Людмила Козинец - Разорванная цепь (Сборник)

Беспилотный модуль- «челнок»- доставит их на ночную сторону Пятой. На рассвете десантники войдут в городок,выбранный по случаю ярмарки: в толпе легче затеряться.

Экипаж приступил к обычным занятиям. Первая смена контроля приняла вахту у экранов слежения.Стационарный спутник «вел» десантников,транслируя на «Ямуну» их продвижение.В контрольный отсек заглядывали все,у кого отучалась минутка досуга, и лишь командир не приходил никогда.Он слишком нервничал всякий раз, когда десантники уходили в поиск.Видя и слыша все,Галкин был лишен возможности помочь, поэтому болезненно переживал, когда десантник ошибался в языкеаборигенов, неосторожно привлекал к себе излишнее внимание, не сразу находил выход из затруднительного положения. На памяти Галкина не числилось ни одного трагического случая, но неудачи бывали.

С восходом солнца десантники вошли в городок.Сидней- степенный крестьянин — торговал у разбитных ремесленников их поделки, заполняя висевшую на плече тканую сумку.Лин накрепко застрял возле бродячего певца-сказителя.А Катеньку буквально заворожил чародей,знающий толк в травах. Она провела возле него больше часа,дотошно выспрашивая торговца самодельными лекарствами,перебирая пряные травы. Она купила всего понемножку, слегка даже перепугав чародея.

Десант вернулся на «Ямуну»,сдал трофеи и ушел отдыхать.Но Кате не спалось. Она собрала по интеркому биологов и химиков,попросила сделать срочно анализы принесенных ею трав. Через два часа получила мнемокристаллы с записями исследований.И долг сидела над всей этой премудростью,игнорируя возмущение медикологов. И только угроза не пустить ее в следующий поиск оказалась действенной.

Группа работала на Пятой неделю.Наконец историки выдали два прогноза развития цивилизации Пятой две футурологические модели.Контакт не рекомендовали категорически.Галкин не очень вникал в мотивировку запрещения. Нельзя так нельзя. И он приказал консервировать добытые экспонаты.

Десант в последний раз. Лин, Сидней, Катя бродили по ярмарке, прощаясь с чужой, но уже близкой жизнью. Катя грызла варенные в меду орехи, смеясь нехитрым шуткам балаганного зазывалы, переходила от лавки к лавке, покупая сувениры подругам — бронзовые сережки, оловянные браслеты,плетенные из кожи пояски.

И вдруг спокойный праздник ярмарки расколол отчаянный вопль. Толпа на мгновение замерла,потом,плеснувшись,свилась водоворотом над крошечной детской фигуркой, которая страшно корчилась в пыли. У мальчика было что-то вроде приступа эпилепсии.Его мать,упав на колени,кричала- тонко, жутко, на одной ноте, вцепившись ногтями в лицо.

Катенька не раздумывала.Она бросилась к мальчику, лихорадочно нащупывая в ожерелье замаскированный под крупный камень инъектор. Но она не успела приложить его к изломанному припадком тельцу.

Железная рука Сиднея вынула Катеньку из толпы,встряхнула как следует, затем ткнула ко рту долбленый ковш с ячменным квасом.Катенька захлебнулась, проглотила квас и слезы.Они быстро ушли,но девушка еще успела увидеть мать, которая прижимала к груди покрытое черным платком тельце ребенка. Из-под платка безжизненно свисала тонкая ручка.Лунки ногтей посинели.

По возвращении на «Ямуну» Лин и Сидней,уже соскучившиеся по друзьям, быстро ушли «переодеваться». Катенька медлила. Она попросила на связь командира.

Командир почему-то всполошился и пошел к отсеку десантников, желая, пусть и через прозрачную стену, видеть во время разговора лицо девушки.

Катя ждала его,сидя близко у стены.В том отсеке была воссоздана атмосфера Пятой, теснились живые растения,какие-то лианы,колючие пальмы. На фоне этой чужой глазу землянина зеленой массы Галкин увидел Катеньку, и у него защемило сердце: так естественно вписывалась девушка в краски и тени иного мира.

Галкин сел в кресло. Секунду он разглядывал девушку. Почему-то вдруг подумалось, что Катенька — самый младший из его десантников.

Наконец осторожно задал вопрос:

— Звала меня? Что случилось?

Девушка не торопилась с ответом. Она накрутила на палец прядь густо- волос,и Галкин вдруг вспомнил, что Катенька была блондинкой. Беленькая, с нежно-розовой кожей, с глазами цвета морской волны.

Она приблизила крупные темные губы к микрофону,словно хотела, чтобы командир лучше расслышал ее:

— Командир, я остаюсь.

Галкин не удивился. Чего-то в этом роде он подсознательно ждал. Ему даже стало скучно:теперь придется уговаривать эту шальную девчонку, будет упираться- позвать психологов… Лишняя трата времени. Ну куда она денется? Он рассмотривал Катеньку спокойно.Клинически.

Потом вздохнул и приступил к уговорам:

— Повтори, девочка, я плохо понял…

— Я остаюсь на Пятой.

— Зачем?

— Жить. Работать.

— Работать?Комплексной программы рабары на Пятой еще нет,и, откровенно говоря,нечего тебе тут пока делать…

— Командир, дайте мне синтезатор. Или большой запас медпрепаратов…

— Для чего?

— Вы видели? Видели, что целые деревни вымирают от эпидемий? Помочь ведь очень просто,а мы… Словно читаем учебник истории.Каждый день- десятки жизней. У меня на глазах умер ребенок.Он… буквально на глазах! А спасти его было так легко!

Галкин поморщился.Ну и взгреет же он вахту контроля!Почему сразу не доложили!

— Катенька, этого нельзя делать.

— Да, я знаю…это я от отчаяния попросила. «Чужое знание». Табу какое-то! Хорошо.Синтезатор нельзя,препараты тоже. Кое-что можно сделать и местными средствами. Фитотерапия здесь уже существует. Я не зря так много возилась с целебными травами и минералами.Есть у них и некоторая практика, Опыт. Вот здесь у меня все записано. Можно быстро наладить производство нужных лекарств.

И Катенька показала крепко зажатую в кулачке кассету. Ай да девочка… Препараты из местного сырья… Но технология, технология!

— Катя,но ведь это тоже чужое знание.Не заставляй меня повторять прописные истины,давно тебе известные. Нельзя принести чужое знание, цивилизация должна добыть свое, иначе она погибнет.

— Знаю.Не верю. Если рассматривать вмешательство как импульс, дающий волну, то амплитуда этой волны постепенно затухает,и синусоида переходит в прямую линию в обозримом будущем. А цена этому- жизни. Я не могу уйти и оставить их умирать.

— Но именно в этом и состоит твоя работа: прийти,посмотреть и тихо удалиться.

Да.Да. Вы правы…но я не могу…

Галкин помолчал. Пожалуй, пришло время ее попугать.

— Не имею права разрешить. То есть… такие случаи бывали. «Отшельники»… Иногда с одиночек-робинзонов начиналась колонизация планет. Допустим, что Совет признает за тобой право на такой поступок.Тогда… тебе придется пройти полную перестройку. Ты останешься на Пятой не землянкой, а одной из них. Будешь просто накапливать информацию, причем бессознательно. Ты ничем не поможешь, забудешь земное знание.