Адвоинженер - Из коридора в коридор или секрет маленькой Амалии

Маленькая амалия

Утро в день начала испытаний выдалось пасмурным. Все, кто с вечера проливал через себя, делал профилактику, выглядели под стать – туманно и седовато. Ну, таков удел работников умственного труда.

Выслушали очередного начальника о том, насколько важна и ответственна наша миротворческая миссия, как ждет родина положительных результатов и почему вся американская военщина трепещет.

Начали пробный разгон. Ничего особенного. До трех должны были выйти на первый порог. Постепенность и умеренность. Наши блоки вели себя прекрасно. Тянули все подряд. Еще бы, столько сил потрачено. Пообедали, покурили. Ну, с Богом, и я включил заветный тумблер…

Тишина. Собственно, никаких оваций или салютов не предполагалось. Порог – дело хитрое. Вроде, по приборам он уже достигнут, а в натуре… Натурой управляет кое-кто поважнее. Может у него еще обед или, допустим, сончас.

Ближе к половине третьего я попросил Вадю проверить контур, – мало ли, может обрыв. Вадя кивнул и вышел…

– Сява, где алхимик?

– Так ты– ж его послал с проверкой

– Сходи за ним, подальше от греха

– Ща, приведу

Наконец явились оба.

– Гыыыыыыыыыы, оно там – расплылся Вадя

– Кто?

– Ну, Амалия твоя, цветет и пахнет

– Что ты видел?

– Сходи и глянь, красиво, такие огоньки смешные

Я побежал. Открыл дверь, отодвинул сетку ограждения и увидел… Как по заказу внутри нашего секретного контура гуляло поле – переливалось, искрило, в углах висели те самые огни…

На меня спустилось умиротворение. Так просто, так наивно, зачем все эти треволнения. Захотелось покурить, а лучше притащить сюда двух дебилов, пустить по кругу… Ирина, милая, Ирина, так хорошо, что мы с тобой встретились… Меня прошибло на слезу. – А я, свинья такая, тебе не верил, ты прости меня

– Прихуел, совсем накрыло. Начальник, валим отсюда – Сява тряс меня за плечо– валим по-быстрому, эта твоя Амалия дама строптивая.

Меня выдернули из оцепенения.

– Хорош, давай отключай.

Я вырубил тумблер

– Что это было?

– А мы откуда знаем. Амалия сидела в рамке, а ты ревел поблизости. Все

– Не, так не пойдет, надо идти по плану

– Че делать, говори.

– В три дадут номинальную нагрузку. Нам надо сделать маленький контур, например, использовать калькулятор. Напаять контур прямо на крышку, запитать от батарейки и попытаться втащить туда Амалию. Большой пока не включать. Сява, теперь тебе – смотри, от порога и плюс 20 процентов, надо идти быстро, иначе солитон начнет мощность жрать.

– Понял.

– Вперед, Магеллан, вперед, Колумб!

Когда дали первый порог, наш калькулятор лежал «забытым» в первом блоке

– Кто сходит за дамой?

– Давай, пойдем вдвоем. Если что, второй вытащит.

Через две минуты оба вернулись сияющими. Вадя похлопал себя карману

– Живет моя отрада в высоком терему, а в терем тот высокай…

– Взяли?

– А то!

– Так, теперь надо сделать небольшой регулятор тока. Будем ее дрессировать

– Пара пустяков – сказал Сява.

Тем временем мощу вывели на первый порог всерьез. Накачка ухала, как та мортира.

– Вояки руки потирают. Завтра, поди, стрелять начнут

– Ветер в жопу!

– Давай, покормим девушку.

– Не, вечером, увидят еще.

Наконец, что– то где-то выбило, напруга упала, забегали техники, заматюгалось начальство. На сегодня решено было прекратить подачу, и нас, всем составом, отвезли в поселок.

– Сейчас, сейчас, моя хорошая – Вадя нарезал кусочки фольги– подожди немного, сейчас покормим тебя. Он стал посыпать калькулятор мелкой нарезанной фольгой. Калькулятор покорно съел все – фольга бесследно исчезла.

– Какая голодная

– Давай, на нее фонариком.

Мы направили на Амалию луч – фонарь погас через две секунды.

– Съела! – Вадя был в полном восторге

– Погоди, хватит пока, подумать надо

– Че тут думать, можа, ей радио местное скормим, все польза.

– Вадя, отключай!

– Не, лучше, уменьшим до предела напругу, пусть поспит.

– Ладно, ставь на минимум.

– Готово!

Прально говорят, что детей нужно холить, лелеять, баюкать… Маленькая Амалия только начинала делать свои первые шажки.

Нечаянная радость

Впервые за долгое время я сразу уснул. Не ворочался, не вставал курить. Лег и провалился, как в детстве. Сначала появился отец. Молодой, подвижный, кудрявый, черноволосый.

– Привет, сынок.

– Здравствуй, папа, как ты?

– Вполне, здесь прилично кормят, хорошая компания – Дядя Роба, Арон Михайлович, Раевский, Бушманов, Небылицын, Кофман. Я наконец выучил английский, защитился. Сейчас пишу кое-что

– Правда, очень рад. Ты счастлив?

– Наверно, но это не имеет значения. Как мама?

– Мама… – я заплакал.

– Ты не стесняйся, сынок, поплачь.

– Я даже не знаю, как ей сказать.

– О чем?

– Ну, ты же знаешь наше положение.

– Ах, это. Не волнуйся, перемелется. Все изменится, поверь…

– Папа, когда ты лежал в больнице, помнишь, я очень боялся приходить. Знаешь почему?

– Конечно, сынок, успокойся. Ты боялся на меня посмотреть, потому что знал, сколько дней мне осталось, и боялся, что я пойму это по твоим глазам. Я знаю, знаю. Ты – хороший сын, не терзай себя и не вини. Пора, тебя Ирина ждет

– Хорошо, папа. Не пропадай надолго, ладно. Я скучаю

– Иди, сынок, сейчас ее время

Я вышел за дверь, спустился по каменной лестнице и увидел ее, стоящую возле регистратуры

– Ириша!

– Здравствуй, родной. Был у отца, как он?

– Папа, с ним все хорошо. Он в компании друзей, пишет книгу, защитился

– Слава Богу

– Сказал, что сейчас твое время

Она улыбнулась – Как жаль, что мы не успели познакомиться

– Ириша, как там, на большой земле?

– Скучно, милый, все замерло, остановилось

– А ты?

– Жду тебя, жду каждый день, каждую секунду, молюсь, надеюсь.

– Но ведь мы тут, как бы навсегда.

– Нет, мой хороший, конечно нет, верь мне.

– Я читал секретный документ, из черной папки.

– Врет секретный документ, папка врет и генерал секретный, тоже врет. Все будет хорошо

– Вот, и Сява так говорит.

– Сява душой чистый, поэтому многое видит сердцем. Милый, не терзай себя и не мучь.

– Я очень хочу вернуться!

– Так и будет. Просто доверься себе и поступай, как велит сердце.

– Не уходи, останься, я прошу.

– Мне пора, родной…

Я открыл глаза и почувствовал себя абсолютно свежим, радостным и бодрым. Самое удивительное, что два ангела тоже проснулись. Мало того – весело трепались, хохотали, звенели ложками, а по комнате вовсю сновали солнечные зайчики. Ого, это что-то новенькое.