Вернор Виндж - Конец радуг

Ознакомительный фрагмент

Шагая по лесу гинкго, он выискивал глазами в нижних ветвях тварей с мощными зубастыми челюстями – такая штука его и слопала в понедельник. А во вторник его свалила какая-то древняя болезнь.

Пока что все выглядело вполне безопасным, но не было и следа его собственного вклада. Зверьки размножались быстро и умели адаптироваться к среде по размеру, так куда же девались эти мелкие гады? Он вздохнул. Надо будет как-нибудь проверить другие игровые сайты. Может быть, в Казахстане они выросли здоровенные. А сегодня и здесь – nada[1].

Хуан топал через Парк, слегка обескураженный, но пока что не съеденный. Близнецы приняли форму стандартных для игры велоцерапторов и наслаждались жизнью – игровые роботы «Пирамид-Хилла» были как раз дичью размером с кур.

Ящер-Джерри глянул через плечо на Хуана:

– А где твой зверь?

Хуан животную форму принимать не стал.

– Я – путешественник по времени, – ответил он. Это был допустимый вид, введенный еще в первом выпуске игры.

Фред сверкнул полной пастью зубов:

– Да нет, где те твари, что ты на той неделе изобрел?

– Не знаю.

– Скорее всего их слопали критики, – предположил Джерри, и оба брата фыркнули по-крокодильи. – Бросил бы ты творить, Хуан, очков на этом не заработаешь. Плюнь и используй что есть хорошего.

Он проиллюстрировал свои слова футбольным ударом по чему-то, шмыгнувшему через дорогу. Это принесло ему много классических очков и несколько захватывающих моментов бойни. Фред присоединился к брату, и красное расплескалось повсюду.

Что-то в этой дичи казалось знакомым. Создание было молодое, разумно выглядело… да это же новорожденный из проекта Хуана! А если так, то и мамочка где-то рядом.

– Знаете, я думаю… – начал Хуан.

– ПРОБЛЕМА В ТОМ, ЧТО НИКТО ИЗ ВАС ВООБЩЕ НЕДУМАЕТ.

Отличный компьютерный звук – как если сунуть голову между древними стереоколонками. Мальчики слишком поздно увидели, что стволы деревьев у них за спиной растут из когтистых лап длиной в ярд. Мамаша. Сверху десятидюймовыми каплями текла слюна.

Конструкция Хуана в максимальном своем размере.

– Шш… – начал Фред, и это было его последнее шипение в образе велоцераптора. Из-за водопада слюны сквозь кроны гинкго опустилась зубастая голова и проглотила Фреда так, что остались торчать только задние когти. Пару секунд чудовище жевало и чавкало. Поляну заполнил хруст костей.

– Ой!

Монстр распахнул пасть и в ужасе стал блевать. И это было хорошо – Хуан на миг переключился на вид реальности: среди дымящихся останков своего хищника стоял Фред. Рубашка выбилась из штанов, с головы до пят покрыт слизью. Настоящей вонючей слизью. За которую и платят деньги.

Чудовище было одним из самых больших механических устройств Парка – представитель нового вида, созданного Хуаном.

Трое мальчишек смотрели в его пасть.

– Хватит с вас истинных ощущений? – спросила тварь, горячо дыша гнилым мясом.

Им хватало. Фред шагнул назад и чуть не поскользнулся в гуще.

– Покойный Фред Рэднер только что потерял полную телегу очков, – монстр мотнул мордой размером с грузовик, – а мне все еще жрать охота. Предлагаю вам уйти из Парка с максимально возможной скоростью.

Ребята попятились, не сводя глаз с зубов чудовища. Близнецы повернулись и бросились бежать, Хуан, как всегда, на секунду отстал.

Что-то вроде огромной руки схватило его сзади.

– А к тебе у меня еще есть дело. – Чудовище взрыкивало на каждом слове сквозь стиснутые клыки. – Сядь. Поболтаем.

jCaray![2] Вот уж не поперло!

И тут он вспомнил, что именно Хуан Ороско лазил на дерево переделывать логику входа Парка. Этому кретину Хуану Ороско никакого невезения не надо, собственной дурости хватит. А близнецы смылись.

Но когда «пасть» усадила его, и он обернулся, чудовище никуда не делось – не превратилось в охранника Парка. Может, это действительно персонаж из «Возвращения»? Хуан слегка отодвинулся в строну, пытаясь ускользнуть от нависшего взгляда. Это же всего лишь игра. Он вполне может уйти пешком от четырехэтажного ящера. Конечно, подобный поступок полностью подорвет его кредит в «Возвращении мелового периода», может быть, его окатит той же вонючей слизью. А если Большой Ящер к своей роли относится серьезно, это повредит ему и в других играх. Ладно, пусть так. Хуан сел спиной к ближайшему гинкго. Значит, он еще раз опоздает, все равно его положение в школе уже ничем не ухудшишь.

А ящер устроился поудобнее, сдвинув в сторону дымящийся труп раптора Фреда Рэднера. Потом опустил голову к земле и посмотрел на Хуана в упор. Глаза, голова, цвет – все было как в исходном проекте Хуана, и движения этого игрока производили впечатление. Судя по шрамам, он немало повоевал в горячих точках «Возвращения мелового периода».

Хуан заставил себя приветливо улыбнуться:

– Так тебе моя конструкция нравится? Ящер сверкнул клыками длиной в ярд:

– Я бывал и похуже.

Зверь сдвинул параметры игры, вытащил параметры уровня критика. Крутой игрок – может, даже крекер! Между ним и Хуаном лежал на земле мертвый и рассеченный пример создания Хуана. Большой Ящер двинул его передней лапой.

– Текстура кожи взята из библиотеки примеров Гильдии Фантастов. Цветовая схема – штамп. Клетчатый килт – это было бы прикольно, если бы не было полностью взято из объявлений «Эпифани Hay».

Хуан подобрал колени к подбородку. Та же фигня, что приходилось слушать в школе.

– Я беру из лучшего.

Ящер хмыкнул – рычащий гул эхом отдавался в голове у Хуана.

– Для твоих учителей это проканает. Им приходится жрать любой мусор, что вы им скармливаете – пока школу не окончите и вас не выставят на улицу. Так себе дизайн. Кое-что заимствовано, в основном потому, что механизмы хорошие. Но если говорить о настоящем качестве – не тянет. Тварь потянулась, сверкнув боевыми шрамами.

– Я и другие вещи делаю.

– Ага, и если никогда их не выпустишь, с ними тоже провалишься.

Вот это был пункт, который сильнее всего тревожил Хуана Ороско. Все больше и больше было похоже, что он кончит как отец – только может еще и никогда не получить работу, с которой его выставят! «Старайся изо всех сил» – таков был девиз школы Фэрмонт. Однако стараться изо всех сил – только начало. Даже если стараешься, все равно можешь отстать.

Но в таких вещах Хуан не собирайся исповедоваться другому геймеру. Он сердито глянул на щелки желтых глаз, и вдруг допер, что этот тип – в отличие от учителей – не получает платы за то, чтобы быть добрым. И слишком много он тратит времени, чтобы просто оттоптаться на чужом самолюбии. Значит, он в самом деле от меня чего-то хочет!