Николай Гомолкo - Шестой океан

Он засмеялся, и Назаров увидел, что рот его полон золотых зубов. Полковник дважды хлопнул в ладоши.

Из боковой двери вошел высокий человек, одетый в белый халат. Назаров заволновался. Что они задумали? Таинственные вызовы, намеки… Куда он попал?

Человек в халате прошел за ширму. Полковник молча повел глазами в ту сторону, и Назаров понял, что это приказ.

За ширмой стоял один высокий стул и какой-то огромный, во всю стену аппарат, сверкающий никелем разнообразных рычажков. От него тянулись щупальцами спрута черные длинные провода. У окна на ореховой подставке стояло что-то похожее на телевизор.

Человек в белом кивнул Назарову на стул, а сам подошел к аппарату и начал копаться в нем, видимо, настраивая для работы.

– Надеюсь, вы не будете возражать, если я опутаю вас этими проводами.

Назаров понурился. Ничего не сказали, не предупредили! Черт знает, что они хотят от него! Он закрыл глаза и равнодушно проговорил:

– Нет, не возражаю. Если это, понятно, для пользы дела.

Человек в халате сначала прикрепил провода к рукам Назарова, потом надел ему на голову что-то наподобие свинцовой короны.

– Ну вот, мистер Назаров, и все.- Ловким движением руки он перевел рычаг на аппарате, и комната вдруг наполнилась тихим гудением. Аппарат засветился разноцветными огоньками, впереди, на панели, вспыхнул экран.

Позади Назарова задышал полковник Бредель.

– Сэр, прошу держаться спокойно,- сказал он,- и отвечать на мои вопросы быстро п точно. Ваша фамилия?

– Бобров, Петр Васильевич!

– Где живете?

– Киев, Богдана Хмельницкого, три, квартира один.

– Где живет ваша жена?

– Вместе со мной, в Киеве.

– Какие ваши основные научные работы?

– "Геологическая карта Украины", "Происхождение Полтавской нефти", "Метеорная геология".

– В каких экспедициях принимали участие?

– Более года работал в Антарктиде, на станции "Пионерская".

Назаров отвечал без запинок. И не удивительно больше месяца он входил в роль Боброва, изучал его походку, жесты, мимику. Если уж быть похожим на Боброва – так до конца, капелька в капельку, как говорят. Они хотят убедиться в этом. Пожалуйста, господа! Назаров не таков, чтобы подводить своих хозяев!

Он глядел мимо человека в халате, на аппарат. Те псрь Назаров догадывался, что это за дьявольская машина перед ним. Электронным "мозгом" она читает его мысли, дает точный анализ его психики и поведения. Назаров видел, как мелькали на освещенном экране зигзагообразные линии и полоски, как появились на маленьком аппарате, стоявшем в стороне, какие-то записи.

А голос Бределя не давал покоя:

– Что вы сделаете, если вас поймают?

Назаров ничего не ответил. Резким и выразительным жестом головы он дал понять, как будет действовать.

– Знаете ли вы украинские поговорки?

– Более сотни. Назвать?

– Назовите, мысленно. Мы все увидим на экране.

Окончив эксперимент, Бредель вышел вперед. Его круглое лицо светилось улыбкой.

– Мы очень довольны вами, мистер Назаров,- заметил он.

– Долго же вы колдовали,- усталым голосом произнес агент.

– Не обижайтесь, сэр. Все вам на пользу. Вы – наша надежда. Сообразительность, выдержка – вам может позавидовать любой из наших агентов! Ну вот, кажется, и все. Счастливого вам пути! – Полковник пожал Назарову руку и проводил его до выхода.

Когда сзади закрылась тяжелая дверь, Назаров подошел к перилам лестницы и, опершись на них, какоето мгновение стоял в раздумье. Потом глубоко, облегченно вздохнул. Выдержан самый трудный экзамен!

Он, Назаров, спустя несколько дней станет героем тайпой гигантской битвы. Что поделать, такая судьба: или пан, или пропал! Так говорят на его бывшей родной земле, и он эти слова возьмет своим девизом.

Электронная машина!.. Она проверяет человека и мысли. Даже не верится. Назаров и раньше слышал разговоры об этой машине, а столкнулся вот с ней впервые. Машину называли "Титан". Она не только регистрировала пульс и давление крови, зависящие от восприятия человеком тех или иных явлений и событий, по и улавливала самые мизерные по величине и силе биотоки мозга. А биотоки – это зашифрованные мысли человека…

Чудесная машина! Значит, и она подтвердила, что он готов к необыкновенным боям. К Назарову вернулось веселое настроение. Он вытер платочком взмокший лоб и быстро побежал вниз по лестнице.

Глава десятая

Густая роса легла на листву груш и яблонь. Тронешь нечаянно ветку – и посыплется прямо за ворот холодное серебро, так и пронижет тебя приятным холодком этот чудесный подарок ночи!

Сад уже полон жизни. Ветра нет, он где-то гоняeт по лугам туманы, а птицы уже поют на все лады. Под сенью деревьев струится душистый и чистый, как ключевая вода, воздух.

По тропинке не спеша идет человек в шелковой пижаме, с непокрытой головой. В руках – лопата. Вот он подошел к небольшому деревцу. Тонкое, с густыми ветками, оно стоит как-то особняком в этом саду. Редкий в практике случай – деревцо выросло за два года! И что особенно интересно – уже плодоносит! Правда, еще только одно яблоко выросло. Но смотришь на него – не налюбуешься. Большое, сочное, цвета ранней зари в густой зелени так и горит, так и светится.

Уже давно известно, как можно изменять, по-своему направлять развитие растений и деревьев. Мичурин первым проложил эту дорожку. Но это деревцо выросло так быстро не от необыкновенных прививок, не от изменения климатических условий. Тут помогло другое – атомное облучение. Правда, оно велось очень осторожно. Большие дозы наверняка привели бы к гибели яблоньки в первые же дни эксперимента.

И вот результат: выведен новый сорт плодового дерева. Теперь вместе с солнечным лучом будет помогать науке луч атома!

Садовник нагибается, осматривает румяное, с желтоватыми полосками яблоко с застывшими на нем крупными каплями росы – нежным поцелуем июньского утра.

Стукнула калитка, и меж деревьев мелькнула фигура мальчика.

– А, это ты, Олег,- узнал его садовник.- Ну, заходи, заходи!

Волосы у мальчика мокрые, приглаженные – сразу впдно: только что из бассейна.

– Григорий Антонович, вы папе рассказывали про атомное яблоко. Покажите, пожалуйста, его,- просит Олег.

Хозяин сада, он же известный ученый-ботаник, лукаво улыбается:

– А ты попробуй сам поискать, ну!

Олег медленно обводит глазами самые высокие, ветвистые деревья. Фруктовая завязь заполняет все вокруг. И нет нигде того, под цвет зари, большого яблока.

– Не вижу, Григорий Антонович,- говорит спустя минуту мальчик.- Оно, видно, где-нибудь спрятано, правда?

– А посмотри вот сюда,- показывает Григорий Антонович на стройную, в рост человека яблоньку с лопушистой листвой.