Алексей Васильев - Сингулярность (сборник)

Ознакомительный фрагмент

Спиноза кивнул. Слишком потрясенный, он даже забыл о проблеме чистоты дыхания.

– Самоконтроль нашего общества очень высок, – продолжала девушка. – У нас хватает хлопот, и нам есть к чему стремиться. Мгновенное и абсолютно несложное овеществление наших мыслей решило проблему «общества потребления». Кажется, этого боялись в ваше время? Вы же прогнозист! Но сейчас каждый не только потребитель, но и творец! Смерть не имеет над нами власти, но человек смертен. Он может закончить свой путь когда пожелает – ведь ему достаточно лишь подумать о том.

Петр вздрогнул.

– Вы не сможете суметь овеществлять свои мысли в своем времени, но здесь мы создали для вас генератор. Может, попробуете? Подарите мне букет!

Петр замешкался. Как это – подарить… Сознание пребольно кольнул немедленно впившийся шип-безупречинка. Какие букеты дарят девушкам? Матвеев как-то потешался, когда он купил Наталье десять гвоздик. Причем потешался и над количеством, и над цветами. Розы? Орхидеи? Анютины глазки? Кстати, как они выглядят? И как это – подумать и…

Петр почему-то представил жалкий пучок ландышей, и… тут что-то разжало кулак. Да это же…!

Спиноза вздрогнул и выронил от неожиданности чахлый букетик. В метре из-под земли ударил фонтан из больших разноцветных пузырей, запахло чем-то невероятно свежим, послышалась мягкая музыка, и рядом появился человек. Он поклонился Юлии, кивнул Петру.

– Здравствуйте! – сказал он. – Как вам?

– Неплохо… – потупился Петр. Смятые ландыши предательски белели на серой земле. Ну у него и воображение! Засмеют! Кстати, почему земля? Интересно, что это? Асфальт или какой-нибудь пластобетон? Или чьи-то мысли? Почему тогда серый, а не, скажем…

Вдруг «пластобетон» покраснел. Затем стал фиолетовым, и Петр с восторгом почувствовал, что тот подчиняется именно ему. Но восторг сменился ужасом – Спиноза подумал, что непременно что-нибудь испортит или сломает. Ему показалось, из-под его ног тут же стремительно поползли юркие трещины. А вдруг… Петр сконцентрировал внимание на букете – пусть исчезнет. Нечего мусорить… Ландыши тут же пропали.

– Не буду мешать. Вижу, вы еще не пришли в себя, – сказал человек и пропал.

– Не переживайте! – улыбнулась Юля. – Тяжело привыкнуть. Ничего страшного!

Петр с силой потер взмокший лоб и сосредоточился. Он изо всех сил попытался представить нечто фантастическое, и вот…

…он протягивает Юлии букет из неведомых цветов! Они меняют цвет и запах, а сочные бутоны стремительно раскрываются, опадают, но появляются новые, лепестки летят, как салют, вперемежку с теплыми разноцветными искрами!

Девушка улыбнулась.

Какая она красивая! – заметил вдруг Петр. – А я никогда не нравился таким. Хотя теперь…

Юля, словно прочитав его мысли, улыбнулась.

А улыбается как хитренько! – почему-то с тоской подумал младший научный сотрудник.

И случилось страшное. Петр Спиноза подумал на миг, что…

Тут же судорожно сжал гадкую мысль, но она уже упруго билась, пытаясь вырваться на свободу! Словно живая, словно упругий скользкий угорь! А глубоко внутри пробудилось вдруг что-то темное, мохнатое и злое и с интересом на него посмотрело…

А потом пошевелилось.

И началось.

Я же не умею контролировать себя и свои мысли, с ужасом подумал младший научный сотрудник.

Чуя его страх, мохнатое существо в нем зашевелилось, мало того – начало расти.

– Я не умею управлять мыслями! – вскрикнул Спиноза. Он из последних сил боролся со скользким угрем, но тот оказался хитрее – и слился с распухающим мохнатым существом. Это был уже огромный и почему-то склизкий ком, и сдерживать его было невозможно. Петр судорожно зажимал его руками. Живой ком продолжал увеличиваться и с легкостью раздвинул руки, но они тоже росли и скоро превратились в огромные ковши…

– Остановите! – закричал Спиноза. – Остановите!

Вместо слов из его крокодильей пасти вываливались огромные мохнатые шары, а он заталкивал их обратно. А они все вываливались и вываливались, распухая на глазах. Поползла слюна, грязь, зеленая слизь. В небо ударили огненные фонтаны. Он попытался сконцентрироваться на них, но тщетно. В воздухе появилось множество мелких жужжащих созданий, и они напали на него. Отмахиваясь от них, Петр упал на колени, а над ним клубилась гудящая туча, и миллионы жал впивались в тело. Обессиленный, больше всего желая укрыться от укусов, Петр превратился в то, с чем недавно боролся, и стал огромным мохнатым желе, наползающим растущими складками на само себя.

– Я не могу, – захрипел Петр. – Я не хочу думать об этом! Остановите! Выключите! Я прошу!

А злобные крохотные создания продолжали впиваться в его непомерно раздавшееся тело, и, трепеща, оно вбирало их в себя, пока не вобрало до единого.

И вдруг исчезли неопрятные комья этой страшной дрожащей плоти. Петр свернулся пружиной и взмыл в небо. Он хотел оказаться подальше от Юлии, но вместо этого превратился в злобного клыкастого монстра, желающего овладеть ею, и в этом неистовом, свирепом обличии низринулся вниз.

– Остановите! – кричал он.

Загудел воздух, засияло небо.

Возникли полчища ужасных тварей и слаженно завыли. Земля раскололась, а из разломов били в сверкающее небо огненные копья. Спиноза в виде злобного чудовища в развевающемся алом плаще рычал, бесновался, из глаз вылетали молнии, и отовсюду били гейзеры огненной лавы. В обличии громадного шестирукого Повелителя он обхватил Юлию бесчисленными щупальцами, приник, впился в плоть бесчисленными зубастыми ртами!

– Прекратите! – громко молил он, а чудовище вторило ему рычанием. – Прекратите! Я не могу так! Не могу! Я хочу умереть! Только так это можно остановить!

И вдруг замолчал. Опала бесформенная лиловая туча, а на земле остался скомканный человечек. Обеими руками он держался за голову и лихорадочно шептал:

– Нет, нет, нет… Я умер, умер, умер!

Он замолчал.

– Встаньте! – послышался мягкий голос. – Мы выключили генератор.

Петр поднял глаза. От частого дыхания и слез он не сразу разглядел Юлию.

– Вы живы? – изумился Спиноза.

– Конечно. Это были лишь ваши мысли. Только ваши. Правда, зримые всем…

– О-о-о… – простонал Спиноза и упал навзничь. – Боже. Я не могу быть безупречным! Тем более в мыслях… которые вдруг стали овеществляться. Я не хотел… все… конец…

Тело младшего сотрудника сотрясала крупная дрожь.

С мягким хлопком рядом с Юлией появился мужчина, что пригласил его в будущее.

– Прошу прощения! – обратился он к Спинозе. – А вы молодец, долго сопротивлялись!

– Господи… – едва вымолвил Петр. Его бил озноб. – Господи… да как вы живете здесь с осознанием того, что стоит лишь подумать и…