Гордон Диксон - Лалангамена (сборник)

Доктор фыркнул.

— Айзек, отправляйся-ка завтра на шахту и посмотри, как там работают. Чудо, что они даже неделю выдерживают. По сравнению с шахтерами все остальные выглядят попросту лентяями.

— Завтра же и отправлюсь.

«Как теперь перевести разговор на исчезновения?»

— А как обстоят дела с человеческой составляющей колонии? Многое изменилось с тех пор, как я уехал?

— Пожалуй, нет. Большинство из нас повязано контрактами на двенадцать или двадцать лет. Все те же люди вокруг, только постарели на десяток лет. Билет до Земли обходится в годовой заработок. К тому же так нам гарантирована пенсия в сто процентов оклада, а если нарушить контракт, то пенсия — тю-тю. Вот и приходится торчать здесь. Всего четыре человека сдались и купили билеты до Земли — вряд ли они тебе знакомы.

Да, прибыл новый посол Конфедерации. Делать ему здесь нечего, впрочем, как и трем его предшественникам. Но по закону колонии полагается посол. Понятное дело. Дипломатический корпус считает Бруух худшим из миров. Назначение сюда свидетельствует либо о признании полной некомпетентности, либо подразумевает наказание за какой-то проступок. Для нашего Стю Фиц-Джонса это уж точно наказание. Он имел несчастье быть послом на Ламарре как раз в тот момент, когда там разразилась гражданская война. Его вины в том нет; в тамошней внутренней политике вообще никто не мог разобраться. Но надо же найти козла отпущения, вот Фиц-Джонса сюда и сослали. Ты к нему как-нибудь загляни, поговори — интересный субъект. Только заходи утром, когда он еще не совсем пьян…

Появились шесть детишек, половина — незаконнорожденные. Восемнадцать смертельных случаев. — Вилли нахмурился. — Точнее, пятнадцать смертей и три исчезновения. Все исчезновения за последний год. Люди утрачивают осторожность. За пределами поселка Компании — ты все равно что на другой планете. А колонисты спокойно выходят в одиночку — старательствуют или просто хотят побыть подальше от других. Сломал ногу или провалился в пыльную яму — и все, конец. Двое из исчезнувших новички, вероятно агенты Конфедерации. (Отто вздрогнул: так оно и было). Видишь ли, первым пропал старый Малатеста, управляющий рудником. Полагаю, именно это и вызвало прибытие агентов. Они якобы занимались изысканиями полезных ископаемых, но на Компанию не работали, Кто же мог оплатить им дорогу? Ведь кроме Компании никто не имеет права ковыряться в этой планете.

— Возможно, их субсидировал какой-нибудь университет, занимающийся чистой наукой? Ведь и я попал сюда в первый раз подобным образом.

Доктор кивнул.

— Точно, так они и заявили. Но я тебе скажу напрямик: не были они учеными, нет, не были… Я проработал с ученым людом большую часть жизни и кое в чем разбираюсь. Конечно, эти двое предъявили удостоверения личности и они неплохо знали свой предмет, но… Конфедерация вытворяет со своими агентами дьявольские штуки. Слышал про оборотней?

— Смутно. Пластическая хирургия и гипнообучение. Ты это имеешь в виду?

— Полагаю, что так. Во всяком случае, я думаю, эти ребята были агентами. Их научили ходить, говорить и действовать, как подобает геологам. Но ходили-то они не туда! Ходили они на шахты, а там все изучено до последней молекулы, и результаты давно опубликованы. И эти двое никогда не задерживались на одном месте достаточно долго, как того требует серьезная работа.

— Возможно, ты прав.

— Ты тоже так думаешь? Выпей еще. Здесь все считают, что я к старости становлюсь параноиком.

— Вероятно, мы оба сдаем, — Айзек улыбнулся. — Спасибо за угощение, но я лучше пойду — возьму пандроксин и вернусь к себе, пока не свалился. Нелегкий выдался денек.

— Могу себе представить. Что ж, рад снова тебя видеть, Айзек. В шахматы по-прежнему играешь?

— Лучше, чем когда-либо.

«Особенно с помощью Отто».

— Загляни как-нибудь вечерком, сыграем партию-другую.

— Обязательно зайду. И тогда — берегись!..

Айзек не сразу направился в аптеку. Первым делом он зашел к себе и позвонил по радиофону.

— Биолаборатория. Штрукхаймер слушает.

— Уолдо, это Айзек Кроуэлл. Можно попросить вас об одолжении?

— Выкладывайте.

— Я собираюсь к доктору Норману за гравитолом. Эти таблетки, что вы мне сегодня дали, весьма действенны… Не посмотрите ли дозировку?

— И смотреть не надо — пять миллиграммов. Но послушайте, Айзек, он, вероятно, назначит вам дозу поменьше. Тут все дело в возрасте. Чем человек старше, тем меньше дозировка.

— В самом деле? Что же, попробую его уговорить. Мне кажется, все должно быть наоборот!

— Вилли никому никогда не удавалось переспорить. Это самое упрямое существо из всех, с кем мне доводилось вступать в дискуссии.

— Знаю. Но мы были добрыми приятелями. Вдруг пожалеет дружка из дома для престарелых.

— Ну-ну, желаю удачи. Надеюсь, скоро увидимся?

— Я буду в ваших краях завтра. Хочу отметиться на шахте.

— Может, заскочите? Пива выпьем…

— Буду рад, — и Кроуэлл повесил трубку.

Он вытряхнул чемодан и вскрыл двойное дно. Порывшись в содержимом тайника, Кроуэлл извлек обыкновенную на вид шариковую ручку. Точнее, это только с одного конца была шариковая ручка, в другом же конце был спрятан ультразвуковой стиратель чернил. К счастью, доктор написал рецепт черной пастой — значит, не придется подделывать подпись.

Кроуэлл потренировался — несколько десятков раз написал: «Гравитол, 5 мг, дост. кол-во на 30 дней», - затем отправил в небытие рецепт на пандроксин и накарябал поддельное предписание выше подписи врача.

В магазине Компании было темно, только в аптечном отделе горел свет. Парадная дверь оказалась запертой, и Кроуэлл потащился к черному ходу. Едва он ступил на педальную панель у порога, как дверь скользнула в сторону и прозвенел колокольчик.

Из- за полок с реактивами вышел, протирая глаза, заспанный служащий.

— Чем могу помочь?

— Я хотел бы получить вот по этому рецепту.

— Одну минуту.

Молодой человек взял рецепт и скрылся за полками.

— Скажите, — донесся его крик, — это ведь не для вас, правда?

Теперь Кроуэлл был на сто процентов Отто.

— Конечно, нет. Я принимаю пандроксин. Это для доктора Штрукхаймера.

Служащий появился через минуту, держа в руке зеленый флакончик.

— Готов поклясться, что Уолдо забирал гравитол на прошлой неделе. Пожалуй, мне следует позвонить доктору Норману.

— По-моему, Уолдо берет не для себя, — медленно произнес Кроуэлл. — Лекарство нужно ему для каких-то опытов над аборигенами.

— Хорошо. Тогда я запишу на его счет.