Артем Абрамов - Чаша ярости: Мой престол - Небо

– Я полагал, - перебил его Петр, - что два Мастера, остававшиеся в реальном времени в момент блокировки Биг-Брэйном тайм-капсул, по определению должны подчиняться Главному инспектору Службы. Прости, Сережа, но ты не потерялся в броске. Почему тогда ты здесь, в Киншасе, в стране Храм, а не в Довиле под началом Дэниса?

Ответил не Липман. Ответил Петру, опередив Липмана, Уве Онтонен. Усмехнулся - чуть-чуть, уголком рта. Он вообще редко смеялся, Мастер-один, он всегда был чересчур серьезен, на взгляд Петра, поэтому, может быть, именно Уве придумал и сформулировал Кодекс Мастеров - самый серьезный текст, что когда-либо читал Петр. Такой серьезный, что не принять его и не подчиниться ему не мог и самый веселый и легкомысленный из пятнадцати, если таковые среди них имелись. Петр, во всяком случае, о легкомысленных не слыхал.

Онтонен усмехнулся и заметил с легкой укоризной:

– С каких пор ты стал задавать вопросы, зная заранее ответы на них? Ремарка для непосвященных? Пожалуй... Отвечу тогда. Параграф седьмой Кодекса Мастеров гласит: "Мастер не имеет права использовать свои паранормальные способности против любого субъекта в реальном времени, если они могут принести оному субъекту - материальный или моральный"... Думаю, что в данном проекте мы с нашими рыцарскими принципами были бы помехой Дэниcy. Во всяком случае, он к нам не обращался с момента блокировки каналов времени. О его действиях мы впервые узнали от Мастера Иешуа.

– И поверили? - тоже усмехнулся Петр.

– И проверили. - Уве опять был серьезен.

– И послушались паранорма, который десятки, если не coтни, раз нарушал в реальном времени параграф седьмой! Я имею в видy Мессию, вы поняли...

– Он - не Мастер, Петр. Он не присягал на верность Кодексу. Мы не вправе осуждать его. А если попробовать бесстрастно оценить им сделанное, то я не вижу в его действиях никакого вреда ни для кого, ни материального, ни морального. Чего нельзя сказать о нашем коллеге... - И Уве в упор посмотрел на Анну Ветемаа, Мастера-пятнадцать, по-прежнему стоящую столбиком между Латыниным и Крузом.

Эти военно-полевые ребята, к слову, ни хрена не понимали в происходящем, но внимали ему с нескрываемым интересом. Еще бы: происходило нечто, выходящее за рамки не только обыденности, но и реальности. Даже не совсем реальной реальности, к которой все давно привыкли в стране Храм.

Правда, при этом Мари они пасли бдительно. Да она и не пыталась как-либо дергаться. Стояла смирно, слушала - этакая студентка перед синклитом профессоров: глазки Долу, ручки по швам, пятки вместе, ступни врозь. Сказано: стол-оиком. И опять - нулевой фон. Блок ей кто-то ставит - атомной омбой не разрушить! Или все же это она сама?..

Интересно, откуда она взялась - такая гениальная?.. И Петр решил спросить у более опытных и, не исключено, более мудрых.

– Интересно, откуда она взялась в Службе? Я только слышал о ее появлении... ну, то, что было в открытом досье... и узнал-то чуть ли не перед началом запуска проекта "Мессия".

Он машинально, походя отметил, что все Мастера молчат как в танке, только едят суровыми глазами студентку-глазки-долу, а право говорить отпущено только Мастеру-один. Может, это потому, что он - создатель Кодекса и ему поручено, если по Торе "творить суд и правду"?..

