Александр Путятин - Нф-100: Приключения метеоролога

И мы двинулись дальше. Когда подошли к своему корпусу, Василий сказал, что ему надо немного побегать. Потом двинет на спортплощадку, мол, не может он без физической нагрузки, привык за столько лет. Гена пошел с ним, а я поднялся наверх.

Семен Михайлович читал какую-то рукопись, периодически делая пометки на полях. На прикроватной тумбочке стопкой лежали журналы, самые разные - от банального "Кванта" до сборников Академии наук. Рядом стояла открытая бутылка "Боржоми".

Мне было совершенно нечего делать: все книги остались в рюкзаке.

- Можно? - спросил я, указав на один из "Квантов".

Семен Михайлович удивленно поднял бровь.

- Ты же географ, неужели физикой интересуешься?

Это меня задело. Почему-то вспомнился Упоров. Тоже ведь доктор, тех же физматнаук, но для него я - человек, мало того - специалист, а тут...

- Да нет, буквы знакомые решил поискать. А вообще-то я метеоролог, специалист по физике атмосферы. Правда, будущий... Так вы позволите?

- Да, конечно... - смутился Семён Михайлович. - Смотри, если хочешь.

Я стал перелистывать журнал. Когда-то давно, ещё в школе, он помогал готовиться к олимпиадам. Но зачем "Квант" взрослому человеку с докторской степенью?

Одна из задач была помечена галочкой. И я решил тряхнуть стариной.

"По дну реки протянут пятидесятижильный кабель, все провода - в изоляции одного цвета. Сколько раз нужно электрику переплыть в лодке реку, чтобы промаркировать каждую жилу кабеля, используя лампочку, аккумулятор и паяльник?"

Первое решение пришло сразу. Можно спаивать провода последовательно один за другим, каждый раз переезжая с берега на берег. Потом я решил вести соединение одновременно с двух сторон, но с интервалом в одно сочленение, чтобы не запутаться. Дальше число параллельных процедур росло, а количество поездок уменьшалось. Постепенно оно сократилось до семи. Но что-то в этом варианте меня не устраивало... Уж больно громоздким получился ответ, недоставало ему простоты и изящества.

Я поднял глаза от журнала. Пока решал задачу, вернулся Тимур. Он лежал на кровати и смотрел в окно. Семен Михайлович продолжал читать.

- Ну, как задачка? - спросил он, не отрываясь от рукописи. - Сколько раз через реку переплыл?

И тут меня осенило... Ведь это же так просто!

- Два раза, - бормочу внешне спокойно, хотя внутри всё буквально взрывается от счастья.

Вот так и выпархивают голыми из ванны, вопя "Эврика!!!" изумленным согражданам.

- Как два? - Семён Михайлович отложил рукопись. - У меня больше получилось.

- Это потому, что вы провода звонили только при спайке, а можно еще и при размыкании. Вот, смотрите! - я нарисовал карандашом схему на тетрадном листочке и показал соседу.

- Гм... - возразил он. - Но даже в этом случае нужно три поездки: убедиться, что первый номер на одной стороне - не пятидесятый на другой!

- А его можно предварительно заземлить!

- Ну конечно, - Семён Михайлович обрадовался новому решению, как ребенок долгожданной игрушке. - Так всё просто! А вот тут, - достал он из стопки следующий "Квант". - Тоже есть задачка интересная, хочешь посмотреть?

- Да, с удовольствием. Мне же сейчас делать нечего. Но вам-то они зачем? Не для работы же! Тогда для чего?

- Вот именно, что для работы! - он заметил удивление на моём лице и пояснил. - Вся моя работа - решение трудных задач. И мозги нашему брату-ученому нужно постоянно тренировать! Так же как спортсмену - мышцы накачивать.

19.

Иван заявился в палату довольный, как просватанная дурнушка, и таинственный, как граф Монте-Кристо. Наверное, нашел ещё один способ задержаться в клинике. Следом за ним пришли Вася с Геной. Вася схватил полотенце и снова скрылся за дверью, а Гена развернул одну из принесенных с собой газет и углубился в свежие новости.

Я пытался понять, как решить следующую задачу. Но голову - словно ватой набили... От нечего делать я принялся перелистывать страницы журнала.

- Отдыхаешь? - спросил Семен Михайлович, после истории с кабелем он ко мне явно подобрел. - Может, в шахматы сыграем?

- Нет, спасибо. В шахматы я играть не умею, только проигрывать.

- А что так?

- Да уж так сложилось, начал учиться в пять лет, в семь бросил. С тех пор практически не играл. Так что это - с кем-нибудь другим.

- Я немного умею, - внезапно повернулся к нам Тимур.

- Ну, давай, - полез в тумбочку Семён Михайлович.

Через четверть часа вокруг них собралась вся палата. Тимур действительно играл не очень сильно. Количество белых фигур на доске уменьшалось с каждой минутой. Семен Михайлович уже дважды предлагал ему сдаться, но упрямый узбек был невозмутим. "Выигрывают только после слова "мат", - оба раза отвечал он. Его давили с фронта, обходили с флангов, Тимур держался из последних сил. Немногочисленные белые фигуры одна за другой падали вокруг своего короля. И вдруг совершенно неожиданно забытая всеми ладья рванула вдоль края доски. Шах. Семен Михайлович сдвинул черного короля в сторону. Следом за ладьей с другого фланга прыгнул слон. Мат.

Вторую партию Тимур проиграл и уступил место Гене. Тот быстро сдал все четыре и вернулся к своим газетам. Семен Михайлович убрал шахматы и снова открыл рукопись.

- Вот чёрт! - Гена попытался развернуть "Советский спорт". - Вечно у них страницы не разрезаны, а я нож в рюкзаке оставил. Одолжите, у кого близко!

Тимур вытащил из тумбочки черный нож, который мы видели у него утром, передал Гене. Тот разрезал газету и вернул нож обратно.

- Можно посмотреть? - Вася подошел к Тимуру и протянул руку.

- Да, конечно, - ответил тот.

Вася взвесил нож на руке, примерился к рукояти, внимательно осмотрел лезвие.

- Сталь хорошая, а нож - барахло! Толку от него в настоящей заварухе мало.

- Отчего же мало? - спросил Тимур.

- Да потому, что ты этим ножом мне ничего сделать не сможешь. Ну, вот - ударь! Сам убедишься...

Тимур как-то по-особому посмотрел на собеседника.

- Я же не хочу тебя убивать.

- А у тебя и не получится. Бей, не бойся.

- Нет, - Тимур аккуратно положил нож на тумбочку и принялся сворачивать в рулон старую газету. - Пусть лучше это будет нож, как будто бы...

- Ладно, давай так, если боишься! - Василий поставил ноги на ширину плеч, слегка расслабил колени, чуть согнул в локтях руки. - Я готов, бей!

И Тимур нанес удар. Правая рука держала газету в положении "рукоять снизу", но траектория была очень замысловатой. А движение - молниеносным. Доля секунды - и свернутая трубкой бумага уперлась сверху в горло Василия.

- А ну давай еще раз! - рявкнул тот.

Противники снова заняли исходное положение. Тимур перехватил газету хватом "рукоять сверху". Василий преобразился. Мышцы его напряглись, губы сжались в яростную щёлочку. Он больше не дурачился.