Джоан Холли - Тёмная планета

Он сжал гладкое плечо девушки и скользнул рукой вниз по медной коже.

Дженотек сел напротив Натана на оранжевый диван, и усадил Тэсс рядом. Он заметил взгляд, который Натан бросил на нее, и улыбнулся:

- Ага, вы оценили Тэсс по достоинству. Верно?

- Ну, трудно было бы этого не сделать. В конце концов, мужчина всегда остается мужчиной.

- Да, - ответил Советник. - Но держите подальше глаза и руки, понятно? Я пока еще намерен придержать ее для себя.

Натан остро глянул на него. Он был удивлен. Что он сказал или сделал такого, что вызвало у Советника такую реакцию? Но выражение темных глаз изменилось. Краткая вспышка погасла, и теперь они выражали уважение.

- Вы неплохо выглядите, - сказал Дженотек. - Грубый тип, но с хорошими задатками. Я никогда не видел человека с Земли. Ваша раса еще не очищена, не так ли?

- Не знаю, что именно вы под этим подразумеваете, - признался Натан. - Но коблане утверждают, что работают над ее очищением.

- Просто вы еще не смешались между собой. У вас не выработался единый прототип - человек, взглянув на которого, любой может сказать: "Это землянин". Надо полагать, вы до сих пор делитесь на множество типов разного роста, и даже с разным цветом кожи.

- Это так, - ответил Натан. - Но, как ни странно, мы считаем это более естественным, и более чистым, чем то, что вы предлагаете.

- Что только доказывает, как молода ваша раса. Вы поймете, мистер Кори? - что расы похожи на правительства. Чем они моложе, тем яростнее стремятся отстоять свою чистоту или национальное превосходство. Взрослея, они сливаются друг с другом... Хотите выпить?

- Нет, - ответил Натан. - Я пришел сюда с определенной целью. А время нашей встречи, как я понимаю, ограниченно. Я не хочу тратить его понапрасну.

- Не верю никому, кто так рвется работать. - Улыбка Дженотека показалась Натану фальшивой. - Как правило, это скучные и бесплодные люди, не умеющие наслаждаться жизнью. Вы явно к ним не принадлежите.

- Не знаю, к какому классу вы бы меня отнесли. Но у меня есть цель, и я хочу ее добиться.

- Хорошо, - вздохнул Дженотек. - Прошение при вас?

Натан потянулся за чемоданом. Дженотек продолжал:

- Вы знаете, мне польстило, что вы избрали меня своим представителем. Странно, но почему-то до сих пор никто не обращался ко мне с таким вопросом.

"Странно!" - со смехом подумал про себя Натан. Теперь он понимал, почему Пол Хаузмен усомнился в правильности его выбора.

- Собственно говоря, вы правы, - заметил Дженотек, принимая от Натана прошение. - Наше время ограниченно. Через полчаса у меня назначена другая встреча.

Он перевел взгляд на Тэсс.

- Ты лучше оденься, Тэсси, если мы собираемся заполучить этот пейзаж.

- Пейзаж? - переспросил Натан, подозревая, каким будет ответ.

- Картина только что прибыла с Венны-2, и я хочу, чтобы она досталась мне. Аукцион будет серьезным. Но пейзаж того стоит.

Натан проглотил едкое замечание, которое рвалось наружу. Ну вот, теперь ему придется выиграть борьбу с пейзажем с Венны-2.

Тэсс не пошевелилась. Она читала прошение через плечо Дженотека.

- Поторопись, Тэсс, - нетерпеливо сказал Советник. - Мы перейдем к официальной части. Это не для твоих ушей.

Когда она покидала комнату, Натан испытал мимолетное впечатление, что в ее теле вообще нет костей. Дженотек пробормотал, пробегая глазами прошение:

- Признаться, я этого не понимаю, мистер Кори. Все прошения одинаковы. Стремления людей к свободе всегда неубедительны и плохо обоснованы. Можете ли вы привести мне хотя бы один логический довод, почему вы не можете подождать и заработать принятие в Федерацию своим трудом?

- Стремление к свободе нельзя уложить в официальные фразы, - сказал Натан. - Это одна из составляющих жизни. Слишком важная составляющая. Однако непосредственные причины очевидны. Слишком многие на Земле поддаются кобланам, теряют свои идеалы и храбрость. Скоро они могут утратить даже стремление к свободе.

- Не думаете ли вы, что именно это и имела в виду Федерация, устанавливая закон о двухсотлетнем сроке?

- Несомненно, - признал Натан. Он почувствовал благодарность к Хаузмену, который просветил его по всем этим вопросам. - Так и случилось на большей части захваченных планет. Они стали вечными ведомыми, утратили самостоятельность. Но Земля не такая. Коблане просто не знают нас, иначе они оставили бы нас в покое. У нас сильный дух и могучие движущие силы. Мы не потерпим, чтобы нами правили. Конечно, некоторые поддадутся. Но всегда будут непокорные. И, судя по нашей истории, такие меньшинства способны причинить много неприятностей.

- Как бы то ни было, прошение не обосновано. И, честно говоря, абсолютно бесполезно.

Дженотек бросил взгляд на часы и принялся собирать бумаги.

- Но вы его даже не дочитали!

- Зачем? Я слышал ваше прошение каждый год из тех четырех, что я нахожусь в совете. Я знаю, что там говорится. Я представлю прошение совету. И это все, что я могу для вас сделать.

- Нет, погодите минутку. - Натан встал с места. - Это для нас может сделать любой из старых членов совета. Я полагал, что молодому Советнику, да еще с вашей репутацией, придется по душе хорошая драка.

Дженотек снисходительно улыбнулся.

- Здесь нет повода для драки. И я не буду его выискивать. Это слишком опасно. Я прорвался в совет зубами и когтями, и не стану рисковать своим положением из-за ерунды.

Теперь пришло время сыграть на эмоциях.

- Так я и знал, - с отвращением произнес Натан. - Пейзаж с Венны для вас важнее, чем целая планета с ее населением. Конечно, если Федерация разрешает бактериологическую войну, ей наплевать на судьбы невинных людей.

Натан ждал резкого отпора. Но Дженотек вдруг заинтересовался.

- Какая такая бактериологическая война? О чем вы говорите?

- Это все есть в прошении, - сказал Натан. - И было там каждый год. Если бы вы прислушивались, вы бы услышали.

Дженотек снова развернул прошение и быстро прочитал последние строки - жалоба в адрес кобов по поводу применения бактериологического оружия.

- Ваш сарказм необоснован, - сказал Дженотек. - Эта часть вашего прошения никогда не зачитывалась перед советом.

Натан непонимающе уставился на него.

- Легко понять, почему, - пояснил Советник. - Бактериологическая война запрещена законами Федерации. Такое завоевание не может считаться честным. Интересно! Это дает вашему прошению кое-что, выделяющее его из остальных.

- Не могу поверить! Нам никогда не говорили, что бактериологическая война запрещена вашими законами. Никогда! Вы уверены?

- Оставьте ваши сомнения, когда речь идет о подобных вещах, - резко заметил Дженотек. - Я никогда не говорю того, чего не знаю.