Юрий Ижевчанин - Красное солнце

А вот усвоить грубую двоичную и абсолютно неконструктивную логическую модель, заложенную в управляющее устройство, было для меня посложнее, поскольку она просто отталкивала меня своим безобразием и примитивностью. Когда я с этим разобрался, я даже расхохотался. Очень давно, с детства, я не прибегал к этому примитивному способу выражения эмоций, у нас все гораздо тоньше и многослойнее. Но здесь выявленная ситуация просто поражала своей откровенностью и нелепостью. В код программы был заложен кусок кода, который должен был после активизации всего сетевого управления уничтожить программу! Мало того, что их устройства грубые, вредные и примитивные, они заодно от создания неизлечимо больны! Это настолько развеселило меня, что я решил не уничтожать этот противный энергетический блок сразу, а дать возможность запустить его еще разок.

Но сразу же было очевидно одно. Дать им развернуть свое уродство на эту планетную систему, за которую я ответственен, нельзя. Через какие-то сто тысяч лет начнутся колебания поля Высшей Энергии, а потом появится очередная сверхновая. Но скорее всего это безобразие заметит какой-нибудь бог или стая демонов. Безобразие уничтожат вместе с людишками, но и мне придется несладко, а служение свое я сорву.

Я еще раз улыбнулся, вспомнив, как людишки слишком близко приблизились к мирному и безобидному гиппопотамищу. Они думают, что раздразнили его маханием антенной, а на самом деле я очень понимаю гиппопотамище. Это животное, так же как и я, весьма плохо себя чувствует, когда кто-нибудь вторгается в его зону безопасности, например, как если бы людишки забрались на мою гору. Правда, если бы среди этих людишек были Избранные, то зона безопасности была бы у меня пошире, а с Победителем я вообще не смог бы долго находится на расстоянии меньше тысячи верст.

Когда они запустили три своих устройства сразу, я выяснил, что два других вызывают у меня всего лишь раздражение, и заодно понял, насколько примитивна их энергетическая сеть: у нее есть одна центральная ячейка, и если ее дезактивировать, вся сеть развалится. Но больше терпеть включения этой гадости у меня под самым носом я не мог. Я нашел красивый выход из положения. Бедное гиппопотамище под моим психическим контролем разнесло их устройство и само героически погибло. Все равно мне было пора подкрепиться физической пищей. Людишки так ничего и не заподозрили.

Я с удовольствием наблюдал, как сработала заложенная в их систему информационная мина. А то, что они все-таки сумели восстановить систему, вызвало у меня даже легкое одобрение. Значит, потенциал у них есть. Но после этого я, уже успев детально изучить их центральное устройство, слегка подпортил его информационный блок, а затем проделал то же самое и с двумя другими, которые они попытались активировать. Итак, не нарушая правил поведения Наблюдателя, легкими и незаметными воздействиями я предотвратил потенциальную катастрофу.

После всего этого у меня возникло желание, поскольку это не противоречит правилам Наблюдателя, слегка помогать людишкам. Теперь-то задача выживания даже какую-нибудь тысячу лет у них почти неразрешима, но с одной почти неразрешимой задачей: восстановления своей идиотской сети — они уже успели справиться. Посмотрим, сколько они продержатся. А я действительно иногда буду им чуть-чуть помогать.

На планете, конечно же, вспыхнула эпизоотия размера пандемии, поскольку людишки (как я понял, намеренно) напустили сюда свойственных им и мне микроорганизмов. Но это не страшно. Выживут лучшие, и биосфера планеты получит небольшой толчок для развития. Так что эта неосторожность не сравнима с глупостью насчет энергетической сети. Впрочем, их цивилизация, сколько я ощутил, уже расплатилась за свою слепоту, упрямство и неряшливость. Вспоминая наш Великий Вызов, я понимаю, что их, как и нас, корректно предупреждали, причем неоднократно. Но, видимо, невнимание к предупреждениям и беспокойству других мы унаследовали от своих предков. А, может быть, и мы, и они — от наших общих предков. Ведь Пралюди тоже игнорировали предупреждения. Они вели себя демонстративно неадекватно, чтобы сломать психику тех, кто им противостоит, и затем овладеть ею.

О Всевышний! Никак не удается как следует помедитировать. Эти людишки опять движутся на мою планету! Но осторожнее. Я Наблюдатель. Эта планета лишь в том смысле моя, что находится под моим попечением и моей ответственностью. Я же не Дьявол, чтобы объявить себя ее правителем!

— Убежище. Время отчаяния

Отчаяние царило на корабле, базе и возвращающихся на нее экспедиционных челноках. Психологи предупредили десяток попыток самоубийства. Хорошо еще, что безумная "диверсия" Мдлаки была быстро пресечена, и устройства мониторинга физического и психического состояния людей работали. Правда, в случае с Мдлакой безумие не было диагностировано, но ведь устройства работают не со стопроцентной надежностью. Бывают и ложные тревоги, и несрабатывания.

Одним из способов действий начальства в такой момент является как можно сильнее загрузить людей работой (не обязательно даже делом), чтобы не оставалось времени впадать в депрессию. Именно так и повел себя капитан. Мужчин он послал разбирать главный энергетический узел, чтобы максимально использовать его материалы, женщин заставил заниматься мытьем всех помещений, разбивкой в еще не заселенных отсеках базы зеленых насаждений и украшением новых помещений. Три дня все работали до упаду, и лишь затем командир дал легкую передышку.

В промежутках между работой биологическая фракция базы успела переговорить между собой.

— Да, мы думали, что работаем на вековую перспективу. а теперь у нас времени остается очень мало, — заметила Софья.

— Почему очень мало? Капитан умница, позаботился об альтернативных источниках энергии, колония может долго жить.

— Разве не ясно? Без искусственной гравитации уже нашим детям путь на Земельку будет заказан. А, судя по всему, решение о переселении детей на астероид будет принято в ближайший месяц, — пояснила Софья.

— Но ведь мы не готовы! — простонала Нгуен Дык Тран, главный эколог.

— Дык Тран, ведь может случиться так, что чем больше мы будем готовы в одном, тем меньше мы будем готовы в другом. — вступила в разговор Анна. — Действительно, через пару лет нам придется переселяться, оставив детей здесь.

— Что за жизнь! Решения одно сложней другого! — всплакнула Фатима.

— Это началась настоящая жизнь. А раньше было в основном существование, — вдруг раздался голос незаметно вошедшего Хуана. — Нужно либо переселяться почти сейчас, либо навсегда выкинуть из головы даже мысли об этом и больше не летать на Земельку.