочу обставить новую квартирку. Если вы хорошенько пригляделись ко мне, миз Полина, то видите, что деньги у меня есть.

 Полина дала ей свою визитку и откланялась, оставив Нину доканчивать пиво и травку – вот дурацкое сочетание. Она поняла, что тревожило ее в Нине. Полина хорошо разбиралась в людях – для нее это было, как смотренье ночью в окна. Есть открытые, есть занавешенные легкой кисеей, а бывают плотно зашторенные – сразу не разглядеть, что внутри, только прильнув глазом к случайной щелке. Нина выглядела для Полины, как два окна: ярко горящее, открытое всем и… второе, из комнаты, в которой выключен свет. С несколькими подобными персонами Полина сталкивалась раньше, и люди эти были душевно нездоровы.

 Приехала домой, сбросила в прихожей туфли и замерла в недоумении: что-то не так. И коротко застонала: вручая Нине визитку, она оставила сумочку на столике в кафе. Черт с деньгами, Полина много наличных с собой не носила. Но один документ утратить никак не хотела. Карточку агента ОСС. Такого с ней никогда не было! Словно заразилась от этой ненормальной. Или?!… Неужели возможно так пошло ее обмануть? «Я не поддаюсь гипнозу! Сама одурманю кого угодно!» – успехом в делах она во многом была обязана своему тайному таланту. Дура. Расслабилась. Так гибнут сверхчеловеки, поскальзываясь на арбузных корках…

 Полина отыскала в холодильнике водку, приняла по полной и, не раздеваясь, бросилась на постель. Ей снилось, как она поймала Нину и вытрясла из нее украденное. На утро ей в дверь настойчиво звонили, и Полина выскочила из постели, как была, страхолюдиной. Сон оказался в руку – насмешливо покачиваясь на высоких каблуках, Нина протянула ей сумочку.

 За завтраком аппетит у Волосатика был отличный, настроение тоже. Выйдя принести кофе, Полина поспешно проверила в возвращенной сумке потайное отделение и испустила неслышный вздох облегчения. Даже не открывала, похоже. Когда она вернулась, Нина уплетала печенье, слизывая крошки с пальцев.

 – Если честно, то я не столько честная, сколько жутко перепугалась… – деловито сообщила она Полине, – что за ксиву эту меня вверх ногами подвесят.

 Полина мысленно отнесла Нинку к типам, для нее трудным.

 – Ты меня очень выручила. У меня были бы неприятности, – медленно сказала она Нине. – «А у тебя, сучка, будут еще большие, если станешь болтать!» – добавила про себя яростно.

 Нина допила кофе, вытерла рот тыльной стороной ладони.

 – Поехали смотреть мою хату! Заказ делаю аховый.

 Вкус у нее оказался немного старомодный, но Полина поняла, что Волосатик хочет: а) создать впечатление солидности, основательности, б) разместить в капитальной мебели столько потайных видеокамер, сколько возможно.

 Заплатила она, не торгуясь, и отвалила Полине щедрые комиссионные.

 – Увидишь, как далеко шагну через год, – похвалилась на прощанье.

 Прошло два года. Полина выбралась на недельку в Гану, отдохнуть, развеяться, найти себе хахаля, чтоб порадоваться жизни по полной… В свои тридцать пять она выглядела фотомоделью и запросы, соответственно, у ней были высокие.

 Этого типа она приметила на пляже сразу. На голову выше прочих мужчин. Широченные плечи и божественная мускулатура. Русые волосы и знатная борода. «Не местный», – решила Полина. – «В обычаях ганцев гладко бриться. Этот кобель – по мне!». И она решила начать охоту. Да только он успел раньше!

 Когда она заплыла за буйки, он внезапно вынырнул рядом с ней и весело крикнул:

 – Море-то какое синее! Как на картинах Гарери!

 Вот гад! Он отлично знал науку охмурения: не задавай девушке вопросов – она ответит, и все… придется придумывать новый, ей надоест, и она тебя отошьет. Вопросы должны появляться у нее.

 – Кто такой Гарери? – подыграла ему Полина.

 Он выказал свою эрудицию.

 – А где вы видели его картину?..

 Поняли, да? Он рассказал где, признался, что как человек занятой, редко может в деловых поездках баловать себя искусством, но… Андрос Гелла – натура не только физически развитая, но и духовно утонченная и совладелица известной мебельной фирмы Полина Ждан пала к его ногам не позднее вечера того же дня. А ужинать Андрей повел ее не в пляжную забегаловку, а в лучший ночной клуб города. Они пили вино, смотрели варьете – если можно этим словом назвать то бесстыдное зрелище – Полину оно здорово разогрело. Потом врубилось на полчаса видео с последними известиями: на большом стенном экране рыдала кающаяся грешница – Нина Вандерхузе, попавшаяся на брачных аферах.

 – Она переигрывает, - заметила Полина, меланхолично пригубливая из бокала. – Я бы посадила ее в тюрьму за одну только актерскую бесталанность. Фу! Держись ты скромницей, несчастной сироткой, судьба де толкнула на скользкий путь… А она рвет страсти в клочья, доказывая, что она не одна такая, так почему ее сажают, а других нет?

 Но когда объявили приговор: двенадцать лет, Полина вздрогнула и с трудом скрыла жалость.

 – Как ей не повезло, – пробормотала, опустив голову.

 Андрей приобнял ее, успокаивая.

 – Глядишь, очередная амнистия подоспеет… Успокойся Полюшка.

 Чтобы развеять ее мрачное настроение, Андрей предложил романтично переночевать на берегу, в снятом для этих целей бунгало. Но, как иногда бывает в Гане, погода испортилась в самый неподходящий момент. Море гулко ревело, ветер бил в тонко звенящие стекла, пришлось закрыть ставни. Полина ежилась от внезапно наступившей прохлады, когда Андрей стал разворачивать спальник.

 – Ты всегда такой предусмотрительный? – она охватила плечи ладонями.

 – Да.

 – С тобой надежно. Но… бррр, я уже гусиной кожей пошла, гляди…

 – Сейчас нагреется, – пообещал он и, правда, тонкая и мягкая ткань спального мешка хорошо держала тепло двух тел: мужчины и женщины.