П Аматуни - Требуется король (Часть 1)

4

Ночь я провел неуютно, дважды просыпался и думал о том, какая страшная опасность угрожала нашему Союзу писателей, и о том, сколько в жизни интересного, неожиданного и волшебного. Как в шахматной игре: каждая фигура ходит по правилам, клетчатое поле ограниче-но, а все же нет двух одинаковых партий! Не зря Аинька так любит шахматы. Но где же он сейчас? Сдержал ли он свое слово - оставить Василько? Третий раз я проснулся, когда уже раннее солнышко стало слегка пригревать, и пошел в кабинет... Смотрю, а мой Аинька на своем месте - на стеллаже между книгами. - С добрым утром, малыш. - Здравствуй. - Где ты был ночью? - Ночью? Какой? - Вот этой, минувшей... - Что уже прошла? - Ну да. - Интересная была ночь... - Интересная? - насторожился я. - А ну, выклады-вай, малыш. - Как же можно выкладывать то, что уже прошло? - Не юли, Аинька! Мы с тобой успели подружиться, я хочу, чтобы ты был со мной откровенным. - Во всем, во всем? - Разумеется. - Всегда-всегда? - Конечно. - И ты тоже будешь откровенным? - Обещаю тебе, Аинька! - Я был... я был во Внутреннем Мире Василько! - Ты уверен? - Да. И в твоем тоже. - Зачем? - Я хотел узнать: почему, как и насколько Внутренний Мир человека богаче, чем у машины? Какие у него транзисторы? Какие печатные схемы? Каковы главные отличия от техники?.. Но то, что я увидел, оказалось совсем другим. - Прошу тебя, Аинька, расскажи! Ну, хочешь, я подарю тебе что-нибудь за это? - Подаришь? - Да. - Но мне и самому хочется поделиться с тобой увиденным, - признался Аинька. - Подарок сделаешь в другой раз... Ладно? Я ведь сейчас его не заслуживаю, потому что мне самому не терпится рассказать! - Хорошо, Аинька. - Только не стой, пожалуйста. Садись за свой стол и, если хочешь, делай пометки. Будь серьезным и внимательным. - Договорились. - Я лежал-лежал, думал-думал и решил: побываю во Внутреннем Мире Василько, а потом оставлю его в покое и улечу куда глаза глядят. Василько уже уснул у себя дома... Я сделался маленьким-маленьким и осторожно влетел в его левое ухо... Сперва было темно, как в глубине океана, а потом - все светлее, светлее и... А все же, друзья мои, если не возражаете, я подробнее опишу рассказ Аиньки. В следующей главе...

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ. "Алые паруса".

1

Предполагая увидеть во Внутреннем Мире Василько примерно то же, что и в Рыбе-шаре, Аинька не переставал удивляться, пока летел над тропинкой в густых зарослях бамбука. Вскоре он выбрался на узкую, длинную поляну у прозрачной, быстрой речки. И все это - в голове человека!.. Пока Аинька размышлял, пытаясь объяснить такое странное явление, на том берегу заколебался кустарник, зеленая листва украсилась пестрыми птичьими перьями, а секунду спустя оттуда с жужжанием вырвалась стрела, нацеленная прямо в Аиньку. Волшебный Колобок мог увернуться, но был сделан из прочного металла и не боялся. Однако стрела... пронзила его насквозь без удара! Он не услышал даже слабого толчка!.. Это было необъяснимо. Аинька нагрелся от внутреннего напряжения, призвал на помощь все свои транзисторы и сложные печатные микросхемы, но понять ничего не смог. Разворачиваясь вокруг своей вертикальной оси влево, он вдруг увидел... Василько! В голове Василько находился он сам! - Я, наверно, заболел, - пробормотал Аинька, - и у меня началась галлюцинация...

