Жозеф Ховард - Дэмьен

- Нет, - ответил Торн, находя занимательным ее юмор. - Только госсекретарю. Ну, а чем я вам могу быть полезен?

Джоан Харт снова потянулась к своей сумке и вытащила маленькую записную книжку в кожаном переплете и золотой карандашик. Женщина тут же преобразилась, будто попавшие к ней в руки записная книжка и карандашик наделили ее особой силой. Она превратилась в бесстрастного профессионального репортера, подобно Бугенгагену, извлекавшему из-под земли свои реликвии, Джоан факт за фактом вытягивала сведения из своей очередной жертвы.

На полпути в аэропорт Торну порядком надоела эта игра в интервью.

- Мисс Харт, вы уже задали мне семь вопросов, и все они почему-то связаны с деньгами, - заявил он.

- Деньги заставляют крутиться весь мир, не так ли?

- Да, и не только мир, - вставил Торн.

Джоан заметила, что Ричарда начинает охватывать раздражение, но она никак не могла сказать ему самого главного. Еще не время. Чуть-чуть позже.

- М-м-м, ваш отец построил музей, - она взглянула в записную книжку, - в 1940 году. Во что это ему обошлось?

- Порядка десяти миллионов, или что-то около этого.

- Ну да, миллионом больше, миллионом меньше, - засмеялась Джоан. Когда ваш отец впервые приехал в Чикаго, он устроился на биржу?

- Правильно.

- Скажите, а не заставлял ли он вас и вашего брата Роберта лезть в холодную ванну или спать на досках, дабы испытать на своей шкуре, что значит быть бедным?

Торн расхохотался.

- Кто же вам такое наплел о нас?

В этот момент лимузин резко затормозил. Они подъехали к разводному мосту около Мичиган-авеню. Сигнальные звонки и сверкающие красные огоньки на шлагбауме предупреждали: мост вот-вот разведут, чтобы пропустить судно. Ричард выглянул в окно и узнал танкер, принадлежащий "Торн Индастриз". Дорогу Торну пересекало его собственное судно.

Джоан Харт воспользовалась этой задержкой и внезапно повела атаку:

- Вы когда-нибудь встречались с Бугенгагеном?

- Нет, - ответил Торн, почувствовав, как резко сменила Джоан тактику.

- А вы знаете, что он был не только археологом? Бугенгаген был прежде всего экзорцистом - изгоняющим Дьявола.

- Не понимаю, какое это имеет отношение к...

- Его скелет нашли при раскопках замка Бельвуар, - не обращая внимания на реплику Ричарда, продолжала Джоан. - Вы об этом не знали?

- Ч_е_й_-_т_о_ скелет, мисс Харт. По-моему, официально его пока не идентифицировали.

В голосе женщины звучала твердая уверенность.

- Там нашли два скелета, мистер Торн. Один - Бугенгагена, а второй молодого археолога по имени Майкл Морган. Майкл был моим женихом. Я встречалась с ним в день их исчезновения.

Как раз в эту минуту шлагбаум был поднят, и Мюррей завел мотор. Торн в бешенстве нажал кнопку переговорного устройства.

- Мюррей, подождите. Мисс Харт выходит.

Джоан скороговоркой выпалила:

- За неделю до своей гибели ваш брат прилетал в Израиль для встречи с Бугенгагеном. А через несколько дней после его смерти Бугенгаген и Майкл Морган были заживо похоронены. Вас не настораживает все это, мистер Торн?

"Ну вот, этого еще не хватало, - решил Ричард. - Сейчас она мне выдаст, кто убил Кеннеди". Ледяным голосом он отчетливо произнес:

- Не заставляйте меня вышвырнуть вас, мисс Харт. Мы задерживаем движение.

- А вы знаете, почему полиция застрелила вашего брата? - В дико сверкающих глазах Джоан появилось какое-то безумие. - Вам известно что-нибудь о кинжалах?

Мюррей вышел из машины и распахнул заднюю дверцу.

- Мне одно известно: вы напрасно тратите свое и мое время.

- Пожалуйста, выслушайте меня! - умоляла женщина. - Я долгие годы потратила на изучение всего этого! Все сходится... и теперь...

Ричард застонал. Только не это. Он было решил, что призрачная мистическая пелена вокруг гибели брата навсегда рассеялась. Не тут-то было!

Мюррей грубо схватил Джоан за руку. Цепляясь за сиденье, она воскликнула:

- Вы в смертельной опасности!

- Убирайтесь отсюда! И чтобы я вас никогда больше не видел! Ясно?

- Обратитесь к Христу! - воскликнула Джоан.

- Мюррей, ради Бога!

- Поверьте в Христа! - рыдала она.

Мюррей вытащил ее из машины и захлопнул дверцу. На улице Джоан продолжала кричать:

- Ради _Б_о_г_а_! Только он может защитить вас! Взгляните же на стену Игаэля, мистер Торн! Вглядитесь в лицо Сатаны и скажите наконец, чье это лицо!

- Мюррей, черт подери, да поехали же поскорее от этой ненормальной! заорал Торн.

Мюррей вскочил в машину и завел мотор.

Машина набрала скорость. Джоан застыла посреди дороги, слезы отчаяния струились по ее лицу, а холодный ветер пытался сорвать ярко-красное пальто с ее дрожащих плеч.

Когда Реджинальд Торн вздумал воздвигнуть себе монумент, идея создать музей пришлась ему как нельзя более по душе. Он отправился к своему старинному приятелю - помощнику главного чикагского архитектора, чтобы обсудить с ним эту мысль.

Торн предпочел неоклассицизм. Ему хотелось, чтобы здание через десятки лет не выглядело рухлядью. Долго и тщательно присматривался старик к архитекторам, пока не остановил свой выбор на уверенном в себе и полном сил молодом человеке, которого порекомендовал Торну его друг.

Приятель не подвел его. Он познакомил Торна с Фрэнком Райтом, и план создания музея немедленно начал претворяться в жизнь.

Сегодня, почти сорок лет спустя, музей Торна выглядел по-прежнему современно и восхитительно, как будто был построен неделю-другую назад. Музей расположился на берегу озера Мичиган и фасадом был обращен к наиболее роскошным кварталам Мичиган-авеню. Ни одно соседнее сооружение не превосходило красотой и элегантностью здание музея.

Когда такси с сидевшей в нем Джоан Харт затормозило перед музеем, в глаза ей бросились афиши, сообщающие о выставке полотен Эдварда Мюнха. На афишах была изображена наиболее известная и шокирующая картина художника под названием "Крик". Вдруг Джоан как вкопанная застыла перед картиной. Она сочла ее за знак свыше и, вновь обретя утраченное вдохновение, вошла в музей.

Очутившись в огромном зале с устремленными к небу потолками, Джоан на мгновение почувствовала себя крошечной и беззащитной. Но она твердо знала, зачем пришла сюда, и собралась с духом. Гид направил Джоан в галерею на втором этаже, где Чарльз Уоррен готовил выставку реликвий, найденных несчастным Бугенгагеном при раскопках в Бельвуаре.

Уоррен, окруженный бесчисленными планами и фотографиями, объяснял Анне Торн, как он предполагает расположить будущую выставку. Анна давно сделала для себя выбор, остановившись на музее, и частенько интересовалась его делами. Но никогда еще Уоррен не наблюдал в ней такого любопытства, какое проявила Анна к находкам из Бельвуара.