Анатолий Шалин - Вакансия

От зала к залу, от стенда к стенду у автоматов расширяются области анализа, появляются роботы, воспринимающие почти весь спектр звуковых колебаний, способные видеть в инфракрасной области и рентгеновском диапазоне. Создаются кибернетические чудовища со способностью к телетранспортировке и внепространственному виденью. Новый зал, более совершенные модели…

«Конечно, — размышлял Виталий, — развитие и в природе, и в технике от простого к сложному — это прогресс, но стоп! Что такое?»

Очередной зал. Просторная вольера. За изгородью вроде бы люди? Или видимость? В глазах двух голых анатомических подобий человека ни одной искры мысли, пустые идиотские взгляды. Неприятное зрелище.

«Биороботы! Самые первые модели, — догадался Виталий. — Пока еще, кроме удовлетворения обычных физиологических потребностей, ничего не умеют. В клетке автокормушки и автопоилки. Существа чавкают, пьют, спят, воспроизводят себе подобных… Посмотрим, что будет дальше… в соседних залах».

А в соседних залах появились уже знакомые астронавтам куклы-автоматы. Логика развития в чем-то дала сбой. Чутье подсказало Виталию, что где-то на рубеже эпох — между появлением первых биороботов и созданием кукол на планете, а возможно, и не только на планете, а в самом развитии цивилизации Синкса произошло нечто очень серьезное, какая-то катастрофа. В механизме цивилизации что-то сломалось. И начался новый этап развития — от сложного к простому. Появляется то самое разделение труда среди роботов, с которым астронавты встретились в кафе и магазинчиках города.

Виталий прошел еще с десяток залов — все чаще стали ему попадаться так называемые тупиковые ветви развития мира роботов, все чаще красота и логика развития подменялись уродством формы и содержания.

И кибернетик убедился, что цивилизация Синкса на определенном этапе развития попросту зашла в тупик.

«Надо возвращаться, — решил Виталий. — Только как это сделать? Вернуться обратно? Сил не хватит обойти снова все эти залы… Попробовать подняться на поверхность по какой-нибудь лестнице?»

И вскоре он и в самом деле набрел на полутемную шахту, нечто вроде служебного выхода, и прошел по ней несколько этажей вверх. Неожиданно Виталий очутился на одном из подземных заводов, изготавливающих роботов и кукол-автоматов.

Гудело пламя в печах, ползли ленты конвейеров, работали многочисленные станки-автоматы. Тысячи маленьких серых роботов собирали из микродеталей какие-то схемки, монтировали узлы и складывали готовые блоки на конвейер. Вокруг Виталия сновали автопогрузчики. Чувствовалось, завод работает ритмично, без сбоев и остановок.

Однако не это поразило Виталия — в самом центре цеха на огромном экране светились три ряда огненных символов, которые электронный переводчик расшифровал так:

«Увеличить фактор человечности выпускаемых изделий на… — далее следовало: — две стотысячных процента…»

Этот лозунг, или обязательство, или приказ, оказался последним недостающим звеном в картине эволюции роботов.

Для Виталия, как ему представилось, многое стало ясным. Роботы Синкса стремились стать людьми!

Этот вывод так поразил воображение кибернетика, что ни о чем другом Виталий уже не мог думать. Он не помнил, как ему удалось выбраться на поверхность планеты, не помнил и своего пути по городу к гостинице.

И только увидев Левушкина у входа в гостиницу, Виталий очнулся и бодро объявил:

— Капитан, я, кажется, знаю, что случилось с людьми Синкса! Они умерли от ожирения! Я потрясен!

— Гм! Ты уверен? Любопытная новость. Кстати, я заметил, Виталий, что ты последнее время злоупотребляешь мучными и кондитерскими изделиями. Надеюсь, твоему организму не грозит участь бедных жителей Синкса? Впрочем, докладывай. Откуда ты почерпнул такую сенсационную информацию?

— Пока это, конечно, всего лишь моя гипотеза, — уточнил Виталий, — но кое-какие факты говорят в ее пользу. Из истории, Федор, известно, что Древний Рим погубила роскошь. Почему бы не предположить, что и на Синксе происходило нечто похожее. Ведь легко представить развитую цивилизацию технического типа, которая на определенном этапе пренебрегла своим духовным развитием. Когда-то у людей Синкса появился культ машин! Автоматы могут все! Машины делают человека счастливым! Очевидная чушь, как сказал бы наш штурман. Человека, кроме самого человека, ничто счастливым сделать не может. Для нас — азбучная истина. А люди Синкса эту истину отвергли, возможно. И вот появилась цивилизация, в которой в одну из эпох машины, роботы не только выполняют все общественные функции человека, но и становятся, если так можно выразиться, человечнее самого человека. Люди же, потеряв творческую инициативу, сделались всего лишь потребителями благ техники.

— Цивилизация тунеядцев! — ухмыльнулся Левушкин. — Эпоха массового паразитизма! Однако…

— Напрасно улыбаетесь, капитан, — возразил Виталий. — Конечно, я даю упрощенную схему, в жизни все, наверное, было намного сложнее, трагичнее, но такая паразитическая эпоха, уверен, была в истории этой цивилизации. В этот «золотой век» потребители купались в роскоши и удовольствиях. Для них построены все эти чудо-гостиницы, автокафе и магазины «все, что пожелаете». Они ели все мыслимые и немыслимые деликатесы, ублажали себя самыми изощренными способами… И постепенно умертвили свои мозги. Для развлечений ведь особого напряжения умственных способностей не надо. Потребность в мышлении игнорировалась. Люди не только ленились думать, трудиться, но и постепенно теряли вкус к жизни, само существование становилось им в тягость.

— Лень — двигатель прогресса! Не так ли? — спросил Левушкин.

— Примерно, однако, если такой двигатель работает на пределе, возможен перегрев со взрывом. Думаю, на Синксе нечто похожее и случилось. Вначале лень ходить по планете пешком — пожалуйста, автоматические ноги, автомобили. Лень работать руками — автоматические руки, кибернетические слуги. Лень рожать самим, пожалуйста, за вас это сделают кибернетические инкубаторы. Наконец, просто лень жить, но и умирать еще неохота. И здесь поможет всемогущая техника — ваш мозг, простите, центр удовольствия, пересаживают, вживляют в электронную систему, и вы счастливы окончательно. Вы почти бессмертны, вы кукла.

— Что ж, не так глупо, — одобрительно сказал Левушкин. — Возможно, так и появились на Синксе первые куклы-автоматы.

— Да. Они заняли жилища людей, их место на планете, но куклы счастливы и без еды, и без вещей, пользование которыми, вообще-то, предполагает наличие определенного интеллекта, поэтому кафе и чудо-магазины пустуют.