Грег Бир - Эон

— Да?

— А этот прибор, — Патрикия достала из ящика предмет с ручками, — говорит мне, где другие пытаются открыть проходы в наш мир, на эту Гею. Он чувствует это и сообщает мне.

— У него есть какое-либо другое предназначение? — спросила Клеопатра, осознавая, что происходящее уже недоступно ее пониманию.

— Нет. Не сейчас и не здесь.

К своему удивлению, царица вдруг поняла, что на глазах у старой жрицы выступили слезы.

— Я никогда не отказывалась от своей мечты, — сказала Патрикия. — И никогда не теряла надежды. Но я старею, моя царица, и мои чувства уже не столь остры… — Она приподнялась с кресла и вновь с глубоким вздохом опустилась в него. — Тем не менее, сейчас я уверена. Я получила верный знак от этого устройства.

— Знак чего?

— Не знаю, каким образом или где, моя царица, но в наш мир открылся проход. Это устройство ощущает его присутствие, и я тоже. Где-то на Гее, моя царица. Прежде чем я умру, я хочу найти этот проход, и увидеть, нет ли хотя бы ничтожного шанса на то, что мне удастся осуществить свою мечту…

— Проход? Что вы имеете в виду?

— Проход туда, откуда я пришла. Возможно, они снова открыли его. Или кто-то создал совершенно новый путь к звездам.

Клеопатра внезапно ощутила беспокойство. Инстинкты ста двадцати поколений Македонской Династии жили в ее крови.

— Люди вашего мира — они мирные и доброжелательные? — спросила она.

Взгляд жрицы внезапно стал далеким и туманным.

— Не знаю. Вероятно, да. Но я прошу вас, царица, помочь мне отыскать этот проход, с помощью всех средств, какие есть в вашем распоряжении…

Клеопатра нахмурилась и наклонилась вперед, чтобы лучше видеть лицо жрицы. Потом она взяла иссохшую руку Патрикии в свои.

— Принесет ли этот проход пользу нашим землям?

— Почти наверняка, — сказала Патрикия. — Я сама — лишь небольшой пример тех чудес, которые могут лежать за подобным проходом.

Клеопатра, нахмурившись, некоторое время размышляла. Ойкумену осаждало множество проблем, некоторые из которых, как уверяли ее советники, были непреодолимы — проблемы древней цивилизации, шедшей к упадку. Она не очень верила в это, но сама мысль ее пугала. Даже в век самолетов и радио должны существовать другие вещи, другие чудеса, которые могут спасти их в их нынешнем положении.

— Это короткий путь к отдаленным территориям, где мы можем расширить нашу торговлю и где можем узнать много нового?

Патрикия улыбнулась.

— Вы очень понятливы, моя царица.

— Тогда мы будем искать. Я прикажу, чтобы дружественные нам государства и империи тоже участвовали в поисках.

— Он может быть скрытым, очень маленьким, — предупредила жрица. — Возможно, это лишь пробный проход, шириной всего в человеческую руку.

— Наши поиски будут тщательными, — заверила Клеопатра. — Под вашим руководством проход будет найден.

Патрикия искоса посмотрела на нее с почти высокомерным подозрением.

— Меня долго считали выжившей из ума старухой, несмотря на эти чудеса. — Она положила руку на ящик. — Вы верите мне?

— Да, клянусь моим титулом Царицы Александрийского Египта и Македонской Династии, — сказала Клеопатра.

Ей хотелось верить. Жизнь во дворце последние несколько лет была очень скучной, а царица действительно обладала способностями, главным образом — в вопросах, касавшихся политики и государственных дел.

— Спасибо, — вздохнула Патрикия. — Мой муж никогда мне по-настоящему не верил. Он был прекрасным человеком, рыбаком… Но он беспокоился и говорил, что я должна жить только этой жизнью, а не мечтой о других…

— Ненавижу ограничения, — страстно воскликнула Клеопатра. — Что вы будете делать, если мы найдем проход?

Глаза Патрикии расширились.

— Я отправлюсь домой, — сказала она. — Наконец, сколь бы несерьезно это ни было, я отправлюсь домой.

— Полагаю, не раньше, чем вы закончите свою работу для нас.

— Нет. Это для меня на первом месте.

— Хорошо. Пусть будет так.

Клеопатра позвала своих советников, строго предупредила, что императорский декрет не может быть предметом разногласий, и отдала команду начать поиски.

— Спасибо, Ваше Императорское Величество, — сказала жрица, когда они шли назад в зал.

Клеопатра смотрела, как Патрикия уходит через ворота Теотокополоса, возвращаясь в Гипатейон до того времени, когда начнется поиск. Потом царица закрыла глаза и попыталась представить себе…

Родина старой женщины. Откуда могла она явиться? Мир светящихся башен и могучих крепостей, где люди были больше степени богами или дьяволами, чем мужчинами или женщинами, которых она знала. Лишь такой мир мог произвести на свет эту маленькую чувственную ученую.

— Как странно, — пробормотала Клеопатра, садясь на трон. Тяжелые одежды вновь были наброшены на ее плечи. Она ощутила приступ внезапной дрожи. — Как удивительно…

Пока ты не знаешь, где ты находишься, ты не знаешь, кто ты.

Уэнделл Барри.