- Ты здоров, Аинька, - сказал Василько. - Я не сам Василько, а его Здравый Смысл, как бы его "Я". Меня зовут Эго. Мне поручено управлять здесь всеми мыслями, мечтами и фантазиями... Позади Аиньки раздались конский топот, гиканье, залихватский свист, и сквозь него промчалась кавалькада ковбоев. Они сбили с ног Эго, а тот, что скакал в центре группы, раскручивал над головой лассо. Аинька всмотрелся в ковбоя: это тоже был Василько! Вот метнулась в воздухе веревочная петля и легла на плечи Эго. Стрельбой из пистолетов ковбои приветствовали удачу; еще мгновение - и Эго уже волочился по густой траве. Все же ему удалось изловчиться и охотничьим ножом перерезать у себя за спиной веревку. Кое-как освободился Эго от пут, кряхтя и охая, поднялся на ноги и принялся приводить себя в порядок. Вид у него был жалкий, он виновато улыбнулся Аиньке, но бодрым тоном произнес: - Вот так и живем... Ах!.. Дело в том, что из-за раскидистого баобаба с толстенным стволом показался мальчишка (точь-в-точь Василько!) и камнем из рогатки угодил прямо в лоб Эго. Багровая шишка немедленно украсила место попадания, и Эго со стоном присел на пенек. - Как ты смеешь?! - вскричал Аинька. - Это же твой Здравый Смысл. Мальчишка показал им обоим нос из десяти растопыренных пальцев и визгливо крикнул: - Прочь с Тропы войны, бледнолицые собаки! Я вождь краснокожих Черная Пантера, мне незнакомо чувство жалости и снисхождения... - Тут он прав, - шепнул Аиньке Эго. - Надо смываться, пока целы... - и торопливо ответил мальчишке: - Да-да, благородная Черная Пантера, мы приветствуем тебя и подчиняемся. И, подмигнув Аиньке, Эго заковылял вниз по течению реки. Аинька в задумчивости летел рядом, на уровне его лица. Шишка на лбу Эго принимала... священную форму шара! - Шарик на твоем лбу становится приятным украшением, - сказал Аинька. - Ты находишь? - приободрился Эго. - Спасибо на добром слове, но если б не моя ловкость, я бы давно превратился в шкаф с коллекцией подобных "украшений"... - А почему ты вообще это терпишь? - спросил Аинька. - Как тебе объяснить... - ответил Эго. - Во-первых, я Здравый Смысл и, следовательно, терпелив. Во-вторых, этот чертенок (я имею в виду своего хозяина, то есть настоящего Василько) такой озорник, каких еще свет не видал! Если я покину его - пропадет... Ну, а в-третьих, - поверь мне, Аинька! - то, что ты увидел сейчас, - это, право слово, самые нежные сценки в сравнении с тем, что было. Да-да, я все же оказываю благотворное влияние на Василько. - Эго остановился, чтобы перевести дух, и почему-то ласково посмотрел на собеседника. - А вообще, весьма признателен и тебе, Аинька! Я унаследовал мудрость многих предков Василько, но тем не менее многим обязан и тебе... - Мне?! - Да. Ты более, чем кто-либо, помог мне в последнее время. Не стану отрицать: дорогой ценой, но помог. - Как?! - Попозже, мой друг, не торопись: всему свое время. Позволь мне довести свои размышления до конца. - Я слушаю тебя, Эго. - Так вот, думаю я, а нужна ли уже сейчас полная моя победа над всем Внутренним Миром моего хозяина? - Нужна, наверно. - Кто его знает... Возьми, к примеру, этого сказочника... Ну, что пишет книгу о моем Василько и о тебе... (Читатель уже догадался, что речь зашла об авторе настоящего повествования. Не все, что говорилось обо мне в тот раз и после, приятно. Но писатель должен быть справедливым и не отходить от истины ни на йоту, тем более в сказке! Вот почему я пересиливаю себя и пишу все, вне зависимости от того, нравится мне самому это или нет). - Конечно, знаю, - сказал Аинька. - Мы знакомы с ним. Он весьма рассудительный человек, этот сказочник... - То-то и оно, - вздохнул Эго. - На одной рассудительности, без фантазии и озорства, далеко не уедешь. Во всем нужны какие-то границы... Вот ты побывай во Внутреннем Мире этого сказочника да сравни... - Хорошо, - пообещал Аинька. - Непременно побываю. - И еще одно соображение, - продолжал Эго. - Понимаешь ли, я же расту вместе с Василько и набираюсь опыта. Я сам многого еще не понимаю. - Побольше читай книг: у сказочника их так много! - Читаю! Но мир сложен, и весь его не вместишь и в миллиарды томов. Приходится познавать его самому. Однако вот мы побеседовали с тобой, и мне стало как будто легче... В самом деле - шишка на лбу Эго уже сгладилась: осталось лишь едва приметное пятнышко. - Быстро ты поправляешься, - похвалил Аинька. - Иначе нельзя, - пояснил Эго. - Если я буду злопамятным или хилым, то пользы от меня, что от мыльного пузыря... Я готов к любым ударам, и в этом моя сила! - Эго пощупал лоб и добавил: - Вот и все в порядке, можно ускорить шаг...