Филип Фармер - Миры Филипа Фармера. Т. 6. В тела свои разбросанные вернитесь. Сказочный пароход

Дерево с грохотом рухнуло, скатилось по крутому откосу оползня, и огромная крона вспенила воду множеством маленьких водоворотов. Поток подхватил гигантский ствол, помчал его, как какую-то зубочистку, вдоль канала, но вскоре крона застряла между берегами.

Стена воды в сотню футов высотой обрушилась на равнину. Пенистый гребень темнел от обломков бамбуковых стволов и разрушенных домов и гибнувших людей. За считанные секунды вал прокатился к берегу, сметая на пути широкие земляные насыпи, которым так и не удалось защитить Пароландо от атак со стороны Реки.

Вода уносила все. Заводы рушились, как песочные домики. Стены фабрик плыли, словно вафельные плитки. Гигантский пароход, подхваченный волной, казался игрушечным корабликом в кипящем вихре океанского прибоя. Покачиваясь и немного кренясь на бок, он помчался к середине Реки и вскоре исчез в туманной мгле. Сэм упал на землю и вцепился руками в траву. Он все-таки потерял свой корабль! Он потерял все — фабрики, шахты и заводы, амфибии, аэропланы и знающих людей! И вместе с погибшим кораблем разбилась вдребезги его мечта! Она рассыпалась в стеклянное крошево, как драгоценный камень, попавший под молот судьбы.

Прохладная и влажная трава щекотала его лицо. Пальцы будто врастали в плоть земли, и казалось, что их уже ничто не освободит от этого вечного плена. Но огромная рука Джо подняла Сэма, как куклу, и усадила на волосатое колено. Титантроп прижал Клеменса к себе, согревая друга своим теплом. Сквозь слезы Сэм увидел, как к нему придвинулось гротескное лицо Джо с выступавшими надбровными дугами и абсурдно длинным носом.

— Взе пропало! — прошептал Миллер. — О Иизуз! Там ничего не озталозь, Зэм!

Поток бушевал на равнине около пятнадцати минут. Затем вода схлынула, и Река обрела свой обычный вид. Но берег Пароландо стал похож на пустыню. Здания фабрик, верфь и гавань, заградительные насыпи, строительные леса и огромный пароход бесследно исчезли. На месте шахт и заводских подвалов виднелись небольшие озера. Огромная масса воды прорыла гигантский желоб в тех местах, где велась добыча руды. Дно широкого канала устилали неимоверно длинные корни травы. Остальная часть равнины казалась выглаженной утюгом.

Небеса побледнели, и звездная россыпь поблекла в преддверии рассвета. Огромный флот Иэясу разметало по Реке. Тысячи кораблей умчало вниз по течению, разбило, перевернуло вверх дном и погребло в пучине. Воины двух армий и матросы двух речных армад погибли под тоннами воды, которые растерли людей в порошок или выдавили, как тюбик зубной пасты.

Тем не менее Пароландо тянулось на десять миль вдоль Реки, а поток бушевал только на двухмильной полосе в центральной части. Основной ущерб был нанесен на участке в полмили шириной, и по краям этой зоны здания подверглись лишь частичному разрушению.

На рассвете через пограничную стену из Страны Чернского начали перебираться люди. К берегу подплыло несколько сотен лодок, и вскоре на равнине сформировался отряд численностью около тысячи человек. Во главе их стоял король Иоанн.

Сэм построил своих людей в боевой порядок. Джо Миллер занял место в центре колонны. Король Иоанн торопливо зашагал вперед, прихрамывая и протягивая руки в жесте мира. Клеменс пошел навстречу, чтобы выяснить планы изменника. Несмотря на все объяснения, он до последнего момента ожидал, что Иоанн попытается убить его. Но потом Сэм понял, что экс-монарх нуждался в нем, в Фаербрассе и других специалистах. Иоанн хотел получить пароход. Кроме того, он, очевидно, испытывал извращенное удовольствие, оставляя Клеменса живым, чтобы тот с ужасом ждал минуты, когда кинжал пронзит его грудь.

Как оказалось, не все надо было начинать сначала. Корабль, почти целый, сел на мель у противоположного берега примерно в миле ниже по течению. Река не оставила на нем следов своей ярости, но, чтобы вернуть назад огромный корпус парохода, требовалась огромная и напряженная работа. Впрочем, она не шла ни в какое сравнение с тем, что пришлось бы сделать для постройки нового корпуса.

Иоанн не раз объяснял Клеменсу свой хитрый маневр, но ложь и коварные интриги настолько путались друг с другом, что Сэм не улавливал общей картины. Иоанн якобы лишь делал вид, что предает Клеменса. На самом деле он знал, что Хакинг постарается отделаться от него в первые же минуты вторжения. Иоанн испытал бы искреннее разочарование, если бы негритянский лидер не попытался вонзить ему в спину нож. Он потерял бы тогда всю свою веру в человеческую природу.

Иоанн наладил связь с Иэясу и пообещал ему помощь, если тот отобьет Пароландо у Хакинга. Японцу понравилась эта идея, так как он сразу уловил, что армия Хакинга во время штурма ослабеет. В последний момент Иоанн заключил тайный договор с Публием Крассом, Тай-Фаном и Чернским, и те поклялись, что помогут ему разделаться с силами Иэясу. На всякий случай он решил взорвать дамбу, чтобы подстраховаться и смыть всех врагов с лица земли. Когда большая часть двух армий сконцентрировалась на вторых рубежах обороны, Иоанн послал трех человек с приказом взорвать плотину. После этого он сел на быстроходный корабль и уплыл на безопасное расстояние вверх по течению.

— Значит, вас не было во дворце, когда люди Хакинга обстреливали его из пушки? — спросил Сэм.

— Конечно, — ответил Иоанн, расплываясь в кошачьей улыбке. — В это время я находился за несколько миль к северу и спешил на встречу с японцем. Вы никогда не одобряли моих поступков, Сэмюэль. Но теперь вам следовало бы пасть на колени и с благодарностью поцеловать мою руку. Без меня вы потеряли бы все.

— Если бы вы сказали мне, что Хакинг планирует нападение, я бы организовал оборону и дал ему достойный отпор! — воскликнул Сэм. — Мы устроили бы ему засаду.

Лучи восходящего солнца запутались в рыжевато-коричневых волосах Иоанна и блеснули в его серо-голубых глазах.

— Да, но вы забыли о японце. Иэясу все равно представлял бы для нас угрозу. А теперь с ним покончено, и нам никто не помешает захватить бокситы и платину Душевного Города — как, впрочем, иридий и вольфрам Селинджо. Я надеюсь, у вас нет возражений по поводу захвата этих двух государств?

А потом удача пошла за удачей. Хакинга взяли в плен, а Гвенафру нашли живой и невредимой. Во время нападения Иэясу они оба находились на западных холмах, откуда Хакинг собирался нанести внезапный удар. Его планы нарушило наводнение: поток снес их отряд в Реку. Гвенафре удалось спастись, хотя она едва не утонула. А Хакинга швырнуло на дерево, и он переломал себе ноги и руки. Кроме того, незадачливый завоеватель получил серьезные внутренние повреждения.