Циклы "Антимир-Восточный конвой-отдельные романы.Компиляция.Книги 15. Романы-16 - Владимир Дмитриевич Михайлов

- Я чистильщик! - вмешался голос с корабля. - Готов атаковать катер. Жду команды.

- Крепко сказано, - проговорил Петров.

Карский покосился на спутника.

- Я прорвусь.

- Вы рискуете, администратор.

- Боитесь?

- Не за себя.

Карский двинул сектор. Катер набрал скорость.

- Оператор, видите цель?

- Вижу катер.

- Пять секунд. Внимание! Четыре!

- Командир...

- Три!

- Командир, что же это? Я не стану!

- Приказываю!

- Там люди!

- Ноль! Импульс!

Оператор молчал.

- Импульс!!

Командир чистильщика вскочил, отшвырнул оператора от пульта, сел сам. Катер успел уйти далеко.

- Три градуса вправо! - крикнул он пилоту.

- Ради чего, капитан? - тихо спросил пилот.

- Это чума, - сказал командир. - Хуже чумы - смерть.

- Что такое чума? - спросил пилот. - А если смерть, то ведь убить хотим мы?

- Молчат, администратор! Молчат!

- Я ожидал этого: кто способен убить человека?

Карский снова нагнулся к микрофону.

- Терплю бедствие. Прошу помощи. Говорит администратор Карский...

- К вам Слай с чистильщика, командор. Может быть, обойдемся без уничтожения? Я могу ударить его защитным полем.

- Сделайте это немедленно. Моя ответственность.

- Есть!

- Держитесь! - успел сказать Карский.

Петров повернулся к нему, вытянув руки. Администратор так и не успел понять; хотел ли старик обнять его, или наоборот - стиснуть, задушить... Незримая волна налетела, швырнула катер, закружила. Администратор ударился головой о пульт. Что-то визжало, скрежетало. Массивное кресло со всей защитной системой сорвалось, налетело на администратора - чавкнуло, хлынула кровь. Петрова что-то задело по затылку, он тоже потерял сознание.

Густая красная капля упала на пульт. Кровь капала из прокушенной губы. Командующий поморщился.

- Капитан Устюг!

- Слушаю вас.

- Надо подобрать катер.

- Настигаю его. Командор, пора что-то делать. Рентгеновское излучение нарастает. И нельзя так долго держать пассажиров в коконах: они не прошли подготовки.

- Хорошо. Тут один из ученых мужей дал такой совет - неофициально: раз это произошло с тобой, вероятнее всего, при переходе, то попробуй несколько раз повторить его. Кто знает, может быть, обстоятельства совпадут, и все образуется.

- Понял, - оживившись, сказал капитан.

- Перед разгоном сбрось катер. Когда выйдешь - разыщи его и выпусти ракету. Он ведь так и останется антивеществом. Ясно?

- Все ясно. Молодец! А почему он неофициально?

- А потому, что ненаучно, - ответил командор.

- Ага, - сказал Устюг. - Против устава, значит. - Он помолчал. - Приближаюсь к катеру. На вызовы не отвечает,

- Думаю, ему там досталось. Но что было делать? Да. Значит, если все пройдет, как надо, сразу гони назад. Устроим вам такую встречу...

Устюг глядел в сторону - на боковой экран, на котором медленно вырастал катер.

- А если нет? - негромко спросил он. - Тогда - закрыть дверь с той стороны?

Командор откашлялся, словно готовясь к речи, но так ничего и не сказал.

- Понял вас, - промолвил Устюг после паузы.

- Да. Тогда, наверное, лучше всего - уходить. Туда, где вакуум поглубже. Обезопасить себя.

- Для чего?

Командор строго взглянул на капитана:

- Жизнь еще не кончена. Пусть сейчас ничем нельзя помочь вам. Но в этом направлении будут работать. Земля - сила все-таки. Я думаю, надо сделать вот что. Если переходы не дадут ничего нового, останьтесь на таком расстоянии от Земли, чтобы можно было поддерживать связь. Хоть поговорить сможем... И, глядишь, не через год - через три, пять, десять найдут-таки способ. Дело скверное, но не безнадежное, понял? Так что, - он помедлил, - приказывать не могу, но прошу: крайних решений не принимай.

- Точно, - сказал капитан Устюг, - приказывать вы не можете. - Он помедлил. - Попрощаться дадите?

- Вряд ли. А ты бы дал?

- Боитесь осложнений?

- Словно ты не боишься.

Капитан пожал плечами.

- Не знаю. Может, и боюсь. - Он подумал. - Конечно, сцены будут не для нервных. Но по-человечески...

- Мы тут прикидывали. То, что случилось - непонятно. Непонятное пугает. Общественность потребует прекратить рейсы машин класса "А" до выяснения причин. Поди, выясни! А ведь вся Федерация нуждается в связи с Землей, и класс "А" теперь - основное средство дальнего транспорта... Да что я тебе стану лекции читать! - вдруг разозлился командор.

Он прав, понял Устюг. Он остается на Земле, и ее интересы для него главнее. Не надо свое несчастье делать самым большим на всей планете. Что для человечества - полтора десятка человек? Ну, о Карском еще вспомнят, а мы все? Беда, конечно, но не катастрофа... Раньше было иначе, вдруг подумал он. Раньше место, где жила тысяча человек, считалось уже немалым городом, а ведь тысячу можно знать в лицо, и исчезновение каждого из них заметно. Странно - а жизнь ценили меньше, убивали легко. В наше время не убивают, но что такое - нас тринадцать для пятидесяти миллиардов Федерации, или сколько их уже на сегодня... Крутится машина Федерации и без нас будет крутиться так же. Люди и так не сидят на месте. Сколько мы их перевозили... Каждый абсолютно свободен, но это значит, что вроде бы и не нужен? - вдруг удивился он. - Деталь в механизме несвободна, но только там она и приносит пользу. А если валяется вне машины - она лом, утиль... Но к чему эти размышления? - подумал, наконец, капитан, и ему захотелось поскорее закончить разговор и хоть немного расслабиться, прежде чем начать действовать.

- Презираешь нас? - сказал командор. - Но сделай два дела, добро? Заложи все свободные кристаллы в автомат, для записи. Я приказал дать тебе столько информации, сколько сможешь принять. Больше ничем снабдить тебя не можем. Запись поведут ускоренно, кодом. Это тебя не задержит.

- Будет исполнено.

- И второе: может, разбудишь экипаж? Я бы им что-нибудь сказал... Экипаж-то хороший? Я ведь только вас, капитанов, и знаю.

Капитан Устюг покачал головой.

- Говорить не надо.

И в самом