Бертрам Чандлер - Контрабандой из чужого мира

- Вы не против - и точка, - сказала Соня.

- Черт возьми, я действительно не против! Ведь есть же разница, ради чего пиратствовать!

- Прекрасно, командир Уильямс. Предлагаю сейчас взять курс на Стрию, - сказал Гримс. - А вы, мистер Мэйхью, продолжайте слушать. Сообщите мне сразу же, если появится другой корабль - даже без индикатора близости масс они могут высчитать степень прецессии временного поля и синхронизироваться с нами.

- А что вы собираетесь делать, прибыв на Стрию? - спросил майор.

- Как я уже говорил адмиралу, мы действуем наугад, - он отстегнул ремни своего кресла и двинулся к контрольной рубке. Соня последовала за ним. Закрепившись в кресле старшего пилота, он наблюдал, как Уильямс занимался сменой курса - выключил систему Мансхенна, развернул корабль, придал начальную скорость, включил систему Мансхенна... Это была обычная рутина маневров. Единственное, к чему Гримс никак не мог привыкнуть - это к надетому на всех тряпью. Но Уильямс, с тремя красными полосами, нанесенными на его крепких волосатых запястьях и обозначавшими его должность, справлялся ничуть не хуже, чем если бы на нем был отглаженный форменный костюм с золотыми нашивками.

- Курс взят, шеф, - объявил он.

- Спасибо, командир Уильямс. Все не занятые на вахтах офицеры могут быть свободны.

Вместе с женой Гримс вернулся к себе в каюту.

Все выглядело, как обычное межзвездное путешествие.

В отсеке навигационной системы Мансхенна вращающиеся гироскопы создавали прецессию времени, сжимая пространство и продвигал корабль, вместе с находившимися в нем людьми, к самому краю Галактики.

Но, как доложил Мэйхью, они были не одни. Вокруг них, к счастью, слишком далеко, чтобы можно было определить точные координаты, летали другие корабли.

Это было не совсем обычное межзвездное путешествие. Их окружали ненависть и страх, сказал Мэйхью. Естественно, он только слушал - но другие операторы пси-связи передавали свои сообщения. На орбитах вокруг Лорна, Фарауэя, Ультимо, Тула уже находились военные корабли; на Тарн, Мелиссу, Гролор и Стрию были направлены целые эскадры для их блокады. А одиночным кораблям был отдан простой и жестокий приказ: при обнаружении уничтожить.

- Как ты это можешь объяснить? - спросила Соня.

- Я думаю, - ответил Гримс, - что эскадры им нужны для того, чтобы поймать нас.

- Зачем им это? Они ведь считают, что мы кучка беглых рабов, которые решили попытать пиратского счастья. В любом случае мне не хочется, чтобы меня поймали эти... твари.

- Ксенофобия? У тебя - ксенофобия?

- Нет, это не ксенофобия. С настоящими представителями чужих цивилизаций всегда можно договориться. Но это - это не настоящая чужая цивилизация. Это знакомые и опасные животные, они боятся нас и ненавидят, и борются с нами нашим же оружием. Мы никогда не любили их. Иногда человек испытывает нежные чувства к мышам, но к крысам - никогда. За что им нас любить? Это старая вражда.

Она задумчиво потерла красный рубец на груди, оставшийся после драки с пленной крысой.

- А что ты думаешь по поводу этой эскадры на Стрии?

- Простая предосторожность. Они считают, что мы можем туда прилететь, и тогда они смогут обнаружить нас, когда мы перейдем в нормальное пространственно-временное измерение. Но Мэйхью утверждает, что они не отправили им правительственных сообщений, как они это сделали военному командованию на Тарне, Мелиссе или Гролоре, - она замолчала, потом спросила: - Как ты думаешь, мы прибудем туда раньше них?

- Я думаю, да. Хочется верить. Наша система Мансхенна работает в режиме максимального сжатия. По причинам безопасности мы не можем ее раскрутить еще быстрее. Ты ведь знаешь, что произойдет, если не выдержит хоть один регулятор.

- Я не знаю, - ответила она. - И никто не знает. Я лишь слышала кучу разных историй о том, что может при этом произойти.

- Когда начинаешь неосторожно себя вести со сжатием времени, может произойти все, что угодно. И здесь самое главное - суметь предугадать то, что может произойти.

Соня усмехнулась.

- Кажется, я начинаю понимать, о чем ты думаешь.

- Всего лишь сырая идея, - ответил он. - Прежде, чем что-либо предпринимать, мне хотелось бы побеседовать с этими ящероподобными философами.

- Если только мы прибудем туда раньше вражеской эскадры.

- Если прибудем позже, опробуем прямо там нашу идею. Но думаю, они от нас здорово отстали...

- Что это? - вдруг спросила она.

Это был не звук. Это было худшее, что могло случиться с кораблем во время межзвездного перелета - прекращение всякого звука. Исчезло высокое, тонкое гудение раскрученных прецессионных гироскопов, а вместо него загудел телефон. Докладывал вахтенный офицер:

- Командор, чрезвычайная ситуация. Отказ межзвездной навигационной системы.

Гримс уже не раз испытывал жуткое чувство, когда отказывают сжимающие время гироскопы и человек выпадает из привычной временной ориентации.

- Не беспокойте инженеров, - ответил он в трубку. - Не стоит отвлекать их телефонными разговорами от починки. Сейчас я подойду.

- Похоже, наши друзья прибудут раньше нас, - спокойно заметила Соня.

- Боюсь, что это так, - ответил Гримс.

16

Поломка системы Мансхенна сыграла с ними плохую шутку, но, думал Гримс, с ними могло случиться что-нибудь гораздо хуже. Корабль вошел в нормальное пространственно-временное измерение в нескольких световых годах от ближайшей населенной планеты и вне зоны действия радаров вражеских кораблей. На огромном расстоянии вокруг корабля не было ничего - ни звезд, ни планет, ни астероидов, ни даже космической пыли. Как знаток истории мореплавания, Гримс хорошо знал, что во время военных действий слепая случайность имеет огромное значение. Слишком часто судно, экипаж котором уже считал себя в полной безопасности и терял бдительность, попадало прямо в лапы своих преследователей. Правда, от шквального огня не могла спасти никакая бдительность, а именно бой, будь то при помощи старинных пушек на парусных судах, или управляемых ракет и лазерных прожекторов на современных кораблях, ставил последнюю точку в драке.

Сейчас, однако, не приходилось опасаться боя. Следовало оценить ситуацию, в которую они попали. И "Свобода" медленно, очень медленно притягиваемая далеким солнцем Стрии, начала ощупывать всеми радарами окружающее пространство. Мэйхью, вместе с неопытным и нетренированным мозгом другой собаки, заменившей его любимую Лесси, замер в своей каюте, ожидая малейшего всплеска чужой мысли, чтобы уловить вражеские планы.

Не получив никакого рапорта от инженеров, Гримс сам отправился в отсек системы Мансхенна. Он знал, что вся команда механиков сейчас напряженно трудится над починкой, и телефонный звонок вызовет у них лишь раздражение, и он сам пошел выяснять, что же случилось.