Дмитрий Щербинин - Вэлра

- Посмотри-ка вниз. - поцеловала Сашу Вэлра.

Он подошел к краю ладони, взглянул вниз и рассмеялся от восторга: маленькие крыши домов, точно спичечные коробки понабросанные детворой в густую и темную траву. "Рыбий хребет" и впрямь похожий на остов рыбы выброшенной из лиственного моря... А на дорогах никакого движенья - все там тихо, только поднимается с огромных просторов тысячегласный гул ночных птиц.

- Я уже никогда не вернусь в свою квартиру. - утвердительно молвил Саша.

- Да.

- А я совсем и не печалюсь. Почему я был прицеплен к этой квартире? Что в эти бетонных стенах могло задержать мой дух? Теперь даже и самому удивительно! Ты знаешь - теперь, как представлю, что мог бы, после этого дня целые годы бродить среди этих стен - воздыхать по этих насмехающихся, рассудительных... которых и сам я не любил - страшно становиться! Хотя нет не страшно - во мне все плещет! Как будто душу, ты живой водой полила. А самое прекрасное то в том, что чувствую - впереди еще безмерно большее счастье!

- Неси нас туда, где праздновала свой день рожденья! - крикнула Вэлра великанше-Кате и та, осторожно ступая, (чтобы не повредить какое-нибудь дерево) безропотно стала приближаться стометровыми шагами к небоскребам, только ветер свистел...

Вэлра, взявши за руки Сашу, захватывала его бездонной глубиной очей - в которых вновь печаль была, и шептала она страстно, и слезы, жгучие, ярко-звездные по щекам ее пробегали:

- Вот ты сегодня испытал боль. Такую боль нестерпимую, такое отчаянье, что уж и дальше бороться не захотел - сразу из окна решил сброситься. Ты слаб - но ты, моя любимая вторая половинка, окрепнешь; впереди - века. Но вот представь, что на таких расстояний во времени и пространствах, которых можно назвать, но нельзя вообразить - я почувствовала тоже, а, может, с еще большей болью. Ты мог шагнуть в окно, шепнуть "Вэлра" и был спасен - я уже нашла Тебя, и теперь - Счастье. Но тогда - за тьмою времен, ко мне, томимой болью не мог придти ты, - тебя тогда еще попросту не было. Но я нашла в себе силы - я начала поиск. Батюшка и матушка, братья - они тоже ищут - братья вторую половину. Матушка и батюшка то, сути чего, ты пока не сможешь понять... Ну, вот мы и пришли.

Катя донесла их до небоскреба, в сотнях широких окон которого горел свет, но не было ни одного человека. На этот раз она лишь слегка согнула спину и подставила ладонь к одному из этих окон, за которой видна была зала - часть Катиной квартиры.

На многометровом столе высился там горою торт с метровыми свечами - а также, горящими свечами украшенными были и длинные, высокие стены - их было там, по меньшей мере, десять тысяч. Потолок и пол в зале были стеклянные и свет свечей, отражаясь, легонько перекатываясь, делал их подобием спокойных озерных гладей.

Вэлра моргнула глазом - стекло приветливо распахнулось и вот они, рука об руку, вышли на покрытую огневыми бликами поверхность - под их ногами она тут же стала мягкой - их стопы погружались в стекло и оно ласкало их живительной прохладой.

- Эй, холодная Катя!.. - засмеялась Вэлра и махнула, изумленному, глазу Кати, который прильнул к окну, полностью его загораживая. - Эй, эй - ты была холодна к Любимому, ты для него скупилась в Чувствах! Но радуйся - сегодня я счастливая, сегодня я добрая; сегодня я прощаю тебя! Ты только посмотришь на наш танец!

И она, страстно обхвативши Сашу, прижавшись к нему теплым своим, мягким и сильным телом, объяла поцелуям, обвила темными густыми волосами, нахлынула любящими безднами очей - слилась с ним полностью...

И Саша был счастлив! Как же он был счастлив от того, что Вэлра нашла его! Вместе объятые теплом, пламенем, нежностью, счастьям, они сливаясь друг с другом, в блаженстве стремительно закружили по залу.

"Люблю! Люблю!" - звенело, взрывалось ясным фонтаном, радугой восходило при каждом ударе сердца. Ног не было, не было ни зала, ни свечей, ни Кати... Было проникновение душ друг в друга! Только это!...

Для Саши открывалась любящая его темная бездна - он парил, он кружился в ней, а она наливала его мириадами поцелуев, она ласкала его, она шептала, она стонала сладостно и могуче: "Люблю!" - от гласа этого дрожь сводила Сашу, но тут же он вспыхивал, разрывался изнутри яркой страстью - разливался в ней жгучими волнами, а она вновь обвивала его, вновь ласкала... И все у них было в беспрерывном и стремительном движенье, каждая частица была соединена с частицей своей второй половины.

Сколько продолжался этот счастливый вихрь духовного соития - этого наслажденья пред которым физическое соитие было бы столь же ничтожно, как свет электрического фонарика пред пламенем Солнца?..

Что ж, сторонний наблюдатель (великанша-Катя, например) - мог бы сказать, что продолжалось это до утра - до тех пор, пока Луна не сокрылась за крышами старого города, а на востоке не начала своей победоносных восход красавица-заря. Но для танцующих, кружащих в стремительном, задувающем свече вихре - время имело совсем иную течность - не часами, но краткими мгновеньями показалось им это блаженство, и тогда Саша понял, почему день в раю - тысячелетья на земле.

Их танец был прерван голосами братьев Вэлры:

- Простите за вторжение, но уже заря! Нам пора!

И вот они остановились, в растерянности и в величайшей радости, от присутствия Любимого не где-то бесконечно далеко, но рядом. Как же это сладостно - чувствовать сладостную цельность. Что же это за счастье - взмыть на огненных крыльях из адовой бездны - да навстречу небу, пусть и темному, но бесконечному и свободному - знать, что полет будет бесконечен...

- Вэлра, сестричка. - говорил один из братьев. - Ты же знаешь нашу слабость - хорошенько покушать. Где бы мы не были - везде испробуем местной кухни. А здесь очень вкусная, хоть и мало питательная, еда и здесь, внизу в их магазине столько всего - просто не знаешь за что взяться! Понимаешь Вэлра - у нас там тележки - мы загружаем, все, что надо - но уж времени совсем мало осталось, придержи еще их появление, а?

Вэлра взглянула в окно - махнула рукой и великанша-Катя исчезла. Теперь виден был наполняющийся рассветом и голосами кого угодно, только не людей мир. Вэлра улыбнулась братьем:

- Хорошо, что вы пришли. Они уже скоро должны появиться! Вот картина они появляются, а мы танцуем! Впрочем - это не имело бы никакого значения! Мы бы, все равно, от них убежали.

- Да - нас ничто не остановит! - крикнул Саша и лицо его сияло - сил то было столько, что, казалось, мог он взяться за любое дело: построить новый мир, разжечь сотню ясных звезд - все казалось теперь под силу душе его.

А братья говорили Вэлре:

- Только задержи их появление еще хотя бы на полчаса.

- Вы же знаете - чем выше заря восходит, тем меньше мои силы...