Александр Борискин - Отмеченные Фортуной

— Это значит, что прежде мы должны установить, кому принадлежит земля на месте поиска клада. Если частнику, то получить его согласие на поиск, и, в случае успеха, отдать ему половину найденного. Если государству, то такое согласие получить уже у него, и также поделиться с ним найденным кладом. Но я что-то нигде не нашел, как получить такое разрешение иностранцам? Куда идти, что говорить? Мы с тобой, кроме детского лепета о желании поискать клад вот на этом месте ничего не скажем! После чего нас вместо выдачи разрешения немедленно отправят в дурдом на освидетельствование нашего душевного здоровья. По-моему, нам нечего связываться с получением официального разрешения на поиск клада. Вот найдем, тогда и решим, что делать! — сделал вывод Андрей.

— Но при этом мы нарушим законодательство о поиске кладов. Что позволит лишить нас права даже на половину клада в случае, если это станет известно! — добавила Тамара.

— Нечего делить шкуру неубитого медведя! Сначала надо найти клад! Дальше — бой покажет. Лучше давай определимся, куда мы сначала направимся: на остров Узедом в город Альбек — это земли бывшей ГДР, или в Киль, Мюнхен или Везель?

— Думаю, от Берлина ближе добираться до Альбека. Да и то, что это земля бывшей ГДР, а значит, люди там будут к нам лучше относиться, мне как-то сердце больше греет!

— Скорее, наоборот. Для всех немцев, что восточных, что западных, мы — победители, значит, отношение к нам будет в любом случае не самым радостным. А для восточных, территорию которых больше тридцати лет оккупировала наша армия, мы еще более неприятны. В одном ты права: до Альбека из Берлина добраться ближе. Едем в Альбек!

На следующий день сходили на завтрак, выписались из гостиницы и поехали на автовокзал — так пожелала Тамара.

— На автобусе — лучше! Можно Германию вблизи посмотреть. Ну и пусть с двумя пересадками — все равно лучше!

— Хорошо, но потом не говори, что тебя не предупреждали: в поезде хоть туалеты имеются. В автобусах их нет, а стоянки — всего по одной минуте на каждую деревню. В пути их будет очень много — это тебе не Россия!

— Не уговаривай! Поедем на автобусе! Да и дешевле, хоть немного, чем ехать на поезде.

После часа дня они уже въехали в Альбек. Сразу устроились в гостиницу, расположенную около автовокзала. Первой туалет в номере заняла Тамара:

— И не смейся! Я — женщина! Ты должен потакать моим слабостям.

За время пути возможности посетить туалет просто не было. Все пересадки с автобуса на автобус были заранее спланированы еще кассиром при покупке билетов в Берлине. Промежутки между рейсами были минимальны. А стоянки в деревнях, которые встречались на пути через каждые три — четыре километра — были не более минуты.

Пообедав, супруги отправились знакомиться с Альбеком. Это был небольшой курортный городок на границе с Польшей. В нем были две достопримечательности: песчаный пляж, растянувшийся от самой границы на десять километров вдоль берега Балтийского моря, и старинный пирс, построенный еще в конце 19-го века.

Больше всего путешественников интересовал именно пирс. Около третьей опоры со стороны моря, в двух метрах от нее в сторону берега, Франц закопал клад на глубину метра.

Берег, он же пляж, был совершенно пустынен: кроме купающихся и загорающих людей, на нем не было никаких строений. Пирс прекрасно просматривался со всех сторон, и устраивать около него раскопки не было никакой возможности. Тем более что по пляжу постоянно ходили группы полицейских.

Как выяснил Андрей, разговорившись со стариком-алкоголиком в пивной на пляже, угостив того пивом, полицейские патрулировали пляж и по ночам.

Кроме того, старик поведал ему историю, случившуюся еще во времена ГДР, где-то в начале восьмидесятых годов. Местный муниципалитет принял решение отремонтировать пирс, поскольку он ни разу с момента постройки не ремонтировался, а в результате военных действий принял очень неприглядный вид. Денег на полный ремонт было мало. Решили отремонтировать только часть пирса, возвышающуюся над пляжем. Все огородили, пригнали технику и начали ремонт. И неожиданно нашли клад! Полученных денежных средств от его реализации хватило не только полностью закончить ремонт всего пирса, но и восстановить половину дорог в городе. После этого жители Альбека изрыли весь пляж ямами, занимаясь поиском кладов. Это безобразие было прекращено только после того, как полиция стала патрулировать пляж. Эта традиция — патрулирование пляжа, перешла по наследству и ФРГ.

Кладоискателям стало ясно, что больше в Альбеке им делать нечего.

— Когда поедем в Киль? Здесь недалеко. Езды на автобусе всего часа два. Если выедем не позже пяти часов, то вполне успеем добраться и устроиться в гостиницу, — спросил Андрей.

— Да хоть сейчас! В Альбеке хорошо только отдыхать, а смотреть нечего. Мы уже обошли весь город за час. Давай только поедем в Киль на поезде!

— Тогда вместо двух часов будем добираться целых пять! Я в Берлине изучил расписание поездов, и нам придется тратить много времени на пересадки.

— Ну, если два часа на автобусе, то я согласна и потерпеть! Поехали!

Супруги выписались из гостиницы спустя совсем немного времени после поселения, чем очень удивили работников ресепшен: отдыхающие проводили у них не менее недели, а эти — всего три часа.

В Киль Андрей и Тамара приехали около шести часов вечера. Сразу устроились в гостиницу. Решили, что пока заплатят только за одни сутки: вдруг опять клада не будет! И пошли в город: погулять, посмотреть да и поесть заодно.

Киль сильно пострадал во время бомбардировок во Второй мировой войне, когда практически все исторические памятники города были уничтожены. Большинство зданий, в том числе и Кильский замок, были отстроены заново после войны. Это они узнали в путеводителе по городу. Опять облом! Именно у западной стены замка и был закопан клад!

Кладоискатели обошли замок несколько раз: изменился не только окружающий его ландшафт, но и была частично заасфальтирована территория, примыкающая к замку с запада. Искать здесь клад даже не стоило пытаться.

Удрученные увиденным, они направились в ресторан ужинать.

— Ничего, Бог Троицу любит! На третий раз нам повезет! — попробовала успокоить мужа Тамара.

— Да я особенно и не расстраиваюсь. Прошло более пятидесяти лет! Если из четырех захоронок удастся найти хотя бы одну — и то я был бы счастлив. Для захоронок в Альбеке и Киле Франц использовал уже кем-то подготовленные клады, и он только догадывался, что в них может быть. А вот для Мюнхена и Везеля комплектацией кладов занимался лично. Поэтому мне известно, что там будет! Стоимости одного любого клада будет достаточно, чтобы приобрести прекрасный дом, например, в Мюнхене, и жить припеваючи до конца дней своих! Еще и дочери на приданое хватит!