– Откуда она? - повторил вопрос Онтонен. Они говорили об Анне так, будто ее здесь не было, но она была, она внимательно, хотя и отстраненно, слушала диалог двух Мастеров, и не ощущалось, что он хоть как-то ее задевает, будто не о ней шла речь, а о какой-то посторонней, ничего для нее не значащей женщине. Ниоткуда. Обычная девочка из близкого к Довилю городка. Ле-Туке-Пари-Пляж, знаешь? Дэнис ее нашел или кто-то из людей Дэниса - неизвестно, но обнаружили в ней небольшую паранормальность, очень узко направленную: внутреннее чутье на грядущие события. Хорошее, впрочем, чутье, жить ей оно помогало изрядно: она профессионально играла, пока ее не отыскали, путешествовала по Европе. Рулетка, "black Jack", бридж... Короче, нашли, уговорили или купили - не суть, доставили в Довиль. Ты не прав, это было задолго до начала проекта "Мессия", года за три, пожалуй. Просто ее готовили к чему-то - загодя... Видишь, не зря готовили, пригодилась...

– Чутьем своим пригодилась?

Ответил Петру не Уве - Иешуа, остановив жестом руки уже открывшего было рот Мастера-один:

– Простите, Мастер, я отвечу Петру, все-таки это мой вызов и моя операция...

– И воля тоже ваша, Мессия, - слегка склонил голову Онтонен.

– "И небрегли о воле Всевышнего"... - странно и, на слух Петра, не к месту процитировал Иешуа, но тут. же начал по делу: - Ты же знаешь, Кифа, что Дэнис готовил наш проект... - он сказал именно "наш", и это удивило и обрадовало Петра, - ...давно, еще, пожалуй, до обнаружения меня в качестве отца семейства в Нацрате. А когда меня обнаружили и объявили проект "Мессия", Дэнис стал готовить Мари... - он по-прежнему называл ее привычным именем, - ценаправленно готовить. Он еще не очень-то понимал - для чего конкретно ее готовит. И лишь когда Йоханан стал одним из Апостолов, он исподволь повел тебя к тому, чтобы сохранить мне жизнь и так либо иначе переправить в реальное, как вы выражаетесь, время.

Будто там, в Иудее, оно нереальным было... Ну ладно, это - лирика. Короче, историю эту ты знаешь не хуже, а лучше меня. Может, только не догадываешься, что Дэнис тебя постоянно подводил к нужному для него решению, используя стороны твоего характера, который... как бы помягче... не слишком соответствовали вашей железной профессии, Мастер...

– Почему не догадываюсь? - спокойно, слишком спокойно спросил Петр. - Не только догадываюсь - знаю.

– Дэнис! - догадался или услышал Петра Иешуа. - Верно, он с тобой встречался... Тогда - проще. Короче. Он делает Мари Мастером-пятнадцать, она присягает на Кодексе в присутствии пятерых Мастеров... Кого, мастер Онтонен?

– Был я. Карл, Вик, Пьер и Джек, - перечислил Уве.

– И вы приняли ее в Мастера? - изумился Петр. - Вы же только что, Уве, сказали: небольшая паранормальность, хорошее чутье... Да таких в мире хоть одним местом ешь! При чем здесь Мастера?

– Мы приняли присягу Мастера, Петр, - сказал Уве, - очень сильного Мастера. Посильнее многих из нас...

– Каким образом рядовой паранорм становится большим Мастером? - не сдержался, заорал Петр. - Я что-то не припомню подобных фактов!..

– Сейчас припомнишь, - тихо и очень ласково произнес Иешуа. - Вспомни: Иершалаим, Песах, двенадцатилетний деревенский мальчик встречает богатого и доброго господина, потом - дом в Нижнем городе, еще двое взрослых незнакомцев, потом - провал в памяти и... Вспомнил?.. Конечно же вспомнил, ты и не забывал ни на секунду, ты щадил меня все эти долгие годы, Кифа, спасибо тебе, друг и учитель, только теперь мне не страшна никакая правда обо мне. Я есть я. Такой, какой есть... Так что Мари, Кифа, - это всего лишь очередная отличная продукция психо-матрицы. Как и я, Кифа, как и я...