Джеймс Гарднер - Неусыпное око

Вступление в «Неусыпное око» полностью меняло схему вашего мозга.

Много лет назад я недоумевала, как Зиллиф удавалось подсоединиться к инфосфере, если она парализована? Как она нажимала кнопки на своем имплантате, обеспечивающем доступ? Ответ: не было никаких кнопок. Связь осуществлялась только через кристалл.

А теперь и у меня был такой!

За две недели положенного при мушор уединения кристалл пустит лженервные окончания, невидимо тонкие плети, которые пронижут мой мозжечок, как вьющийся плющ. Ползучие побеги были электротропичны, они проникали в те области моего серого вещества, где нейроны наиболее щедро излучали энергию. LGN и зрительная кора. Речевая зона Брока и Вернике. Участки, контролирующие мои сердце, легкие и пищеварительную систему. Как только эти основные корни укрепятся, связующий кристалл далее не спеша захватит остальные зоны с меньшей нагрузкой.

Мою память.

Мою мышечную координацию.

Мои мечты.

За две недели — абсолютно новая я. В ту секунду, когда хирурги закрыли мой череп, безжалостные часы снова пошли. Тик-так, тик-так, адаптируйся или умри.

Меня положили в комнате с прохладными голубыми стенами. Электронная нянька сама подсоединилась к моим запястьям и щиколоткам — случись со мной что-нибудь плохое, простые человеческие рефлексы меня не спасут, не успеют.

В трех случаях из ста электронные рефлексы тоже не успевали.

Есть одна жестокая причина, по которой люди на Дэмоте или других планетах обзаводятся прямыми связями с инфосферой. Этой технологии не одна сотня лет, она проста, недорога… но ваша дисциплина должна быть тверже гранита, а не то лобные доли вашего мозга просто взорвутся.

К примеру, каждый год несколько амбициозных высокопоставленных дельцов подкупают более чем недобросовестных хирургов, чтобы те имплантировали им связующий кристалл в мозг. Эти безмозглые придурки мечтают вырваться вперед в гонке; у них даже слюнки текут при мысли о мгновенном доступе к данным без риска быть подслушанным, когда отдаешь команды имплантату в запястье.

— А дисциплина? — говорят они. — Уж мы-то дисциплинированы. Я проложил себе путь зубами и когтями в генеральные директора «Хищников инкорпорейтед» именно благодаря дисциплине.

Они считали связующий кристалл всего лишь более быстрым, не требующим подсоединения методом прямой загрузки информации в мозг.

Два дня спустя — сама блаженная уверенность — они пытаются осуществить свою первую, не пропущенную через фильтр загрузку. Рыночную котировку какой-нибудь важной для них акции. Потом целиком финансовый сектор. Потом рынок всей планеты, и рынки других планет, и каждый корпоративный проспект эмиссии, зарегистрированный на Межпланетной Бирже, и поквартальную экономическую статистку по каждой планете Технократии, не говоря уже об основных торговых партнерах и высших дипломатических представителях Лиги…

Точно так же можно попытаться чуть-чуть отпить из пожарного рукава. Только в этом случае пожарный рукав извергает едкую, словно кислота, информацию прямо в ваши извилины.

Это состояние зовется «информационной опухолью». Подобной опасности подвергалась и я, лежа там, в комнате с прохладными голубыми стенами.

Если мне повезет, электронная нянька закроет предохранительный клапан до того, как будет слишком поздно. Заблокирует входящий лавинообразный поток информации радиопомехами — мигом изолирует меня от радиоволн инфосферы, пока хирурги не удалят достаточно отростков связующего кристалла, чтобы он прекратил работу. Если нянька опоздает на миллисекунду с определением расцвета опухоли, я буду сидеть там, в статическом шоке, в то время как волокна кристалла в моем мозгу раскалятся, как спирали в тостере, от активной загрузки ударных доз данных.

Что, по-вашему, произойдет, если сеть тончайшей проволоки раскалится в вашем мозгу до нескольких сотен градусов? Прижигание. Закипание крови.

В школе «Неусыпного ока» меня заставляли смотреть на документальные микросхемы пациентов, пораженных информационной опухолью. Не спрашивайте, что мне показалось худшим: то, что я увидела, пока объектив камеры не стал сплошным красным пятном, или звуки, что последовали за этим. Но ни увиденное, ни услышанное не были теми приятными воспоминаниями, которые стоило воскрешать, лежа в комнате с прохладными голубыми стенами.

У меня было совсем мало времени, чтобы почувствовать, насколько я продвинулась вперед, — связующий кристалл безостановочно распространял свои отростки, ежесекундно захватывая все новые группы нейронов. Шестьдесят секунд, каждую минуту мне выпадала честь услышать приглушенный звон в левом ухе, потом почувствовать спазм мышц в пояснице, затем вдруг до боли повышалась восприимчивость к цвету в моем правом глазу. (В левом глазу — голубая прохлада, в правом — электрически синяя резь.)

Лежа в пустой комнате, я была пригвождена к постели автоматической нянькой, маячившей надо мной, словно паук… меня тревожили видения, сконцентрированные в моем мозгу… граница между галлюцинациями при пробуждении и сном была стерта… во сне я видела кошмары о том, как меня насилует металлический монстр, сковавший мое тело, пронзивший мой мозг…

Я хочу рассказать вам, как это изменило меня. Я хочу. Но некоторые чувства и действия — когда занимаешься любовью или раздаешь удары в драке — невозможно описать словами. Нет способа рассказать все, все целиком и сразу. Нужно притвориться, что есть связующая линия, последовательность… когда дело в том, что все происходит одновременно, все клетки мозга выстреливают разом. Ощущения в твоем теле, в глазах, ушах, щекочущие твою кожу, дерущие тебе горло, терзающие резями желудок, сжимающие виски, пылающие огнем в груди. И все это лишь случайные физические последствия от захвата твоего мозга сетью связующего кристалла, мимолетные побочные эффекты отростков, по-змеиному вползающих в твой мозг. Есть еще моменты, когда аж дух захватывает, потому что одна из плетей кристалла проникла в центр удовольствия. Или болевой центр. Или, в результате чудовищного совпадения времени, плеть пронзала сразу оба центра.

Эмоции переполняют вас. Вас вдруг раздавливает раздирающая душу скорбь, ваше разбитое сердце рыдает в изнеможении десять горестных секунд, пока внезапно не переключается на веселье, которое приводит вас в ярость, повергает вас в депрессию, навевает уныние, которое заставляет вас чувствовать себя мудрым, как ангел, и тут же злобным, как дьявол.

Все, за что вы можете уцепиться, — это дисциплина, воспитанная «Оком»: дыши глубже, один вдох за другим, прими то, что тебя разрывает, не пытайся с этим бороться. Наблюдай за этим, не стремясь разобраться. Оставь в покое свою голову, потому что она до безобразия занята. Пусть все придет, пусть все пройдет, пусть все изменится.